Глава 21
Сара
В тот день я будто потеряла часть себя. Половина моей души оказалась скована толстым слоем льда, а сердце... Оно мучительно ныло, заставляя грудную клетку гореть изнутри. Ощущение, будто в меня вонзили сразу несколько клинков, разодрав беззащитную плоть, раздробив кости, выбив жизнь из лёгких.
— Это неправда... Я не верю! Не хочу в это верить, — уже около часа я сидела в одной позе, сжавжись под стеной в небольшой комок и обхватив голову руками. Элена бегала вокруг, пытаясь заставить меня выпить успокоительную таблетку, но я её даже не слышала.
В голове, словно на повторе, звучали слова Артура: «...они погибли на месте...».
Мой братик... Мой милый Тигран... Папа...
Господи, за что?! В одночасье у меня отобрали двух самых близких и родных людей... Тех, ради кого я жила... Их больше нет...
Нет! Этого просто не может быть! Они не могли умереть! Не могли оставить меня! Тигран... Он ведь обещал. Он обещал, что всегда будет рядом. Что никогда не бросит. Не оставит одну... Я отказываюсь в это верить! Не хочу! Не хочу!
Это всё — ложь. Очередная манипуляция от Артура. Я... я должна сама во всём убедиться.
Вскинув запалканное лицо, вцепилась в руку перепуганной женщины. Миссис Попадопулус сидела рядом, пытаясь напоить меня водой, чтобы пришла в себя. Но разве можно успокоиться, когда в груди бушует настоящий пожар?
— Элена, — начала дрожащим срывающимся на рыдания голосом, — пожалуйста, помоги мне. Мне нужно уехать. Я должна вернуться в Москву... Умоляю, помоги мне добраться до аэропорта! Я хочу домой... К папе и Тиграну! Элена, прошу... У меня никого больше нет, — не выдержала и снова заскулила. Совсем как побитая, брошенная на обочине, собака.
Она смотрела на меня, словно на полоумную, но мне было всё равно. Я знала лишь одно: ждать помощи, понимания или поддержки от Артура — самое глупое и бессмысленное занятие. Он уже продемонстрировал своё истинное отношение, закрывшись от меня. Отгородился, оставил справляться в одиночку. Эта ледяная глыба никогда не станет мне помогать, а уж тем более, ему не понять того, что я сейчас испытываю.
— Сара, твой муж ведь уже сказал, — женщина пыталась достучаться до остатков моего разума. Говорила со мной как с ребёнком. Хотя, в этот самый момент я мало чем отличалась от той малышки, которую папа, много лет назад привёз домой. Стоило подумать об этом, как из глаз хлынул новый поток слёз. Уронив голову на грудь Элены, я завыла в голос.
Одна... Теперь я точно совсем одна. Мама и Амелия никогда особо не любили меня. Для них обеих я всегда была нежеланным дополнением к папе. Единственная причина, по которой они меня терпели все эти годы — это он. А сейчас...
Стоп! Не буду об этом думать, иначе сойду с ума. Нужно абстрагироваться, заблокировать все ненужные мысли. Всё потом. Я подумаю обо всём, когда буду дома, в Москве.
Заставила себя успокоиться и высвободилась из тёплых объятий Элены.
— Завтра утром за вами прилетит вертолёт, — продолжала меня уговаривать, но уже не так уверенно, как раньше. В её глазах плескалась жалость, в них стояли невыплаканные слёзы, но я изо всех сил пыталась это игнорировать. Пусть жалеет, мне всё равно. Только бы помогла уехать.
— Нет, — резким движением руки, смахнула влагу с лица. — Я должна уехать как можно раньше. Прошу тебя, Элена. Умоляю, — дрожащими пальцами коснулась её плеча. — Пойми, это мой отец, мой брат... Мне нужно вернуться домой, к семье... А Артур... Ты же сама всё слышала. Ему плевать на меня и мои чувства. Элена, пожалуйста. Я сделаю всё, что угодно... Просто помоги...
— Прости меня, дочка, — тяжело вздохнув, протянула женщина. Больше она не пыталась скрыть своих чувств. Слёзы заструились по её щекам и закапали на пол. Подавшись чуть вперёд, Элена схватила меня за руки, потянула на себя и обняла. Крепко-крепко. Как мама. — Прости старую дуру...
***
Солнце уже давно скрылось за горизонтом, когда Ставрос спрыгнул на причал и помог мне выбраться из катера. Последние красно-оранжевые мазки на бескрайнем небесном полотне медленно меркли, сливаясь с тёмными сумерками.
День клонился к вечеру, кое-где виднелись тяжёлые серые тучи — вестники скорой бури. Погода, будто чувствуя моё состояние, полностью отражала его. Кажется, моя жизнь погрязла в мгле, из которой уже невозможно выбраться. Грязные воды болота затягивали меня всё глубже, проникая под кожу и смешиваясь с кровью. Холод пробирал до самого позвоночника, заставляя постоянно ёжиться.
Парень с лёгкостью подхватил небольшую дорожную сумку, куда вместились все мои немногочисленные пожитки и подвёл меня к такси. Автомобиль, с которым он договорился заранее, ожидал нас на берегу.
Водитель улыбнулся нам и сказал что-то на греческом. В другое время я бы могла, в очередной раз, выразить восхищение этому прекрасному, певучему языку, но сейчас для меня не существовало ничего. Я сама словно была и не здесь вовсе. Мои мысли, чувства и сознание уже давно пересекли тысячи километров и вернулись домой. В прошлое, где всё было по-другому. Где нет места смерти и потерям. Где мне не нужно оплакивать гибель отца и брата...
Ставрос обменялся парой фраз с водителем и молча помог мне забраться в салон. Забившись в угол, прижалась лбом к окну и бессмысленно уставилась на необычайной красоты пейзаж.
