– Повторяла и еще раз повторю – вам очень сильно повезло.
- Благодарность наша велика – слабо улыбнулся наговорившийся Митомир – Уф… думаю все же таилось в нем что-то безумное… в Вунро нашем. А все из-за луковианцев… может наговорили ему что-то нехорошее… вот он и того…
- Нет – и снова мы с Миленой возразили одновременно.
А я повторил:
- Нет. Тут все выглядит длинной продуманной цепочкой событий. И первое звено этой истории находится где-то незадолго до его первого визита в радиорубку. До этого десятилетиями избегал общения и вдруг захотелось? Не верю. Его что-то побудило.
- Но что? – задумчиво поинтересовалась Милена, медленно крутясь в кресле с помощью упираемого в пол костыля – Чего он вдруг ожил?
- Хороший вопрос – признал я – А чем он занимался в те дни?
Митомир развел руками:
- Да как всегда в заботах был.
- А конкретней? – чуть надавил я.
- Как упомнить?
- А журнал рабочих записей ведете? – опять ожила Милена – Кто и когда что сделал отмечаете где-нибудь?
- Вести – не ведем – вздохнул старик, но тут же воспрял – А вот сверяться с таким журналом – сверяемся, чтобы работу себе дополнительную сыскать. А как же! До нас тут люди умные были, все от и до расписали. Где и когда убираться, как часто рычаги дергать, когда осмотр делать. Постойте… ну да… примерно тогда Вунро и читал тот журнал, дело себе выискивая. А потом, помню, оделся он в рабочее, взял малую сумку инструментом и пошел себе трудиться… Мы потом его дня два почти не видели. А возвращался грязнее некуда… и где столько грязи отыскал?
- Куда именно он пошел? – спросил я.
- Где журнал? – Милена подалась в кресле вперед и едва не упала на дернувшегося старика – Дайте посмотреть!
- НЕ положено…
- Прекратите уже – попросил я – Может настало время жить своим умом, уважаемый Митомир? Вы здешний глава. На вас ответственность за Пальмиру. Да и не просим мы ваши священные записи. Нам нужен журнал старых инструкций. Есть такой? Дадите?
- Да дам… дам уж – завздыхал встающий старик, все еще пребывающие в неуверенности – Ох тяжки грехи наши. За что мне эта напасть на склоне лет? Я мечтал тихо и мирно дожить свой век в тепле и счастье… Следуйте за мной…
- Ты подумала о том же о чем, и я? – поинтересовался я, галантно пропустив Милену вперед.
- Мне почему-то кажется, что он что-то нашел – тихо ответила она – Что-то такое, что побудило его резко измениться самому… и выйти на связь с луковианцами. Я только предполагаю, но… что если он им рассказал о найденном?
- И они тут же среагировали – кивнул я – И первым делом велели устроить губительный саботаж, по сути приказав ему убить…
- А затем совершить суицид уйдя в снег?
- Ну или там его ждал вездеход. Время подготовиться у них было.
- Тогда он мог что-то унести с собой?
- Тут можно только гадать. Но все же он что-то нашел – медленно произнес я.
- Что-то настолько важное, что это стоило для них гибели целого убежища – добавила Милена – А ты говоришь, что экспедиции скучны…
- Я этого не говорил – усмехнулся я, шагая следом за ней по лестнице – Но такое я даже предположить не мог.
- Арктический детектив в краю воющей вьюги… да что вообще можно такого отыскать в обычном заброшенном ангаре? Стоящего человеческих жизней...
Глава 8
Глава восьмая.
Журнал старых инструкций представлял собой распухшую от вставленных листов, бумажек и клочков домовую книгу и нашелся быстро. Еще быстрее было обнаружено святотатство – одна страница была вырвана. Проделано все было аккуратно – сразу и не найдешь. Но имелась нумерация листов, к тому же Вунро или те, кто им командовал по связи, не учли одного – в Пальмире было мало художественных книг. Всего в их библиотеке хранилось сорок книг ровно и имелся четкий запрет на увеличение этого количества – дабы не преумножать праздность и не плодить лишних мыслей. В результате создался устойчивый книжный голод, и живущие здесь старцы с жадностью читали и перечитывали все, что попадало им в руки – сгодился и поощряемый к чтению и зазубриванию журнал инструкций, написанный далеко не столь уж скучным техническим языком, в чем я смог убедиться при беглом просмотре. Тетрадь хранилась в хижине и лежала в центре небольшого столика, приткнувшегося под двумя полками с теми самыми сорока дозволенными книгами Пальмиры. Я скользнул взглядом по потрепанным корешкам и убедился, что многие из них читал в свое время, а некоторые оставили глубокий след в памяти и мыслях.
Надо же… на верхней полке ряд начинался с «Графа Монте-Кристо», что соседствовал с «Моби-Диком», а к тому плотно прилегал выглядящий самым затасканным роман «Лето Господне». Заинтересовавшись, я пробежался глазами по много раз ремонтированным книгам, запоминая названия, благо пока от меня не требовалось ровным счетом ничего – всем занималась азартно идущая по еще теплому следу Милена, быстро нашедшая ключики ко всем собравшихся в хижину старикам. Они с радостью напрягали седые головы, чтобы помочь нетерпеливой женщине с костылем, а она умело и при этом терпеливо и вежливо подталкивала их, тормошила, находя верный подход. Поэтому я и не вмешивался – у нее было куда больше времени, чтобы выработать верную стратегию поведения в этом мире древних стариков. Поэтому я позволил ей реализовать свой опыт, внимательно слушая и не вмешиваясь. Только придурки всегда стараются быть во главе каждого начинания, усиленно и абсолютно без нужды при этом доминируя. Хочешь работать с умными и умелыми – дай им определенную свободу, прекрати разыгрывать из себя альфа самца и просто наблюдай.
Вот я и наблюдал… и уже через тридцать минут общими усилиями исчезнувший лист был полностью восстановлен с обоих сторон и заново написан на бережно хранившихся клочках. Заодно Милена продублировала его в свою тетрадь, а судя по ее блестящим глазам, она бы с радостью скопировала вообще все записи Пальмиры, но себя пока сдерживала – не время и не место. К тому же это наверняка встретит сопротивление пальмирцев.
Да… Вунро просчитался и своим поступком только подсказал на какую именно часть Пальмиры нам следует обратить пристальное внимание. Если только
