виноватых или правых! Грешны все, кто участвовал, и участвуют в ней. В том числе я.
В глазах собрались слезы. В голове вспышками пронесли черные ленты, венки, гробы, похороны, на которых мне довелось побывать.
Сколько людей погибло за эти годы… Господи.
Но сколько Астаховых было убито?
– А ты – маленькая, хрупкая девчонка – единственная, кто пошел против этой взрывной волны, – проникновенно проговорил Вадим, вытирая мои слезы. – Может и глупое было решение… Но оно достойно уважения. Ты оказалась смелее всех матерых бандитов.
Я растерянно уставилась в голубые глаза, которые смотрели на меня с участием. Не ожидала от мужа таких слов. Он столько раз осуждал меня за это, столько раз выказывал разочарование, а теперь… говорил так, будто действительно восхищается! Будто осознал это давно, но не мог признаться.
Стало легче дышать. В душе будто свернулось что-то теплое и мурчащее. Но только я собралась поблагодарить Вадима за это, как он отстранился и встал с кровати. Под моим внимательным взглядом он обошел ее и, оказавшись рядом, протянул руку.
– Пойдем-ка со мной.
49
Вопросительно глядя на него, я вложила свою ладонь, и муж тут же крепко сжал ее. Потянул меня встать с кровати, затем направился в ванную, непреклонно уводя за собой. Остановившись возле душевой кабины, он лукаво встретился с моими глазами, и я без подсказок вошла туда вместе с ним.
На моих губах невольно заиграла улыбка. Настроив воду, Вадим подвел меня встать под мягкие струи вплотную к себе и принялся перебирать руками мои стремительно намокающие волосы. Аж глаза закрылись от удовольствия. Я подставила лицо под воду, желая, чтобы она смыла все слезы. Не хотелось больше думать ни о чем плохом, а только слушать сердце, которое настойчиво говорило: ты находишься в правильном месте. И с тем человеком.
Убавив напор душа почти до минимума, муж протянул мне флакон с гелем для душа, и мы принялись мыться, глядя друг на друга. Он выглядел невозмутимым, а мне почему-то было трудно сосредоточиться. Я не могла спокойно смотреть на то, как Вадим намыливает свое обнаженное тело. Как проводит ладонями по мышцам широких плеч, как трет влажную крепкую грудь, рельефный пресс, спускается все ниже… Обхватывая рукой налитый кровью член, он не сводил с меня глаз. А я, даже понимая, что пялюсь, не могла оторваться от движения его мыльных ладоней по стволу, розовой головке, мошонке.
– Хочешь помочь? – внезапно спросил муж искушающим голосом.
Я тут же вскинула взгляд и на пару мгновений оцепенела. Но затем осторожно шагнула ближе к Вадиму, поглядывая на его покачивающуюся плоть. Пальцы потянулись к кончику головки. Ласково коснувшись ее, я провела по стволу до основания члена и бережно обхватила его.
Дыхание мужа едва заметно сбилось. Внутри меня тоже случился мощный отклик. Напор душа усилился, и я начала трогать возбужденную плоть более уверенно, заодно смывая пену. Смотреть в глаза Вадима я стеснялась, но вот трогать его – нет. Хотя мне казалось, я делаю это довольно неумело.
Вода полностью смыла остатки мыла и я, наконец, решилась встретить взгляд мужа. Он отключил душ – теперь только капельки стекали по нашим телам. Воздух вокруг словно наэлектризовался. Я облизнула губы и голубые глаза тут же впились в них. В этот момент, я готова поклясться – между нами прошла телепатическая связь! Желание Вадима отразилось в его взгляде, и оно совпало с моим.
Не говоря ни слова, я оперлась ладонью о стену и плавно опустилась перед ним на колени. Тело начало бить крупной дрожью, но я хотела это сделать. Безумно хотела попробовать эту ласку. Попробовать мужа на вкус. Даже не переживала о том, что ни разу этого не делала, ни с кем, хотя теоретически все знала! Ну, может, только совсем немного волновалась....
Оглаживая пальчиками нежную кожу на гранитном члене, я придвинулась еще поближе к мужским бедрам. Приоткрыла рот, робко высунула язык и коснулась им бархатной головки. Сразу почувствовала легкий солоноватый привкус и аромат мыла. Лизнула смелее, прямо как леденец. Затем, открыв рот шире, я вобрала в себя кончик головки и немного продвинула ее в себя.
Член в моей руке вдруг напрягся. Мне, кажется, Вадим даже пошатнулся, поэтому я тут же отстранилась и вскинула взгляд.
– Продолжай, – велел он низким гортанный голосом.
Возбуждение током ударило в низ живота. Тяжело сглотнув, я снова вобрала головку и начала делать поступательные движения, не касаясь плоти зубами. Сначала было страшновато глубоко вводить член, тем более такой крупный, но очень скоро я привыкла и начала скользить ртом увереннее.
Рука мужа легла мне на макушку, и сильные пальцы запутались в мокрых волосах.
– Охуенно… девочка!
Он издал сдавленно стон и надавил мне на затылок, подталкивая вбирать член еще глубже. Мне становилось все тяжелее это делать, но я упорно продолжала дарить удовольствие Вадиму, при этом ощущая, как горит между моих ног.
– Не останавливайся, расслабь горло… Я хочу кончить.
Кровь хлынула к щекам от этих слов. Очень ярко предстало в голове осознание того, что он собирается сделать, но вместо паники во мне проснулась какая-то дикая похоть.
Лишние мысли разом вылетели из головы – все, что я делала – послушно исполняла желание мужа. С силой зажмурилась и очень постаралась расслабить гортань. В этот же момент Вадим толкнулся сильнее и замер у меня во рту. Глаза заслезились. Держа меня за волосы, он упрямо вдавливал головку в мое горло, и я ощущала, как врезается и стекает по нему вязкая сперма.
Воздуха совсем перестало хватать, челюсть заныла. Я не выдержала и тронула бедро мужа. Он тут же ожил, освободил мое горло, давая втянуть воздух хотя бы носом, и медленно вытянул член.
Подняв заплаканные глаза, я часто и громко задышала, а Вадим не сводил пьяных глаз с моих губ. Прикоснувшись к нижней большим пальцем, он собрал капельку спермы и словно завороженный коснулся им моего языка. Я тоже будто находилась за границами, поэтому слизнула эту капельку, прихватив мужской палец
