– Когда хвост заметили?
– В детдоме.
– Ясно, – доволен ли остался полковник, сказать было сложно. Может, по его мнению, Сиф должен был заметить «хвост» ещё на выходе из гостиницы. А может – не заметить вообще. Юный фельдфебель и не стал уточнять – пробормотал, что хочет поскорее переодеться в сухое, и проскользнул мимо командира в номер.
– Я чай поставил! – крикнул ему вдогонку Заболотин, и в голосе смешались скупое недовольство Сифовой безголовостью – отправиться под дождь в одной футболке! – и забота. – Выпей обязательно!
– Хорошо! – донеслось из комнаты.
Тиль медлил на пороге, пока полковник не повернулся к нему.
– Ну, а ты чего? Заходи. Есть во что переодеться?
Тиль неуверенно покачал головой.
– На-авкина бабушка, – пробормотал Заболотин, потом дёрнул головой, мол, не стой на пороге, вошёл следом и бросил неохотно: – Мою рубашку возьми, домашнюю. Не помню, куда её сунул, спроси у Сифа.
Чуткий Сифов слух уловил особую интонацию и своё имя, и юный ординарец немедленно откликнулся:
– В шкафу лежит! – и громко чихнул.
– Ну вот, – вывел Заболотин, разглядывая кутающегося в плед Сифа, – воспаление лёгких.
– Ничего не воспаление… – проворчал мальчик в кружку с горячим чаем – голос прозвучал глухо и невнятно.
Полковник вздохнул, ничего не отвечая, и пошёл доставать Тилю рубашку – не ходить же художнику насквозь мокрым. Следом, завернувшись в плед, как в римскую тогу, появился на пороге комнаты и Сиф – проследить. Заболотин покосился на его босые ноги – а Сиф, кажется, переодеваться не стал, просто разделся и закутался – и скомандовал негромко:
– Брысь. И с дивана не слезать, пока носки не наденешь.
Босые ноги послушно исчезли вместе с остальным «римлянином».
Выдав рубашку Тилю, Заболотин кивнул, мол, вали к Сифу, а сам вышел на балкон. Уселся в шезлонг, опёрся локтём о колено, опустил на руку подбородок и в задумчивости уставился на умытый дождём город, быстро наполняющийся летней жарой по-новому.
Почему он, Заболотин Георгий Никитович, полковник Лейб-гвардии и прочая, которому думать надо об охране Великого князя, а не об ординарце – так волнуется за Сифа? Что с маленьким фельдфебелем может случиться, когда он просто гуляет по городу, а неподалёку всегда есть кто-нибудь из местной СБ?
Но ведь уже случалось. Дважды… И третьего раза очень не хочется.
… В номер зашла Алёна – ну конечно, как узнала, что друг наконец вернулся, так сразу и прибежала.
– Ну и где вы пропадали? – послышался её голос.
– Глупости совершали!
Заболотин невольно прислушался.
– У меня в детдоме были, – пояснил Тиль.
– И чего вы там делали?
– Навещали его знакомых, – скрипнуло кресло. Сиф, видимо, устраивался поудобнее. – Разглядывали фотографии. Потом промокали под дождём, сидели в кафе, а потом ехали на трамвае.
Последнее Заболотин уже знал, а вот о событиях, случившихся в детдоме, Сиф явно что-то не договаривал, по голосу было слышно. Это он только думает, что скрытничать умеет…
Правда, долго размышлять об этом, сидя на балконе и глядя на город, никто полковнику не дал. Обед в таком-то ресторане с теми-то и теми-то, встреча с тем-то – с самим таким-то! – а потом ещё и прогулка по центральному парку с семьёй президента. Великому князю, может, и интересны все эти встречи – хотя сомнительно, наверняка давно уже подобное наскучило… А начальнику охраны что парк, что консерватория, что посольство – одинаковая нервотрёпка пополам со скукой. Ничего не происходит, но может произойти что угодно. А уж для его ординарца, с маньячным упорством избегающего попадания «в кадр»…
Вечером полковник задержался в номере князя, а Сиф наконец вернулся к себе. Тиль в полумраке – только настольная лампа горела – пустой комнаты помирал от скуки, изрисовывая абстрактными узорами альбомный лист. Ещё три похожих, на которых не осталось ни сантиметра свободного места, валялись на полу у стола. Сиф аккуратно их перешагнул и наклонился через плечо Тиля, рассматривая покрывающуюся кельтскими «узелками» бумагу, и тяжело вздохнул.
Тиль не ответил – по бумаге без остановки плясал в нервных, чутких пальцах художника карандаш.
– Сдохнуть, – сообщил Сиф, кладя подбородок Тилю на плечо. – У меня ноги отваливаются. Это не парадные ботинки, а пыточное орудие.
– Бывает, – карандаш на мгновенье замер, потом дёрнулся и снова ринулся в беспорядочный на первый взгляд танец. Узор ложился на бумагу без черновиков и набросков, словно настоящая лента завязывалась узлами.
– А ещё спать пора.
– Угу.
Сиф покосился на друга и слегка толкнул его. Карандаш сорвался, перечёркивая узор. Тиль локтём скинул лист бумаги на пол к предыдущим и потянулся за новым, но Сиф перехватил его руку.
– Чего случилось? – обеспокоенно спросил маленький офицер. – Тиль, ты чего?
– А? – словно очнулся Тиль. – Ничего… Просто тоскливо как-то… Будто в мире чего-то не хватает.
– Цвета? – насторожился Сиф, с содроганием вспоминая бесцветный мир во время ломки.
Тиль пожал плечами:
– Может, и цвета… Ладно… Сив, – он с заметным трудом сосредоточился, – что там с карточкой Леона?
Юный фельдфебель Лейб-гвардии помрачнел и опустил руку в карман, касаясь кончиками пальцев карточки, завёрнутой в файл. «Флешка главзлодея»…
Тех нескольких минут, которые у Сифа были в детдоме, хватило, чтобы понять, что с информацией на карточке не всё так радужно, как хотелось бы. Разумеется, Леон был не дурак и не стал хранить «пароли и явки» на рабочем компьютере, так что совсем «кина» не получалось. С другой стороны, кое-что всё же было…
Например, адрес Анатоля Скалеша. Та самая бывшая вторая квартира Ивельского.
А ещё – Артёма Скалеша: город Рата в Пролыньской области, правда, под вопросом.
И не только его. Всего адресов в том списке было шесть, среди них даже выринейский, некоего Яна Петра Ратея – кстати, единственный, кроме Тилева, без вопросительного знака в скобках.
Имена были Сифу незнакомы, но что-то подсказывало, что это – те, кого семь лет назад звали Скалями. И Хамелеону они зачем-то нужны.
Впрочем, в том же файле были и другие списки – тоже адреса с краткими пометками, и это, Сиф надеялся, всё-таки должно было что-то дать расследованию. А вот адреса Шакалов лучше с карточки удалить…
Впрочем, всё это требует времени. И ещё надо, чтобы СБ как-то узнала имя Хамелеона… И его адрес… И, главное, из источника, который не вызвал бы сомнений… И…
– С карточкой пока подождём. Сначала надо как-то сообщить командиру про Леона, – сообразив, что молчание затянулось, сказал Сиф, с трудом отвлекаясь от размышлений. – Слушай, Тиль… А тебя командир спрашивал, кем Леон работает?
