Вечерний Родос был поистине неописуем, но та пустота, которая образовалась внутри не позволяла думать ни о чём другом, кроме как раздирающей сердце на мелкие куски, боли. Я выполнила данное себе обещание и не плакала. Слёзы высохли ещё там, на Гестии, пока я сидела на диване, уставившись в запертую дверь кабинета, где находился Артур.
В каком-то смысле я была ему благодарна за это, ведь своими действиями мужчине удалось уничтожить в моей душе те слабые зачатки запретных чувств, которые мне нельзя было испытывать. Он доказал, что пропасть, лежащая между нами, никогда не исчезнет. Что бы ни произошло, мы всегда будем идти разными путями и этого невозможно изменить.
Элена сделала всё за меня. Она собрала мои вещи и договорилась с сыном, чтобы тот приехал за мной и доставил на Родос, пока погода не успела испортиться. Мы обе понимали, если я послушаюсь Артура и останусь на Гестии до утра, полёт придётся отложить. Ни один человек в здравом уме не станет рисковать собственной жизнью, отправляясь в путешествие в нелётную погоду.
Вот такая странная насмешка судьбы. Выдавая меня за Епремяна, папа был уверен, что отныне мне не о чем беспокоиться. Он сказал, что мы созданы друг для друга и всегда должны быть вместе... Если бы он только знал, кого на самом деле любит Артур. Если бы знал, что он был парнем Амелии...
А правда заключается в том, что будучи замужней женщиной, я осталась одна в тот момент, когда больше всего нуждалась в чьей-либо поддержке.
Машина плавно выехала на шоссе и влилась в поток автомобилей. В салоне играла спокойная мелодия. Скорее всего, она должна была отвлечь меня от грустных дум и вытащить из того оцепенения, в котором я пребывала уже несколько часов. Помогло ли мне это? Нет, нисколько. Не думаю, что мне уже хоть что-то способно помочь. Ни одна музыка и ни одни слова поддержки не смогут вернуть мне моих брата и отца. Они ушли. Навсегда.
Ставрос сидел рядом. Слабый, едва уловимый запах моря, которым была пропитана его кожа, служил единственным напоминанием того, что я ещё жива. Несмотря на замедленное дыхание и рябь в глазах, моё сердце продолжало биться. Как бы мне не хотелось закрыть глаза, провалиться в пустоту и больше никогда не возвращаться в этот злой, жестокий мир, оно было против. Жизнь ещё теплилась в ослабленном теле, а значит, я должна бороться до конца. Я должна держаться. Ради папы. Ради Тиграна. Они хотели бы видеть меня сильной...
Перед глазами возникло лицо брата, его широкая улыбка и глаза, в которых всегда плескалась неуёмная энергия. Ему было всего восемнадцать лет. Тигран только закончил школу и поступил в университет. Он не должен был уходить! Это несправедливо! Так не должно быть. Не должно!
Не то стон, не то всхлип слетел с моих губ и утонул в очередном аккорде. Крепко зажмурив глаза, откинулась на спинку кресла. Дыши, Сара. Дыши. Ты обещала, что не заплачешь. Обещала, чёрт возьми!
Широкая, с огрубевшей от работы кожей, ладонь мягко опустилась на мои сцепленные пальцы. Повернувшись, встретилась взглядом с чёрными глазами Ставроса.
— Не нужно стесняться своих слёз, Сара, — произнёс он. — Есть вещи, над которыми мы не подвластны. Это правда жизни и к сожалению, нам не избежать встреч с ней. Помни, даже после самой тёмной ночи наступает рассвет. Рано или поздно, но ты привыкнешь жить с этой болью.
Но я не хочу к ней привыкать! Не хочу жить с этой пустотой внутри...
— Я уже звонил в аэропорт, — сжав мою ладонь ещё крепче, будто пытался передать мне часть своих сил, продолжил он. — Ближайший вылет через час, так что к утру ты уже будешь в Москве.
— Ставрос, спасибо тебе огромное, — искренно поблагодарила я его, чувствуя как на глаза вновь наворачиваются слёзы.
Я снова ошиблась, позволив себе расслабиться. Поверила, будто смогу контролировать свою жизнь, спасу не только бизнес отца, но и смогу отплатить им за всё хорошее, что они сделали для меня. А в итоге? Я потеряла двух самых близких мне людей, осталась одна в этом огромном мире.
Замужем за настоящими Чудищем, которому чуждо всё человеческое. Холодность Артура, его тон, когда он сообщил мне об аварии, просто не выходили из головы. Спокойствие, с которым он произнёс эти страшные слова были сродни хладнокровию убийцы... Он повёл себя так, словно говорил о каком-то деловом соглашении. Будто смерть не может ранить, не причинит боли...
— Я очень благодарна вам с Эленой... Не знаю, что бы делала без вас...
— Прекрати, — перебил он меня, приобняв за плечи. — Именно для этого и нужны друзья. Ты очень хороший человек, Сара. Мне ужасно жаль, что тебе приходится переживать нечто подобное. Но, — Ставрос заглянул мне прямо в глаза, — я хочу, чтобы ты знала. Ты всегда можешь положиться на меня. Считай, что здесь, в Греции, у тебя появился старший брат, который всегда готов протянуть тебе руку помощи и поддержать в трудную минуту.
— Спасибо, — с трудом выдавила из себя и уткнувшись лицом в его рубашку, тихо заплакала.
Артур
Старые воспоминания вновь напали на меня, заставляя вернуться в те далёкие времена, когда Гестия превратилась из райского уголка в настоящий ад на земле. Туда, где всё началось...
Такому детству, как у меня, могут позавидовать тысячи людей по всему миру. Конечно, легко делать выводы о жизни других, глядя на яркую картинку. Но никому и в голову не придёт, что они видят лишь то, что им позволяют увидеть. На самом же деле, никому не понять, через что мне пришлось пройти, свидетелем каких ужасов пришлось стать.
