когда она думала о том, каким должен быть Татенен, она представляла себе совсем не это.
С другой стороны, что еще это может быть, если не творение умнейших из людей?
– Давайте поищем вход! – предложил Дженвен.
Гору со всех сторон обступили пески пустоши, это было одновременно преимуществом и проблемой. Песчаные насыпи помогали поскорее добраться наверх, к самой вершине, ведь склоны были отвесными. Но двигаться по холмам было неудобно, ноги увязали, а жара становилась все сильнее. Иногда Риве казалось, что уж теперь у нее точно не хватит сил, она давно уже не спала и очень мало ела. Однако она не могла сдаться и отступить прямо сейчас, когда Татенен оказался прямо перед ней!
Спустя целую вечность они нашли вход в нутро этой горы. Там их поджидала совсем не пещера – это было даже близко не похоже на то, что они миновали, выбираясь из Триинсте! Здесь совсем не было камней, а металл оказался причудливо загнут. Рива даже не догадывалась, как ему могли придать такие формы. В этом дивном, необъяснимом месте последние факелы, которые они принесли с собой, казались чуть ли не оскорблением великому уму, который все это построил. Те люди подчинили себе металл, и вдруг – факелы!
Но тех людей здесь не было, и это как раз настораживало. Татенен, каким бы великолепным он ни был, выглядел пустым и давно заброшенным. Но этого не может быть! Это, должно быть, только трюк, чтобы обмануть посторонних, а настоящие ворота в город спрятаны где-то в глубине горы.
– Не похоже, что нас рады тут видеть, – заметил Дженвен.
– А здесь и не будут радоваться всем подряд, – указала Рива. – Мы должны доказать людям, что достойны их внимания.
– Для этого их нужно сначала найти, – сказала Альда. – Тут есть где поискать! Чтобы не провести в этой железяке остаток дней своих, предлагаю разделиться.
– Я не оставлю Риву, – тут же насторожился Дженвен.
– Тебя никто и не просит. Мы с Трианом пойдем в ту сторону, вы – в эту. Встретимся или в пути, или у этого входа, если нам придется вернуться.
Риве было немного неловко из-за того, что Дженвен ее опекает, но вместе с тем – хорошо. Сейчас, когда первый этап пути пройден и на них, возможно, смотрят люди Татенена, она должна быть сильной, как истинная дочь своего отца. Но Рива не чувствовала в своем сердце настоящей силы, иногда ей казалось, что она так и не выросла – хотя следовало бы! Пока Дженвен рядом, скрывать это легче, чем одной.
Будь ее воля, она вообще не стала бы разделяться, однако истинная госпожа должна была одобрить такое решение, и Рива кивнула. Альда и Триан будто только этого и ждали, они тут же направились вглубь коридоров, не испытывая никакого страха перед этим местом. Лишь когда они ушли, Рива обнаружила, что они не взяли с собой ни одного факела.
– Они же заблудятся там, в темноте! – забеспокоилась она. – Может, пойдем за ними?
– Не думаю, что им это нужно. Ты еще не заметила, какие они чудаки? Им без нас проще, нам без них – тоже!
Рива рассеянно кивнула, думать об их молчаливых спутниках сейчас и правда не хотелось. Почему-то было чувство, что это все не по-настоящему, она на самом деле спит, а когда проснется, все будет по-другому. Поэтому по металлическим коридорам она шла, готовая ко всему. Ведь во сне случается все что угодно!
Она пыталась понять, чем могло быть это место. Легенды гласили, что Татенен – это город, но на город вот это никак не походило. На чье-то жилище – тоже. Рива перебирала в уме все знакомые ей образы, стараясь отыскать хоть что-то подходящее, пока нужный вариант не появился.
В тех редких случаях, когда людям разрешалось покинуть Триинсте, они путешествовали пешком. А вот холини себе такого не позволяли, они даже не утруждали свои крылья – им претила жара. Поэтому для них были построены специальные повозки – которые тащили принадлежащие им люди. Порой половина людей, начавших путь, превращалась в итоге в мертвые тела, усеивающие пустыню. Зато у холини не было забот: роскошные повозки защищали их от жары и ветров, лучшие из них могли выстоять в разгар бури.
Вот на что был похож металлический мир…
– Это построили для путешествий! – пораженно указала Рива.
– Быть того не может, – нахмурился Дженвен. – Чтобы путешествовать, нужно двигаться. А кто сдвинет с места такую громадину?
– Я не знаю, но те, кто был здесь, как-то умели это делать! Они ехали к городам, а потом почему-то остановились.
Дженвен ненадолго задумался, потом покачал головой.
– Они не могли ехать к городам, Рива.
– Но почему?
– Я смотрел на эту штуку, когда мы к ней подошли, все прикидывал, как ее могли построить, как она вообще сюда попала.
– Ну и?
– Я не уверен в этом до конца, но больше всего похоже, будто она упала сюда прямо с неба.
Ему казалось, что он только что разрушил теорию Ривы насчет повозки. А вот сама Рива почувствовала, что все наконец стало на свои места. Как странно! Будто именно этого ей и не хватало, чтобы раскрыть истину, с самого начала.
– Они и упали с небес! Вот оно!
– Что ты несешь?
– Первые люди упали с небес! – Рива говорила быстро, словно боялась от волнения забыть свои выводы и спешила ими поделиться. – Нам ведь никогда не говорят, откуда появились люди, и не говорят, что находится на небе. Все сходится! Люди пришли с неба… Может, мы, наш народ, мы вообще сделаны из сияния на небе, кто скажет! Поэтому мы отличаемся от таруа и холини!
– Не мели ерунды! Если кто и появился с небес, так это холини, они же умеют летать!
– Вот уж нет! У нас есть корабли… Были корабли или есть, не важно, но мы – оттуда! Вот правда, которую от нас пытаются скрыть!
– Эта правда ничего не значит, – печально заметил Дженвен.
– Да она все меняет! Чему нас учат? Что люди были рождены для служения! Но мы – с небес, как мы можем служить тем, кто под нами? Не думаю, что мы когда-нибудь вернемся на небеса, поэтому мы должны занять новое место здесь, внизу!
– В твоих рассуждениях куда меньше смысла, чем кажется. Может, мы с небес, мы не были рабами, но холини это изменили. Посмотри, ведь они явно были здесь!
Это Рива увидела безо всяких указаний. Изломанные стены, поврежденные решетки, вмятины – это было сделано оружием из какого-нибудь города, сомнений нет. Риву и раньше не порадовали бы эти разрушения, но здесь они казались совсем уж неуместными. Татенен был совершенен, а попытки разрушить его указывали на неизмеримую глупость и жестокость. Вполне в духе холини!
Такие
