«Чудовище, — думала про себя девочка, — уверена, что ты не только обкрадывал короля, ведутся за тобой делишки и похуже!»
— Вы пренебрегаете гостеприимством моей дочери и тем самым оскорбляете её сан! — ревел король. — Вы не имеете права давать обещания, которые не собираетесь выполнять. Если бы вы были нашими подданными, мы бы попросту запретили вам покидать дворец.
— Я не отказываюсь от своих слов, Ваше Величесвто, и действительно собираюсь исполнить своё обещание, — Софи старалась говорить спокойно и гордо. — Но вы не можете ничего от меня требовать, пока моему ребёнку угрожают. Если вы позволите мне отлучиться ненадолго, чтобы обезопасить его, то я очень скоро вернусь и выполню всё, что потребует от меня принцесса Хильда.
Чармейн ясно видела, в какое щекотливое положение попала Софи. Она не могла объяснить свою уловку при бесцветном джентльмене и принце Людовике. И в то же время не могла не думать о безопасности Моргана.
— Снова пустые обещанья, — гневно проговорил король, — оставьте их себе, девушка!
Бродяжка свирепо зарычала у ног Чармейн. Принц Людовик расхохотался и щёлкнул перстами. Все удивлённо обернулись на него. Раздался треск рвущихся платьев. Толстая нянька превратились в мощную мускулистую тварь с фиолетовой кожей и когтями на ногах. Дама принца сбросила на пол лохмотья полу вечернего платья, обнажив сиреневое тело, на её спине виднелись бесполезные рудиментарные крылышки фиолетового цвета. Оба лаббокина ринулись на Софи, потянув к ней свои фиолетовые лапища.
Софи закричала и закрыла Моргана от загребущих лап. Малыш завопил от неожиданно возникшего ужаса. Весь остальной шум заглушило звонкое тявканье Бродяжки и зловещий рёв джамалова пса, который бросился к даме принца. Не успел он добежать до лаббокинов, как крохотные крылья дамы затрещали, и она ловко подпрыгнула к Софи, схватив Блика. Блик орал и брыкался. Нянька-лаббокин отгородила мальчика от Софи, чтобы та не бросилась его спасать.
— Я же предупреждал, — раздался голос принца Людовика, — либо ты покидаешь дворец, либо твоё дитя пострадает.
Глава шестнадцатая,
полная побегов и открытий
— Просто возмути… — начала было принцесса Хильда.
Тут Блик вырвался из сиреневых лап, проскользнул между лаббокинов и взбежал на лестницу.
— Помогите! Помогите! Не дайте им тронуть меня!
Оба лаббокина бросились за ним, грубо оттолкнув принцессу Хильду. Принцесса завертелась, зашаталась, но вовремя вцепилась в перила и удержалась на ногах. Лицо её раскраснелось, и во всём виде не осталось больше ни капли величия. «Единственный раз, когда она выглядела, как обычная женщина,» — вспоминала впоследствии Чармейн. Неожиданно для себя девочка кинулась за лаббокинами, крича во всё горло: «Прочь от него! Как вы смеете!»
Софи на секунду заколебалась, а затем всучила Моргана королю.
— Берегите его! — выпалила она и, подобрав юбки, бросилась по лестнице следом за Чармейн, крича на ходу: — А ну прекратите! Слышите!
Верный Джамал, тяжело пыхтя, побежал за ней, выкрикивая: «Стоять, воры! Стоять, воры!» За ним по ступенькам карабкалсяего пёс, высказывая не меньше преданности, чем хозяин. Преследуя похитителей, он злобно и отрывисто рычал на них. Бродяжка осталась внизу, бегая туда-сюда, рыча и тявкая, словно маленький сопрановый вихрь.
Принц Людовик стоял на противоположной от принцессы Хильды стороне лестницы и громко смеялся над шумной погоней.
Лаббокины снова схватили Блика, когда тот почти добежал до площадки. Мальчик яростно отбивался от фиолетовых и сиреневых лап. На секунду его детские ножки в голубых бархатных штанишках превратились в сильные ноги взрослого человека. Одна нога пнула мощного лаббокина-няньку в живот, а вторая ступила на лестницу, помогая Блику удержать равновесие и позволяя его правому кулаку со всего размаху врезаться в нос следующего лаббокина. Шмяк! Оба лаббокина повалились на пол, а Блик живо помчался наверх. Чармейн заметила, как он притормозил на следующем пролёте, чтобы глянуть вниз и убедится, что она, Софи и Джамал бегут следом.
Они спешили изо всех сил, потому что побитые лаббокины быстро пришли в себя и бросились за Бликом с неимоверной скоростью. Чармейн и Софи кинулись за ними, Джамал и его пёс упорно плелись сзади, стараясь не отставать.
На пол пути к следующему пролёту лаббокины опять нагнали Блика и схватили его. Снова послышались звуки смачных оплеух, и снова Блик вырвался на свободу. Он пробежал ещё несколько пролётов прежде, чем лаббокины вновь настигли его. Они разом набросились на него, и все трое одним клубком перепутавшихся ног, рук и фиолетовых крыльев покатились вниз по ступеням.
К этому моменту Чармейн и Софи почти выбились из сил и едва дышали. Девочка ясно различила ангельское личико Блика в путанице кубарем несущихся тел — он внимательно наблюдал за ними. Когда Чармейн и Софи добрались до площадки и взглянули на пролёт, где шла борьба, сплетение тел вдруг рассыпалось. Фиолетовые тела лаббокинов отлетели вниз, а Блик снова сбежал. Софи держалась за бок, переводя дыхание, когда мальчик достиг деревянных ступенек. Лаббокины уже вскочили на ноги и неслись за ним. Чармейн и Софи уже не так сильно отставали от них. Джамал и его пёс остались далеко внизу, однако не сдавались и продолжали подниматься наверх.
Все пятеро уже бежали по грохочущим деревянным ступеням. Блик поубавил пыл и теперь осторожно и, не спеша, карабкался вверх. Чармейн могла поклясться — это уловка. Лаббокины издали победоносный рёв и прибавили ходу.
— О нет, опять! Только не туда! — простонала Софи, когда Блик распахнул дверцу на последней площадке и вышел наружу. Чармейн и Софи доплелись до деревянной площадки и, переводя дыхание, уставились в дверной проём. Лаббокины сидели на торце золотой крыши и всем видом давали понять, что желали бы оказаться где угодно, только не здесь. Блик нигде не показывался.
— Что он удумал на этот раз? — выдохнула Софи.
Блик тут же возник на пороге, весело смеясь. Лицо его раскраснелось, а золотые локоны, разметавшиеся во все стороны, светились солнечным ореолом.
— Идите и пофмотрите, что я нашёл! — ликующе пропел он. — Профто фледуйте за мной.
— А что с тем двумя? — спросила Софи, сжимая бок и указывая на крышу. — Понадеемся, что они свалятся и разобьются?
— Подофдите и фё увидите! — произнёс Блик, очаровательно улыбаясь. Затем он повернул голову и прислушался. Снизу стремительно приближались рычание и карабканье пса Джамала. Он обогнал своего хозяина и теперь во весь опор мчался вверх, скребя лапами по деревянным ступеням и тяжело дыша. Блик кивнул и выглянул на крышу. Затем он сделал неясный жест и что-то пробормотал под нос. Оба лаббокина неожиданно вскрикнули противными булькающими голосами и превратились крохотных розовых существ, суетливо хлюпающих и шлёпающих по торцу золотой крыши своими скользкими конечностями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
