То же самое относилось и к одежде. Лия, до этого завидовавшая изысканному вкусу Габриэль и ее умению даже дома одеваться по-королевски, быстро изучила основные секреты хорошего внешнего вида. Правда, в этом случае знаний Константина хватило только для того, чтобы разъяснить ей правила хорошего тона, которыми следовало руководствоваться при выборе вечерних туалетов. Все остальное ей с удовольствием рассказывала Берта. Они могли проводить часы, предаваясь чисто женским разговорам о тонкостях костюма. В результате Лия без сожаления выбросила две трети своего гардероба, включая нижнее белье и обувь, и пополнила его новыми вещами. Единственной наукой, которой она владела в совершенстве, было искусство макияжа. Но и в этом случае избежать новых покупок не удалось.
Если до этого на Лию оглядывался каждый второй мужчина, то теперь на нее оглядывался каждый. И тогда, когда она шла по улице одна, и тогда, когда ее под руку держал Константин. Этих взглядов он, казалось, не замечал. А если замечал, то смотрел на любопытствующего так холодно и высокомерно, что тот, наверное, после этого случая не мог поднять глаза на женщину несколько дней.
Константин никогда не ревновал ее. Лия понимала, что он слишком умен для того, чтобы ревновать, а также для того, чтобы демонстрировать свою ревность, если он ее испытывает. Но иногда ей становилось не по себе от этих мыслей. Ей вообще иногда становилось не по себе от мыслей об этих отношениях — и об его отношении к ней, в частности. Он не просто любил ее. Он боготворил ее, жил ею, дышал ею. Когда он говорил ей: «Ты знаешь, если я тебя потеряю, то умру», в его глазах появлялся такой неподдельный ужас, что у нее кровь останавливалась в жилах, и она даже не думала принимать это за пустые слова. Он готов был положить к ее ногам весь мир, готов был перевернуть Вселенную только для того, чтобы она лишний раз улыбнулась или рассмеялась.
Ей было страшно от осознания того, что люди могут так любить — полностью отдаваясь чувствам, не задумываясь, жертвуя всем ради любимого человека. Она уже не думала о том, за какие заслуги рядом с ней появился человек, уровня интеллектуального и духовного развития которого ей даже при большом желании не достигнуть. Она думала о том, что будет, если что-то случится, и его надежды не оправдаются. О том, каково это — строить отношения кирпичик за кирпичиком, вежливо и практически неощутимо подталкивая другого человека вверх, к осознанию важности самосовершенствования, а потом ощутить, что все это рушится, и уже ничего не вернуть. Нет, она не хотела об этом думать. Он не раз говорил ей о том, что высшая мудрость — это умение наслаждаться счастьем сегодня и не думать о том, что будет завтра. Давно пора бы это уяснить.
Еще не так давно Лию интересовал другой вопрос. А была ли ее история повторением истории с Марикой? Может быть, и в случае с ней Константин точно так же выступал в роли учителя и наставника? Но скоро выяснилось, что это была совсем другая история.
Константин часто рассказывал о своей бывшей жене, и почти всегда потому, что его просила об этом Лия. Она не знала, что каждый раз подталкивает ее выслушивать очередной кусочек этой истории. Константин рассказывал о Марике без большой охоты, но откровенно — без комментариев, недоговорок и оскорблений в адрес некогда (а, может, и до сих пор) любимой женщины. Больше всего Лие нравилось то, что Константин не называл Марику неумелой любовницей. Наоборот, он отзывался о ней хорошо, иногда даже очень, в отличие от многих мужчин, которые имеют привычку рассказывать нелестные (по большей части, выдуманные) подробности о своих бывших женщинах. Недостающей информацией Лию снабжал Гилад, с которым она нередко беседовала по душам, и майор Толедано, настоящий джентльмен, вежливый и тактичный человек, который не мог порой удержаться от обсуждения интересной темы.
Госпожа Землянских родилась в семье преуспевающих финансистов, польки и венгра. Ее отец был влиятельным в определенных кругах человеком, равно как и ее мать, которая не просто помогала отцу вести дела, но и была его полноправным деловым партнером. Марика училась в частной школе и получила великолепное воспитание, как и подобает девочкам из обеспеченных семей. Она с отличием окончила один из лучших университетов страны и начала работать консультантом по ценным бумагам на иерусалимской бирже. После этого она написала магистерскую диссертацию и сменила работу консультанта по ценным бумагам на работу финансового аналитика. Когда Марика познакомилась с Константином, то уже располагала приличным капиталом. Этот капитал был раза в два больше, чем все его средства вместе взятые.
Марика была не только умна, но и красива, но выходить замуж она не торопилась, да и желанием завести постоянные отношения с мужчиной не горела. Главным принципом, которым она руководствовалась при выборе мужчины, был следующий принцип: он должен быть достаточно умен для того, чтобы замечать достоинства связи с умной женщиной, и достаточно глуп для того, чтобы не замечать недостатков этой связи.
Вопреки всем ожиданиям Лии, до замужества романов у нее было много, но ни один из них она не принимала всерьез и всегда прекрасно знала, когда поставит точку. То есть, почти всегда. Однажды Марика позволила своим чувствам взять верх над трезвым рассудком, за что поплатилась разбитым сердцем. А через день после этого встретила своего будущего мужа.
Лия не знала, что Марика поняла раньше — то, что она влюблена или то, что она, выражаясь словами Теодора Драйзера, «Трилогию желаний» которого они с Константином закончили читать совсем недавно, «сыграла выгодную партию». По правде говоря, она с трудом могла найти ответ на этот вопрос. Но когда она впервые увидела Марику на свадебной фотографии, то и подумать не могла, что эта женщина — расчетливая похитительница мужских сердец. А сердец она похитила немало, в этом Лия была уверена.
И, конечно же, госпожа Землянских была настоящей леди. Она имела достойные ее положения манеры, благодаря широкому кругозору и впечатляющей эрудиции могла поддержать любой разговор, была радушной хозяйкой, демонстрировала идеальный вкус в одежде. Но эта информация, разумеется, была лишней. Лия успела увидеть не одно фото Марики, и ее умение держать себя как богиню было заметно невооруженным глазом. Даже на фотографиях, запечатлевших ее где-нибудь на природе, в обыкновенных шортах и футболке, она выглядела гордой красавицей.
Лия думала о том, что вполне могла бы подружиться с Марикой и многому от нее научиться. Судя по рассказам Гилада и Боаза, та, несмотря на превосходство над остальными, не имела привычки вести себя высокомерно и была общительным человеком. Исключение составляли ограниченные люди — Марика, как и Константин, питала к ним искреннее отвращение.
