Осторожно приподнявшись, я принялась обводить комнату напряженным взглядом. За окном царил ясный день, но сюда, словно не доходил этот свет, уступая место полумраку. Однако я увидела ее. Наткнувшись глазами на женский силуэт в белой одежде, стоявший недалеко от кровати, чуть не вскрикнула от испуга.
Неподвижная и бледная, точно жуткая статуя, мама смотрела на мой живот. Так пристально, упрямо, что крошка даже заворочалась в утробе.
– Мама!.. – взволнованно позвала я, но услышала лишь свой шепот.
Она тут же вскинула взгляд к моему лицу.
– У тебя будет ребеночек, Эльза. – Ее голос был настолько бесцветным, что я не поняла – это вопрос или утверждение?
Во рту пересохло. Я попыталась сглотнуть и подтвердила:
– Да…
Я не могла объяснить почему, но мне не нравилось внимание мамы к моей малышке. Внутри сигналила безотчетная настороженность, прогоняющая по телу оцепенение. Возможно, потому что я не улавливала и толики радости на лице матери. А что-то прямо противоположное, нагоняющее тревогу.
– Зачем? – вдруг спросила она низким укоризненным голосом. Я непонимающе качнула головой. – Зачем ты это сделала?!
Испарина выступила на моей коже. Губы мамы начали дрожать, в ее глазах блеснули слезы, а лицо исказилось в какой-то безумной гримасе.
Учащенно дыша, я растерянно произнесла:
– Так… нужно, мамочка.
– Ты ошиблась! – гневно перебила она. – Это не спасение...
– Ч-что?..
– У тебя совсем мало времени. Смотри! – приказала мама.
Она метнула глаза на мой живот, и я тоже машинально глянула вниз. Ужас острыми осколками рассыпался по телу. Сорочка на бедрах была пропитана кровью! Кровь стремительно расползалась по простыне вокруг меня, будто сочилась прямо из матраса.
– Нет… Нет! Что происходит?! – всхлипнула я, ощущая, как начинает тянуть и жечь низ живота. – По… помоги-и-те!
…
Глухой стон вырвался из горла вместе с пробуждением. Задержав взгляд на потолке, где висела дорогая антикварная люстра, я продолжала неподвижно лежать, ясно слыша в голове свой отчаянный вопль. Однако через несколько секунд прострация спала и, испуганно подскочив в кровати, я откинула одеяло трясущейся рукой.
– О, Боже… – громко выдохнула с облегчением, жадно оглядывая свои обнаженные бедра.
Никакой крови. Простынь тоже была абсолютно сухой. И лишь фантомная боль не желала оставлять низ живота, который я начала судорожно гладить. А еще страшное ощущение, что мама по-прежнему стоит у кровати. Я прямо уставилась на то место, чувствуя бешеную дрожь в теле.
Глаза жалобно опустились на соседнюю подушку. Пустота в спальне ощущалась так явно, что хотелось поежиться от неуютного липкого осадка внутри.
Как давно Вадим ушел и почему?!
Стало до удушья обидно – я так надеялась, что он проведет со мной этот день. Всего один день, разве это много?.. Разве я желала невозможного?!
Главный корень моих переживаний, конечно, крылся в дурном сне, от которого мне до безумия хотелось спрятаться в объятиях мужа. Больше всего на свете, мне нужно было, чтобы сейчас он находился рядом! Чтобы успокоил меня, помог забыть страшные видения…
Свесив ноги с кровати, я невольно сосредоточила внимание на окне и нахмурилась. Шторы были немного распахнуты, что позволяло увидеть ясное небо, но солнечный свет уже приобрел оранжевые оттенки. Поймав взглядом электронные часы на тумбочке, я ахнула в голосе. Начало шестого… Я проспала почти весь день! Как я могла?.. Почему Вадим меня не разбудил?!
Не без труда поднявшись с кровати, я побрела в ванную пропитанная досадным чувством. Похоже, вчерашний день оказался для меня слишком тяжелым. Да и до этого я несколько ночей плохо спала…
Сонное состояние не отпустило даже после того, как я умылась холодной водой. Тело казалось свинцовым и если честно очень хотелось вернуться в постель. Но я так боялась снова уснуть и увидеть ужас, который принесла мне мама…
Сердце вздрогнуло.
Мне понадобилось немерено воли, чтобы не думать об этом. Живот больше не болел, малышка активно пиналась – все хорошо. Все хорошо, Эльза! Это всего лишь проекция твоих затаенных страхов или… гормоны.
Забрав из ванной здоровый махровый халат, я вернулась в спальню. Еще раз убедилась, что об одежде для меня никто не позаботился. Даже свадебное платье куда-то испарилось! Как будто Вадим вообще не допускал, что в ближайшие сутки я найду повод выйти из спальни. Ну уж нет… Меньше всего мне хотелось оставаться в одиночества. Поэтому я решительно накинула халат и вышла в коридор, шлепая по полу босыми ногами.
На втором этаже царила тишина. На первом тоже ничего не было слышно, когда я проходила мимо лестницы. Вымерли все что ли?
Оказавшись в своей комнате, я красиво заплела волосы, надела симпатичное бежевое платье и снова вышла в коридор, намерившись пойти на кухню. Однако по пути задержалась у дверей хозяйского кабинета. Жаль ручка не поддалась – он оказался закрыт…
– Не понял?! – вдруг раздался за спиной знакомый басистый голос.
Оторопело обернувшись, я поймала взглядом Олега, который только что поднялся по лестнице.
– А кто это нам разрешил из койки мужа вылезать, м-м?
Я закатила глаза и смущенно заулыбалась, чувствуя, как вспыхнули щеки.
– Вообще-то муж меня особо и не сторожил, – почти пожаловалась я. – Я как раз шла его искать.
– Ага, уехал он, – почти посочувствовал Олег, сунув руки в карманы брюк. – Совсем недавно сорвался из дома.
Шагнув ближе к охраннику, я приглушенно спросила:
– Ты не знаешь куда?
– Как будто он мне докладывает, Котя, – отсек он, изогнув бровь.
Я со вздохом качнула головой. Может мне и правда лучше не знать? Меньше знаешь – крепче спишь. Последние недели я итак жила в сплошном стрессе. Просто чудо, что малышка до сих пор оставалась у меня в животе…
– Пойдем-ка, накормим твой шарик, – предложил Олег, утешительно обняв меня за плечи.
51
