Читаем без скачивания Джек Ричер, или Без права на ошибку - Ли Чайлд

В следующий раз Фролих набрала: «Отпечаток большого пальца на послании». Тот же результат – ноль примеров, поиск завершен за восемь сотых секунды. Тогда Фролих попыталась отыскать информацию, изменив текст параметров на: «Отпечаток большого пальца на угрозе». Результат оказался идентичным, причем был получен все за те же восемь сотых секунды. Фролих в отчаянии пожала плечами и умолкла.

– Дай-ка и мне попробовать, – попросил Ричер.

Она поднялась со стула, Ричер тут же занял ее место и быстро набрал текст: «Короткое письмо, подписанное отпечатком большого пальца».

– Идиот, – фыркнула Нигли.

Он щелкнул мышью. На экране почти сразу вспыхнуло информационное окошко, в котором Ричеру сообщили о том, что машина работала по его запросу в течение семи сотых секунды и не смогла обнаружить ни одного примера.

– Зато у меня новый рекорд по времени, – заметил Ричер и виновато улыбнулся.

Нигли рассмеялась, и всеобщее уныние начало понемногу улетучиваться. Следующей попыткой Ричера стал текст: «Отпечаток большого пальца и сквален». На этот раз машина старалась помочь ему в течение одной десятой секунды.

– Слишком медленно, – прокомментировал Ричер.

Он попытал счастья, напечатав одно только слово «сквален». Примеров не оказалось, время работы машины – восемь сотых секунды.

Тогда он поменял в слове одну букву и получил «сквалан». Тот же результат за восемь сотых секунды.

– Ну хватит, – отмахнулся Ричер. – Пойдемте лучше поедим.

– Подожди-ка, – попросила Нигли. – Можно, я рискну еще разок? Все это напоминает мне олимпийский вид спорта.

Она вытолкала его со стула и набрала на экране: «Единственный необъяснимый отпечаток большого пальца» и щелкнула мышью. Примеров не оказалось. Этот эксперимент занял у компьютера шесть сотых секунды. Она победно улыбнулась.

– Шесть сотых! Ребята, у нас новый мировой рекорд.

– Нам пора, пошли, – нетерпеливо произнес Ричер.

Но она упорствовала и теперь вывела: «Самостоятельный необъяснимый отпечаток большого пальца» и нажала на «поиск».

– Это что-то вроде новой игры, – словно извиняясь, пояснила Нигли.

Компьютер снова ничего не нашел и сообщил об этом снова через шесть сотых секунды.

– Первое место закреплено, – подытожила Фролих. – А теперь опять моя очередь.

Она заняла место Нигли, подвинула клавиатуру поближе и задумалась.

– Ну хорошо, поехали, – наконец произнесла женщина. – Я сейчас напечатаю нечто такое, что либо обеспечит мне сразу же золотую медаль, либо заставит нас проторчать здесь всю ночь.

И она вывела на экране два простых и недлинных слова: «Большой палец». На этот раз компьютер искал примеры в течение целой секунды и нашел один. Небольшой абзац, но все же он существовал! Это оказался полицейский отчет из Сакраменто, штат Калифорния. Врач кабинета неотложной помощи в городской больнице ставил в известность местное отделение полиции о том, что пять недель назад один из его пациентов отрубил себе большой палец во время плотницких работ. При этом врач, обследовавший рану, пришел к выводу, что палец ампутировали умышленно, хотя и действовал при этом явно дилетант. Тем не менее на допросе в полицейском участке пострадавший продолжал настаивать на том, что это был несчастный случай, когда он работал с электрической пилой. Как следовало из отчета, на этом дело пришлось закрыть.

– Какое-то странное и немножко жутковатое происшествие, – прокомментировала Фролих.

– Пойдемте ужинать, – предложил Ричер.

– Рекомендую на этот раз заказать что-нибудь вегетарианское, – добавила Нигли.

Они направились к Дюпон-серкл и поужинали в армянском ресторане. Ричер заказал баранину, а Фролих и Нигли выбрали какое-то немыслимое блюдо из турецкого гороха. На десерт все трое попробовали пахлаву и выпили по три чашечки крепкого мутного кофе. Они много говорили, но в общем беседа шла ни о чем. Никому не хотелось сейчас вспоминать ни Армстронга, ни Нендика, ни его жену, ни тех неизвестных, которые способны запугать человека до полусмерти и застрелить двух ни в чем не повинных людей лишь за то, что они оказались однофамильцами вице-президента. Фролих не хотелось говорить о Джо в присутствии Ричера, а Нигли – обсуждать Ричера в присутствии Фролих. Поэтому они избрали темой для разговора политику, как, впрочем, большинство посетителей ресторана и, возможно, все остальные горожане. Однако беседовать о политике в конце ноября и не упомянуть при этом новую администрацию было невозможно. А это снова вело к Армстронгу, и поэтому вся троица решила обсуждать что-то личное. Но и эта тактика неизбежно требовала дополнительной информации о человеке, а потому очень скоро Фролих начала интересоваться у Нигли ее прошлой жизнью и карьерой.

Ричер перестал прислушиваться к их болтовне. Он знал, что Нигли не станет отвечать на вопросы о своем прошлом. Она никогда ничего не рассказывала о себе. Они знакомы с Ричером долгие годы, и за все время ему так и не удалось узнать о ней ровным счетом ничего. Он полагал, что в прошлом она, должно быть, пережила какую-то трагедию. Впрочем, это не редкость среди тех, кто пошел служить в армию. Некоторые идут туда, чтобы получить работу и обучиться профессии, другим хочется стрелять из тяжелых орудий и взрывать все вокруг. Кто-то, кто похож на Ричера, отправляется в армию, потому что так предписано судьбой. Но большинство все же ищет там сплоченность, доверие, преданность и чувство товарищества. Им нужны братья, сестры и родители, которых они были лишены в жизни.

Вот поэтому Нигли пропустила свое детство и рассказывала Фролих только о годах службы. Ричер не слушал женщин, а внимательно разглядывал посетителей ресторана. Здесь было довольно шумно: сегодня сюда пришло много и парочек и целых семейств. Ричер сделал вывод, что все те, кому завтра предстояло готовить обеды к Дню благодарения, сегодня решили посетить ресторан, чтобы ничего не делать на кухне. Несколько лиц показались ему знакомыми – вероятно, это были известные политики или телеведущие. Через некоторое время Ричер прислушался к разговору за столом. Нигли рассказывала о своей новой работе в Чикаго. Ричеру понравилось то, что сейчас она, похоже, нашла для себя неплохое место. Она сотрудничала с ребятами из правоохранительных органов и с военными в солидной фирме, предлагавшей широкий выбор услуг – от компьютерной безопасности до обеспечения личной охраны во время путешествий в Европу. Если приходится выбирать такую работу, чтобы каждый день ходить в офис, может быть, Нигли как раз и сумела подыскать себе оптимальный вариант. По крайней мере, голос ее звучал уверенно, и сама она казалась удовлетворенной своим нынешним положением.

Они уже собирались заказать по четвертой чашечке кофе, но в этот момент у Фролих зазвонил телефон. Стрелки часов показывали начало десятого. В ресторане стало шумно, и потому Фролих не сразу услышала звонок. Только спустя какое-то время она поняла, что из ее сумочки несется трель. Она достала трубку и начала слушать. Ричер внимательно наблюдал за выражением ее лица: сначала на нем проявилось удивление, потом озабоченность.

– Хорошо, – сказала она и захлопнула крышку телефона. – Стивесант срочно хочет видеть тебя в офисе, – сообщила она, обращаясь к Ричеру. – Немедленно.

– Меня? – переспросил Ричер. – Но почему?

– Он больше ничего не сказал.

Стивесант ожидал их за дверью, ведущей в офисы. Он расположился на одном конце стола в приемной, а на другом суетился дежурный офицер, записывая что-то в свой журнал. Все здесь казалось привычным, кроме разве что телефона, стоявшего непосредственно перед боссом. Аппарат перенесли с его обычного места, и теперь он находился рядом со Стивесантом, который не сводил с него глаз. К аппарату тянулся длинный провод.

– Нам недавно звонили, – сразу же сообщил босс.

– Кто и откуда? – насторожилась Фролих.

– Он не назвался, и номер тоже оказался заблокированным. Мужской голос, без акцента. Он связался с коммутатором и попросил соединить его с «большой шишкой». При этом он говорил так, что дежурный офицер не счел его просьбу за розыгрыш и отнесся к звонившему вполне серьезно. Но он почему-то посчитал, что неизвестный имеет в виду большое начальство, а потому сразу же вызвал меня. Однако тот тип не пожелал разговаривать со мной. Ему нужен именно физически крупный мужчина, которого он видел совсем недавно.

– Я? – спросил Ричер.

– Вы были там единственным здоровенным парнем.

– Зачем ему потребовалось разговаривать со мной?

– Вот как раз это мы и собираемся выяснить. Он обещал перезвонить в половине десятого.

Ричер взглянул на часы. До условленного времени оставалось восемь минут.