двое взрослых мужчин – техник киногруппы и маляр, считавшиеся как бы его друзьями. Сам Ким Чен Нам звал этих двоих клоунами. Очевидно, им было велено дружить с мальчиком, как японскому повару – с маленьким Ким Чен Ыном.
Мать дома почти не бывала. Сменив карьеру кинозвезды на удел женщины, которой стыдятся и которую прячут ото всех, она пребывала в унынии и тревоге. Ее душевное расстройство усугубилось настолько, что, отправившись на лечение в Москву, когда Ким Чен Наму было три года, она так и не вернулась.
Ким Чен Нам жил на вилле с бабушкой и прислугой. Как писала его тетка, ребенок рос «в ненормальных условиях, полностью изолированным от мира за стенами дворца, не имея ни одного друга, не зная радости общения со сверстниками»[138]. Когда пришла пора мальчику учиться, тетка поселилась с ним, став своего рода викторианской гувернанткой: обучала его корейскому, русскому, математике и истории. Она привезла с собой своих детей: мальчик был старше Чен Нама на десять лет, а девочка – на пять. Дети не верили своим глазам, насколько жизнь во дворце отличалась от привычной им жизни в Пхеньяне.
Старший кузен вскоре уехал в университет, и единственным компаньоном Ким Чен Нама осталась сестра Нам Ок. У них было очень одинокое детство: Ким Чен Ир запретил им покидать территорию виллы.
Они имели несметное число игрушек и развлечений. Дети, ставшие, в сущности, братом и сестрой, могли смотреть кино, стрелять из ружей, носиться по вилле на гольф-карах. Они жили в странной альтернативной вселенной[139].
За десять с лишним лет до помпезного праздника на восьмой день рождения Ким Чен Ына столь же нелепо торжественный праздник устроили Ким Чен Наму. Ребенку подарили сшитую по мерке военную форму, и не просто форму, а маршальский мундир. Он бахвалился перед настоящими военными, что его форма красивее. К мальчику тут же стали обращаться Товарищ Генерал – через десять лет, когда Ким Чен Нам впадет в немилость, это звание получит его младший единокровный брат, ставший принцем-наследником. Увенчался день рождения Первого Сына красочным фейерверком, и на небе пороховым дымом написали «С днем рождения, Товарищ Генерал».
Ко всем дням рождения Ким Чен Нама с 6 до 12 лет, Ким Чен Ир отправлял за границу команду закупщиков приобретать для старшего сына подарки. Япония, Гонконг, Сингапур, Германия, Австрия: каждый год на презенты для юного принца тратили $1 млн. У него были все электронные игры, какие только мог захотеть ребенок, и игрушечная винтовка, инкрустированная золото[140].
Бабку Ким Чен Нама беспокоили «несчастливые обстоятельства» его появления на свет. С приближением его девятого дня рождения она заговорила о том, чтобы всем съездить в Москву под предлогом свидания мальчика с матерью. На самом деле она пыталась подготовить почву для переезда туда, где у мальчика будет сколько-нибудь нормальное детство.
Осенью 1978 г. отправились в Москву: малолетний Товарищ Генерал, его бабушка и его кузина. Советским Союзом правил Леонид Брежнев, но там уже наступил период глубокого экономического неблагополучия, называемый теперь эпохой застоя. Для Чен Нама это тоже оказалось трудным временем. Не привыкшему к обществу посторонних людей мальчику жизнь в испускающем дух Советском Союзе не пришлась по нраву. Однажды в школе он не смог сходить в туалет из-за того, что там было слишком грязно, и в итоге намочил штаны. А потом по дороге домой при минусовой температуре штаны на нем заледенели.
Кимы вернулись в Пхеньян.
В начале 1980 г. бабка Ким Чен Нама придумала другой план. Во время новогоднего застолья, настолько обильного, что персонал боялся, как бы столы не прогнулись под тяжестью угощения, она заговорила о том, чтобы отправить детей в Швейцарию. Нейтральный статус этой страны и ее уважение к конфиденциальности будут им защитой, сказала она, к тому же туалеты в Швейцарии, несомненно, чистые.
Сестре и зятю Ким Чен Ира идея понравилась, так что вождь вызвал франкоговорящего чиновника из Министерства иностранных дел по имени Ли Су Ён. Он представил ему восьмилетнего Чен Нама как своего сына (это был первый раз, когда он это объявил) и поручил дипломату без промедления отправиться в Женеву и познакомиться с Международной школой, частным учебным заведением с преподаванием на французском и английском. Среди знаменитых выпускников этой школы числились голливудский актер Майкл Дуглас и бывший индийский премьер Индира Ганди, а также несколько членов королевской семьи Таиланда.
Дядя Чан тоже отправился в Швейцарию. Вернувшись, посланцы объявили школу вполне подходящей. Начались приготовления[141].
Необычная семья поселилась в большой вилле с бассейном и сауной на берегу Женевского озера. Это жилище обошлось КНДР в $2 млн. На устройство Ким Чен Ир выдал новоселам $200 000, далее установил ренту $50 000 ежемесячно[142].
Ли назначили на второй по важности пост в миссии, а Чен Нама и его кузину зарегистрировали как детей Ли: Ли Ха На и Ли Ма Хве, иначе Анри и Мари. Они учились по французской программе, главным образом затем, чтобы не сталкиваться с южными корейцами, в основном учившимися на английском потоке.
Как потом Ким Чен Ыну в Берне, Ким Чен Наму было непросто общаться с другими детьми. Отчасти из-за незнания языка, отчасти же от того, что этих детей он не терпел. «Он привык к окружению взрослых льстецов, лебезивших: "Товарищ Генерал, а что это такое?", "А это что, Товарищ Генерал?", "Слушаюсь, Товарищ Генерал"», – писала его тетка. Ким Чен Наму не хотелось водиться с одноклассниками. На переменах он оставался в классе и рисовал карикатуры на «американскую нечисть» – вроде тех, что привык видеть дома.
При этом телохранители Ким Чен Нама ежеминутно боялись, как бы с мальчиком не случилось дурного. Двоюродную сестру посадили в один класс с ним, невзирая на то, что она на пять лет старше. Сняли квартиру на пятом этаже напротив здания школы, чтобы постоянно наблюдать, что там происходит, ходили за ним по пятам на школьных экскурсиях.
«Семья» пробыла в Женеве всего два года, и Ли Су Ён, которого в швейцарские годы звали Ли Чхоль, решил, что детям оставаться там опасно. Вернулись в Москву, где дети поступили во французскую школу, чтобы не утратить уровень владения языком, приобретенный в Женеве.
Между тем дипломат Ли почуял, что ветер при дворе меняется, и поспешил примкнуть к другой семье вождя. Получив назначение послом в Швейцарию, он поселился в Берне, где и оставался все школьные годы Ким Чен Ына. Ли не просчитался. При Ким Чен Ыне его дела пошли в гору: в 2014 г. он стал министром иностранных дел и еще больше вырос по партийной линии.
Тайная же семья Ким Чен Нама на несколько
