Читаем без скачивания Психология любви и секса. Популярная энциклопедия - Юрий Щербатых

Социологи, психологи, сексологи, журналисты и другие «эксперты» периодически проводят самые разнообразные опросы с целью выяснить, по каким критериям выбирают друг друга мужчины и женщины. По данным одного американского опроса среди студентов выяснилось, что 100 % мужчин выразили желание, чтобы их партнерша была красивой и сексуальной; 80 % мужчин хотели, чтобы партнерша имела одинаковое с ними образование; 75 % мужчин желали, чтобы их подруга была инициативной и искусной в половом отношении; 50 % студентов хотели, чтобы женщина проявляла о них заботу (готовила, ухаживала, следила за одеждой).

Женщины на первое место поставили чуткость и предупредительность (100 %), 60 % настаивали на бескорыстности или альтруизме в половых отношениях[14]. Примерно половина студенток ожидали от своего партнера богатства чувств и страстной любви, значительная доля студенток (43 %) выразили пожелание, чтобы их партнер смог доставить им сексуальное удовлетворение, а 30 % вспомнили о необходимости материального благополучия. Так что напрасно некоторые женоненавистники обвиняют прекрасную половину человечества в меркантильности – этим невыносимым для мужчин свойством обладает меньшая часть дам.

И еще: почти все женщины и только четверть мужчин указали на такие качества, как физическое здоровье и склонность к сексуальной моногамии. Правда, непонятно – то ли студенты в Америке не ревнивы, то ли они стесняются вслух заявлять о своих притязаниях на своих подруг…

Во время работы над данной книгой я проводил аналогичные опросы среди российских студентов медицинской академии, результаты которых отличаются от американских. Студентам был задан вопрос «Что является определяющим в вашем выборе объекта любви?» Больше всего студентов отметили «душевные качества», (81 %), на втором месте стояли «внешние данные» (57 %), затем «интеллект» (49 %), «сексуальность» (43 %), затем с большим отрывом «материальное положение» (23 %) и «социальный статус» (19 %). Результаты этого опроса еще раз подтвердили особенность русской нации, которая «любит» прежде всего душу, а уж потом – тело.

Что же касается половых различий, то они наблюдались лишь по некоторым показателям. Требования к душевным качествам и интеллекту как у студентов, так и у студенток были одинаковыми, а вот к красоте и сексуальности объекта любви мужчины были более требовательны: 86 % мужчин и только 45 % женщин в качестве критерия выбора отметили «внешние данные», а 71 % мужчин и 30 % женщин – сексуальность[15]. Зато для женщин большее, чем для мужчин, значение имеют социальный статус и материальное положение. Примерно тридцать процентов студенток отметили эти качества в качестве критериев выбора объектов любви. Обратите внимание, что по этому пункту результаты полностью совпадают с американскими показателями – и у нас, и у них примерно треть женщин готовы полюбить мужчину только за то, что он богат или занимает высокое положение в обществе! Однако я не стал бы обвинять прекрасный пол в корыстолюбии – ведь для семидесяти процентов девушек деньги в любви не имеют значения. И потом, женщины тоже могут бросить камень в сильный пол – 7 % мужчин готовы влюбиться в девушку, если она будет достаточно богата. Ну, конечно, в принцессу влюбиться каждый может… А что делать Золушкам, которые разминулись с доброй феей и вынуждены рассчитывать только на себя?

В другом опросе, проводимом одним из российских журналов, выяснилось, что большая часть мужчин предпочитают скромных, мало выделяющихся женщин женщинам с яркой, вызывающей внешностью. Большая часть мужчин пожелала познакомиться с «серыми мышками», а не с «фотомоделями». Психологи полагают, что за столь странным выбором стоит скрытая неуверенность в себе, характерная для представителей «сильного пола». Ведь за яркую, привлекательную женщину придется бороться, конкурировать с другими мужчинами, а этого хотят немногие. Большинство, как оказывается, предпочитают завести себе такую подружку, которая не давала бы поводов к ревности, а любила и ценила «за оказанное ей доверие».

Один из опрошенных мужчин выразился вполне честно и определенно: «Какие блондинки, какие топ-модели? Да мужики их безумно боятся! Мужчины вообще боятся всего и всю жизнь. Сначала боятся оказаться «не на высоте» со своей первой девушкой, потом боятся женитьбы, впоследствии – жены (а вдруг изменяет), параллельно всему этому – безумный страх импотенции. И вот, когда такой нормальный средний мужик встречает топ-модель, он, в свою очередь, боится впасть в сексуальную зависимость…»

Непонятно, чего больше в этом тщательно подавляемом страхе: того, что любимая женщина найдет себе мужчину побогаче, покрасивее, поумнее – то есть заниженной мужской самооценки, или же недоверия к женщинам, но ясно, что такая тактика заранее снижает планку любви, делая из нее всего лишь род брачного контракта на ограниченный срок.

В заключениe этого раздела следует коснуться одного важного момента, который может существенно влиять на факторы, описанные выше. Это элемент случайности (или, если хотите – Судьбы), который вмешивается в процесс выбора предмета любви. Дело в том, что, по большому счету, способность к любви заключается в самом влюбленном. Если любви давно уже не было, если потребность в этом чувстве достигла максимума, то любой человек, случайно оказавшийся в пределах досягаемости, может стать объектом самой горячей и безумной страсти. Как писал М. Веллер, можно не встретить свою любовь в Москве, где живут сотни тысяч очаровательных женщин и девушек, а найти ее в геологической партии, где всех баб три, и все страшнее пленных румынов. Или вот еще цитата того же автора: «Сколько было случаев, когда девушка влюблялась в кого-то заочно, а потом вместо него «подставлялся» не тот, ошибочка происходила, ждала на площади героя, а подклеился проходимец – и бац! Получал проходимец всю дозу любви, сначала предназначенную совсем не ему, но когда любовь уже оформилась в чувство к определенному объекту – заменять его поздно, первоначальный избранник опоздал, поезд ушел, место занято».

Поэтому так опасна игра под названием «Знакомство по газетным объявлениям», особенно если второй адресат находится в «местах не столь отдаленных». Практика показывает, что финал тюремной переписки часто бывает весьма плачевным для женщин, ибо они влюбляются не в конкретного заключенного, а в свой романтический образ, который мастерски создается специалистом по любовным письмам (в каждой зоне имеется человек, который пишет сотни писем за своих товарищей по несчастью). А потом оказывается, что вместо романтического героя приходится любить (а любовь, как известно, зла!) совсем другого человека, который и двух нежных слов сказать не умеет, и вещи из дома выносит и по морде настучать запросто может.

Итоговое резюме: «Если вы чувствуете в себе настоятельную потребность в любви, будьте предельно осторожны, переходя дорогу в неположенном месте».

«А мне такая больше нравится…»

(индивидуальные критерии выбора полового партнера)

У меня большая грудь и маленькие ноги. А Сергей хотел наоборот. Куда мне теперь идти?

Влюбленность возникает тогда, когда другой человек оказывается похожим на идеальный образ, имеющийся в сознании, недаром же возлюбленного называют «внутренней тенью человека». Поэтому один мужчина безоглядно влюбится в пухлую голубоглазую блондинку, а другой – так же горячо в стройную кареглазую брюнетку, или один – в нежную и ласковую, а другой – в решительную и деспотичную, причем каждый будет уверять, что именно его избранница представляет собой кладезь всех мыслимых достоинств.

Существует несколько гипотез, пытающихся объяснить критерии выбора объекта любви. Наиболее распространенной является психоаналитическая концепция, утверждающая, что наиболее сильное влияние на процесс выбора оказывает образ родителя противоположного пола, особенно если между родителем и ребенком в раннем детстве были близкие и нежные отношения. Поэтому мужчина интуитивно ищет женщину, похожую на его мать (такой, какой она была в молодости), а женщина – мужчину, напоминающего ей отца. В принципе образцом, который впоследствии ляжет в основу формирования идеала, может стать любой человек, оказавший на ребенка достаточно сильное впечатление: близкий родственник, учитель, сосед, киногерой, эстрадный певец и даже вовсе незнакомый человек, взаимодействие с которым оставило глубокий след в сознании (точнее будет – в подсознании ребенка). Впоследствии этот «первичный образ идеала» будет многократно видоизменяться и дополняться (формирование его происходит около десяти лет), и к юности человек уже более или менее определится со своими симпатиями и антипатиями. Поэтому когда он встречает человека, напоминающего этот идеал, то говорит себе: «Вот оно! Это моя любовь! Я не могу жить без этого человека!», забывая, что он вполне нормально жил до этого, нося свой идеал в виде смутного мысленного образа, сформированного еще в детстве. А реальный человек, встретившийся на его пути, всего лишь случайно, на свою беду или радость (это обнаружится позднее), оказался похожим на вылепленный жизненными обстоятельствами и фантазией образ. Соответственно, можно заключить, что влюбленный любит вовсе не конкретного человека, которого он называет «Мой любимый и единственный!», а спроецированный на него свой собственный идеальный образец. При этом происходит мощное искажение восприятия: все, что соответствует идеалу, усиливается и получает особое значение, а все, что противоречит ему, затушевывается и попросту игнорируется. И пока будет длиться состояние влюбленности, человек остается слепым и глухим по отношению к предмету своей любви.