на меня через плечо, и понимающе подмигивает. Оборачиваясь и понимая, что камбуз пуст, если не считать одной кудрявой девушки, я одариваю Инди благодарной улыбкой, прежде чем она скрывается из виду.
Похоже, блондиночка – настоящий капитан этого корабля.
Как можно тише, стараясь не разбудить никого из товарищей по команде, я тащу свою задницу в хвост самолета, где, как я знаю, прячется Стиви.
– Привет, – тихонько говорю я, не в силах сдержать слишком обнадеживающую улыбку, когда нахожу Стиви одну. Я кладу руки по обе стороны перегородки, отделяющей камбуз от остальной части самолета, небрежно отгораживая нас от остальных.
– Привет. – Ее щеки под веснушками мгновенно вспыхивают.
– С Новым годом.
Стиви смотрит на часы:
– Еще несколько минут.
– Итак, этот праздничный вечер…
– Да?
– Ты идешь.
– Да, – хихикает она.
– Это круто, – я киваю головой, как идиот. – Или как-то так.
– Или как-то так. – Ее улыбка сияет, ясно давая понять, что я слишком рад этому.
Я делаю шаг в камбуз, и выражение лица Стиви мгновенно меняется.
Она отступает, сохраняя между нами прежнее расстояние.
Игривая улыбка на ее губах исчезла, скорее всего, потому, что и моя исчезла тоже. Я чувствую, что в моих глазах светятся огонь и желание, я загоняю ее в угол, делая еще один шаг вперед. Только на этот раз ей некуда идти, поэтому она ударяется спиной о стену и приоткрывает рот. Но тем не менее я держусь примерно на расстоянии полуметра, не слишком вторгаясь в ее пространство.
Нет, пока она не скажет мне, что хочет этого.
– А если бы ты не шла со своим братом, ты бы пошла со мной? – низким хриплым голосом спрашиваю я.
Стиви не отвечает, но я вижу, как она судорожно сглатывает, а на нежной шее бьется жилка.
– Если бы ты не рисковала попасть в беду, ты бы пошла со мной?
И снова она не отвечает, ее красивые глаза полны всех слов, которые она хочет сказать, но не скажет.
– Скажи «да», – шепчу я. – Скажи, что ты пошла бы со мной. Скажи мне, что ты хочешь пойти со мной.
Мне нужно, чтобы она сказала «да» не только для того, чтобы раздуть мое самолюбие, но и потому, что мне нужно убедиться, что я не сошел с ума. Мне нужно знать, что она тоже это чувствует. Что ей так же нравится быть рядом со мной. Что ей так же нравится разговаривать со мной. Что ей так же нравится спать со мной. Что ей так же нравится дразнить меня.
– Счастливого, мать вашу, Нового года! – вопит со своего места Рио, будя весь самолет и пугая меня, заставляя отпрыгнуть от стюардессы, у которой могут быть неприятности из-за наших отношений.
Рио включает свой бумбокс на полную мощность, музыка заполняет самолет вместе с радостными возгласами. Я выглядываю в проход и вижу, как просыпаются товарищи по команде, некоторые из них танцуют под чертовски громкую музыку.
Стиви вкладывает свою ладонь в мою, возвращая к себе мое внимание. Она прячется в углу камбуза, прижавшись спиной к стене, чтобы ее больше никто не видел.
Она дергает за ткань моей рубашки, заставляя меня встать всего в нескольких сантиметрах от нее. Я упираюсь ладонями в стену по обе стороны от ее головы.
Я с болью осознаю, что моя грудь поднимается и опускается быстрее, чем следовало бы, но эта девушка уже несколько месяцев выбивает меня из колеи, и я нервно дышу, как будто на борту скоро может не остаться кислорода.
Что она собирается делать? Что она собирается позволить сделать мне?
Стиви смотрит мне в глаза из-под темных ресниц. В этих глазах цвета морской волны есть нотка неуверенности. Как будто она не уверена в том, что делает. Как будто она не уверена, может ли она это сказать.
Но она, кажется, хочет это сказать.
Скажи это.
– Да. – Она прикусывает нижнюю губу. – Жаль, что я не могу пойти с тобой.
Из динамиков бумбокса разносится песня «Хороший год», заставляя меня улыбнуться. Я игриво облизываю языком губы, и глаза Стиви следят за этим движением, молчаливо прося меня приблизиться.
И когда она цепляет двумя пальцами золотую цепочку у меня на шее, приближая мои губы к своим, я знаю, что это будет хороший день.
И чертовски хороший год.
Мои губы накрывают ее, нуждаясь, желая, принимая все, что она может мне предложить.
Обвив меня рукой за шею, она притягивает меня к себе, ее металлические кольца охлаждают жар моей кожи. Я прижимаюсь к ней, прижимая ее к борту самолета, нуждаясь в том, чтобы быть как можно ближе, нуждаясь во всем.
Мои руки отрываются от стены и обхватывают обе ее щеки, ее губы приоткрываются, язык находит мой. Она мягкая и теплая, и я, который никогда не любил интимных поцелуев, не могу представить, как я жил без этого.
Ее бедра ритмично толкаются в мои от желания, и из моего горла вырывается достаточно громкий стон, но, к счастью, музыка Рио заглушает мои отчаянные и голодные звуки.
Шум в самолете становится все громче, парни все больше шумят, и мне нужно остановиться, чтобы не навлечь на Стиви неприятности.
Но, черт возьми, я не хочу останавливаться.
И не останавливаюсь.
Мой язык исследует ее, поглаживая и пробуя на вкус, наши губы двигаются идеально синхронно, не пропуская ни единого такта, как будто мы были для этого созданы.
Наконец, к сожалению, Стиви слегка отстраняется, разрывая связь. Но довольная улыбка, появляющаяся на ее припухших губах, не несет никаких признаков сожаления – только удовлетворение.
Черт, мне нравится ее целовать.
Держа руки на ее подбородке, я прижимаюсь лбом к ее лбу, мы оба пытаемся наполнить наши легкие кислородом, которого лишали себя слишком долго.
– С Новым годом, – шепчу я ей в губы.
– С Новым годом, – улыбается она.
Количество зрительных контактов, происходящих прямо сейчас, несколько месяцев назад вызвало бы у меня тревогу, но я не могу найти в себе силы отвести глаза.
Я хочу этого.
Я хочу ее.
Она выдерживает мой взгляд, мы оба одинаково довольны этим моментом.
– Я возьму газировку, – тихо говорю я, разрушая момент, потому что я должен это сделать, пока кто-нибудь сюда не вернулся.
Моя нахальная улыбка полна веселья, и Стиви игриво отталкивает меня.
– Убирайся отсюда, – смеется она.
Окончательно развеселившись, я хихикаю вместе с ней, прежде чем вернуться на свое место. Делаю один шаг из камбуза, но затем передумываю и быстро поворачиваюсь обратно, чтобы украсть еще один быстрый поцелуй подальше от чьих-либо глаз.
– Побольше лайма, милая, – я задерживаюсь прямо над ее губами.
– Ненавижу тебя.
24. Стиви
– Прекрасно выглядишь, Ви.
Сидящий на заднем сиденье Райан поворачивает голову в мою сторону, одаривая меня мягкой и гордой улыбкой, пока мы ждем в очереди машин перед слишком экстравагантным зданием.
– Спасибо. – Я прижимаюсь к нему плечом.
– Это тебе спасибо. Если бы ты не согласилась помочь мне в этом деле, я
