Читаем без скачивания Покушение - Елена Сенде

Зазвонил ее телефон. Номер не определялся.

— Доктор Блейк? Это Ануват из Группы волонтеров.

— Добрый вечер, Ануват. Профессор ввел вас в курс дела?

Секретарь организации вкратце объяснил, что получил от Санука Арома сообщение, из которого узнал, что она отправится в Сураттхани и что ей нужно выдать разрешение на перемещение девочки. Его голос звучал громко, а речь была быстрой.

— Я хотел бы, чтобы вы кое с кем встретились, — добавил он.

— Конечно. Скажите, где и когда. Завтра?

— Сожалею, доктор Блейк, но он может увидеть вас только сейчас.

— Но уже ночь!

— Он работает только по ночам. Я отправлю вам адрес на мобильный телефон, и вы сможете показать его водителю такси.

— Я еду на повозке.

— A-а, отлично, тогда дайте мне водителя.

После беседы с Ануватом они проехали мимо отеля и направились на юго-запад. Они ехали по освещенному огнями мегаполису, а потом свернули с дороги и оказались на темных улочках. Сириль почувствовала легкое волнение.

На одном из перекрестков тормоза повозки завизжали, и водитель круто повернул вправо. Огромная зеленая вывеска «Пиво, Патпонг» указывала на то, что они свернули на улицу Патпонг I и II — «горячий» квартал Бангкока. Здесь Сириль ни разу не была. Тут можно было найти все, что так или иначе связано с секс-бизнесом. Неоновые вывески слепили глаза, гремела музыка. Десятки тайцев, молодых мужчин и женщин, сидели на табуретах на летних площадках баров, улыбаясь прохожим. Здесь были также леди-мужчины — трансвеститы, одетые в мини-платья и вышагивающие на огромных каблуках. Кричащие вывески гласили «Шоу-герлз», «Сафари-бар» и многое другое, а пабы рекламировали местное пиво. Они увидели огромного усатого европейца, сжимавшего в объятиях девочку ростом полтора метра максимум. Сердце Сириль сжалось. Мысленно она выругала туриста. На улице было полно народу. Пьяные туристы с Запада бродили между проститутками и их клиентами, на тротуарах спали люди, дети просили милостыню, молодежь танцевала. Кого-то рвало возле урны.

Повозка проехала еще несколько метров и наконец остановилась перед фасадом потрясающего здания в готическом стиле, достойного украсить игру «Замок и драконы».

Вывеска «Зона металла» указывала на то, что это был своего рода храм тяжелого рока. Расплатившись, Сириль спрыгнула с повозки и внимательно осмотрела черные пасти чудовищных животных, взирающих со стен здания. Она подумала, что днем все это, должно быть, кажется менее впечатляющим и что человеческий род поистине странный, раз ему нравится, когда его пугают. Она вошла в бар, где играла музыка. Внутри было много людей, пахло пивом и потом. Рок-группа, состоявшая из трех тайских рокеров, одетых в кожу и металл, с собранными в хвосты длинными волосами, играла на гитарах. Сириль хотелось заткнуть уши. Она взглянула на часы. Почти час ночи. У Анувата были свои причуды… Ей не пришлось искать его, он уже ее ждал. Указав на троих музыкантов, он что-то прокричал. Сириль его не услышала, но все же прочла по губам «Мой брат!». Секретарь направился к бару, обошел его, как будто был у себя дома, открыл служебную дверь и поднялся по ступенькам.

Они оказались в крохотной кухне. Ею, очевидно, мало пользовались. Здесь был лишь небольшой холодильник, столик с двумя пластмассовыми стульями, разбитая раковина над шкафчиком без дверцы, где были пакеты с сахаром и чаем. На табурете стояла ободранная кастрюля, и лежал пакет растворимого кофе местной марки. За столиком сидело странное существо: то ли мужчина, то ли женщина, с пухлыми губами и грудью, с лицом, обрамленным черными густыми волосами. Ануват закрыл дверь, и шум из зала стал тише.

— Позвольте представить вам Рену. Рену, это доктор Блейк, о которой я тебе рассказывал.

Рену сложил руки под подбородком в знак приветствия.

Ануват предложил второй стул Сириль, а сам остался стоять.

— Рену работает с нами. Он помогает нам приблизиться к беспризорным детям, заслужить их доверие. Сам он, до того как переехал в Бангкок, работал на юге страны, в основном на островах, в Пхуке, Кох Самуй и Кох Тао. Аром написал мне, что узнал на видео своего бывшего коллегу, Супачая.

Взгляд Сириль перебегал с секретаря ГВ на Рену.

— Рену, — сказал Ануват, — можешь рассказать доктору то, что говорил мне?

— Я знаю Супачая.

Сириль нахмурилась. Рену продолжал:

— На островах перевозка наркотиков и оружия, а также проституция организована тремя сетями. Супачай возглавляет одну из них, под названием Лига Кох Самуй. Он также занимается поединками по боксу между шахтерами.

Сириль облокотилась о небольшой пластмассовый стол, который тут же зашатался.

— Рама Супачай, исследователь, превратился в главаря банды?

Ее голос звучал скептически.

Рену прищурился, между густыми бровями залегла вертикальная морщина.

— Нет, не Рама, а Пот Супачай.

Сириль, усаживаясь на стуле поудобнее, прикоснулась пальцем к губам.

— Там несколько Супачаев?

Ануват скрестил руки на белой футболке с логотипом ассоциации.

— Точно. Похоже, семья Супачай активно работает на островах, занимаясь всевозможными перевозками. Пот и Рама — двоюродные братья.

Рену продолжал:

— Пот Супачай очень опасен. В тех местах его все боятся. Это бывший тайский боксер. Он ни во что не ставит человеческую жизнь. Ануват говорил мне, что вы отправляетесь в Сураттхани. Будьте предельно осторожны! Не ездите на личном транспорте. Никому не доверяйте. Опасайтесь любого, кто будет вас о чем-то спрашивать. Там похищают женщин, накачивают их наркотиками и отправляют на панель. В данный момент все озлоблены из-за приезда русских.

— Русских?

— С наплывом русских конкуренция в сфере проституции стала нешуточной. Блондинки более востребованы, чем тайки. В прошлом году произошли первые стычки. Пот Супачай приказал средь бела дня избить двух русских проституток на пляже Паттайи. С тех пор и недели не проходит без столкновения. Вы должны быть очень внимательны.

Сириль с трудом сглотнула.

— Я только съезжу туда и вернусь завтра.

— Будьте бдительны, и все будет в порядке.

Ануват откашлялся.

— Привезите нам малышку, а также, если это будет возможно, мобильный телефон, который был у нее. Если ей его дали и освободили, значит, кто-то пытается нам помочь. Возможно, нам оставили еще какой-то знак, чтобы мы могли найти детей.

Было уже три часа ночи, когда Сириль вошла в вестибюль отеля «Хилтон» и взяла ключ от своего номера. Она едва держалась на ногах. Швейцар протянул ей карточку на вход и запечатанный конверт.

— На ваше имя пришел факс, мадам Блейк.

В лифте, поднимаясь на одиннадцатый этаж, Сириль с опаской осмотрела конверт.

«Что за очередная чертовщина?»

Оказавшись в своем номере, она вытянулась на кровати. Она ощущала резь в покрасневших глазах, у нее болели ноги, спина, голова, и она была голодна. Когда она ела последний раз?

Раздевшись, Сириль залезла под одеяло. Взяв в руки телефон, она установила будильник на восемь утра и только сейчас решилась открыть конверт.

Это было написанное от руки письмо, отправленное по факсу, на плохой глянцевой бумаге. Она сразу же узнала почерк Бенуа.

Протерев глаза, она попыталась прочесть письмо, почти недоступное для понимания обычному человеку. Просмотрев его до конца, Сириль принялась читать сначала. После того как все буквы были расставлены по своим местам, письмо выглядело приблизительно следующим образом:

Сириль!

«Хилтон» сообщил мне о твоем приезде.

Я только что разговаривал по телефону с Р. М., который, по его словам, получил от меня письмо по электронной почте. Я разгадал эту хитрость, которая помогла тебе догадаться об остальном.

Что еще сказать? Думаю, ты все поняла. Да, я был в курсе дела и предпочел скрыть это от тебя. Я хотел бы объяснить, почему сделал это.

Десять лет назад Р. М. попросил у меня то, что ему было необходимо для испытаний. Я выполнил его просьбу, не подозревая ничего плохого. Когда ты узнала о содержании его опытов и рассказала все мне, я сразу понял, что наши карьеры и жизнь под угрозой. Я убедил тебя не доносить на Р. М., поскольку мы тоже были вовлечены в это дело и рисковали оказаться перед судом вместе с ним.

Когда ты ушла из С.-Ф., я поддержал тебя в этом. В Бангкоке, когда ты вернулась после «побега», ты не затрагивала эту тему. Ни разу. Никогда. Я уважал твое молчание, предположив, что тебе не хочется ворошить прошлое. И только несколько дней назад я понял, что ты действительно все забыла. Да, я опасался, что Ж. Д. возродит твои воспоминания, поэтому и уговаривал тебя передать его дело в клинику.

Делая все это, я пытался любой ценой защитить нас, оставив прошлое в прошлом.