Я предполагаю защищать девочку, которая украла твоего суженого, максимально бескорыстный акт.
— Хорошо, — шепчет она, ее руки начинают дрожать. — Я не думаю, что щит растянется очень широко, таким образом, нам нужно будет встать как можно ближе друг к другу.
Она глубоко вздыхает прежде, чем прошипеть искаженные слова.
— Захватывающе, — выдыхает Астон, когда серый порыв выползает из ее кожи и формирует свободную трубу вокруг нас. — Я никогда бы не подумал обратиться с такой просьбой.
— Что она сказала? — Спрашиваю я.
— Лучше не объяснять тому, кто не использует силу боли, — говорит он. — Мы же не хотим разбудить голод.
Воздух движется быстрее и быстрее, становясь размытым пятном.
— Ты в порядке? — Спрашивает Вейн, поддерживая Солану, когда она покачивается.
— Это просто немного истощает, — говорит она. — Как тяга в моих глазах?
Он наклоняется ближе и, кажется, задерживает дыхание:
— Ничего себе, я вижу только крошечную вспышку.
— Как и я, — соглашается Астон. — Должен признать, я скорее разочарован. Я надеялся, что ты была не права относительно той штуки о самоотверженности, потому что это не кажется забавным. Думаю, что я — везунчик, я слишком далеко зашел, чтобы это имело значение. Готовы двигаться?
Солана кивает, когда мы все выползаем из-за валунов, стараясь изо всех сил не наступать друг другу на пятки, когда двигаемся.
— Как это скрывает нас? — Спрашивает Вейн.
— Это похоже на то, как мы маскируем наши тела, когда летим, — говорит ему Солана. — Я убедила порывы объединить наши следы, таким образом, сложится такое ощущение, что нас всего один человек. И этот след будет слабым и приглушенным, таким образом, Райден даже не сможет заметить его. Но если заметит, то подумает, что одинокий солдат Сил Бури. Он, определенно, не будет готов к четырем.
Мы молча двигаемся после этого, медленно взбираясь по скале.
Я протягиваю свои чувства, пытаясь сконцентрироваться на точном местоположении Райдена. Но или мы слишком далеко, или Райден слишком хорошо умеет скрываться.
— Между прочим, — шепчет Солана, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Астона. — Не могу поверить, что кто-нибудь может быть настолько далеко.
— Даже Райден? — Перебивает Вейн.
— Он другой, — говорит она. — Он — тот, кто начал баловаться силой. И даже если он сможет измениться, он сделал слишком много, чтобы искупить все то, что он сделал.
— Как и я, — говорит ей Астон. — Знаю, ты все еще видишь во мне страстно желающего помочь Силам Бури… но я даже не помню, каково это быть таким. И из-за всего того, что я сделал, мне всегда будут сниться кошмары.
— Но сейчас ты здесь, — шепчет Солана. — Я видела, насколько испуганным ты был в том тоннеле у Брезенгарда. И, тем не менее, ты вернулся… и теперь ты идешь, чтобы встретиться с Райденом лицом к лицу, зная, что шансы не так уже и хороши.
— Тогда мы действительно должны подвергнуть сомнению мое здравомыслие, — говорит он с натянутой улыбкой. Через пару секунд он добавляет, — Я просто… хочу, чтобы это все закончилось.
Я не могу сказать, что он имеет в виду, но печаль в его тоне заставляет мое сердце сжаться.
Он откашливается:
— Мы должны передохнуть в той щели. Меня раздражает, что я не могу прочесть Райдена. Я знаю, что он хорош… но не на столько.
Мы забираемся в трещину… которая намного удобнее, чем выглядит…. и я оказываюсь плотно прижатой к Вейну.
— Извини, — шепчет он, пытаясь найти место, чтобы разместить руки.
— Все нормально, — говорю я ему, кладя его руки на свои бедра. — Я не возражаю.
Дразнящая вспышка вспыхивает в его глазах, но уходит столь же быстро, и он отворачивается, глядя на землю.
Я хочу схватить его за подбородок и вынудить посмотреть на меня… поговорить со мной. Объяснить его сложные смешанные сигналы.
Но время никогда не на нашей стороне.
— Кто-нибудь что-нибудь нашел? — Шепчет Астон. — Хотя, вероятно, мне следует обратиться к Солане, у влюбленных явно другие мысли на уме.
Он поднимает брови, и я краснею, закрываю глаза и слушаю небо.
— Все чувствуется пустым.
— Я ощущаю то же самое, — соглашается Солана.
— Все пусто, — говорит новый голос, и мой мозг кричит: «ТОЛЬКО НЕ ЭТО!».
Мы все поворачиваемся и обнаруживаем мою мать, стоящую в нашей расщелине с вороном на плече.
— Вы не можете ощутить Райдена, — говорит она, — потому что его здесь нет.
Глава 43
ВЕЙН
— Что ты имеешь в виду, говоря, что Райдена здесь нет? — Спрашиваю я, когда выбираюсь из расселины, в которой мы скрывались… пытаясь в процессе не ударить Одри.
— Я считаю, что данное заявление не требует пояснений. — Арелла протягивает руку, чтобы погладить своего уродливого ворона, и я хочу, чтобы он укусил ее. — Райдена здесь нет… и я имею в виду не только эту скалу. Видимо, он пропускает всю эту битву.
— Откуда нам знать, что это не очередная твоя уловка? — Спрашивает Одри, выскакивая из расселины и направляя ветрорез в грудь своей матери.
Арелла закатывает глаза:
— Твои чувства говорят тебе то же самое, а? Кажется, что Райден решил позволить своей армии заняться проблемой без него.
— Это не похоже на него, — говорит Астон, когда вылезает из щели и помогает Солане вылезти, не опираясь на травмированную лодыжку. — Возможно, из-за быстрой поймай-и-схвати миссии. Но он направил сюда всю свою силу.
— Я тоже так подумала, — говорит Арелла. — И вот почему я осмотрела каждый дюйм битвы. Я даже попросила птицу быть моими глазами, когда небо стало слишком предательским.
Карканье ворона заставляет меня подскочить.
Долбаные птицы.
— Думаете, он чего-то ждет, чтобы прийти? — Спрашивает Солана. — Пытаясь застать нас врасплох?
— Или, возможно, он знает, что проиграет на этот раз, таким образом, он скрывается в Брезенгарде, — говорю я, стараясь мыслить позитивно.
— Предполагаю, что оба варианта допустимы, — говорит Астон, — хотя последний кажется маловероятным… тем более что Силы Бури точно не одерживают там победу.
Он прав.
Звук борьбы доносится эхом, и… он звучит не слишком хорошо.
Я пинаю землю настолько сильно, что она окатывает нас кусками камней и грязи.
— Простите.
Просто…
Райдена здесь не было, и наш план рушился… вот, вероятно, настоящая причина, почему он филонит. И если он отсиживается в Брезенгарде, я… не смогу туда вернуться.
Я знаю, что однажды мы сбежали. Но чувствую глубоко внутри. Мы никогда не обыграем Райдена на его земле.
