деньги клана Романовых.
Я улыбнулся.
— Точными цифрами я, конечно, делиться не вправе, — заметил я, глядя на собеседника. — Однако смею заверить, что денег у нас хватает. И не так давно на родовом собрании мы приняли решение инвестировать эту сверхприбыль в развитие Русского царства. Я очень сильно связан с Сетью — и потому пришел к вам с предложением.
— Да, иначе отправились бы в Выборг, — усмехнулся великий князь. — Я слышал, Соколовы подарили «Руснефти» свой нефтяной терминал. Но вы пришли ко мне, Дмитрий Алексеевич, хотя для вашего, как вы выразились, зонтика Выборг подходит ничуть не хуже, чем Смоленск.
Я улыбнулся в ответ.
Все верно расценил Петр Глебович. Ставить центр «Оракула» на территории бывшего великого князя Соколова я не хотел. Не тот человек Михаил Викторович, которому можно доверять. И фактически отдавать в его руки свое детище я не собирался. Хотя отец и предложил такой вариант на собрании.
— Что ж, я готов обсуждать продажу земли на таких условиях, — подвел итог великий князь Апраксин. — Да и приятно будет в кои-то веки утереть Соколову нос. Я так понимаю, вы уже и место выбрали?
Мне оставалось лишь кивнуть.
По территории великого княжества Литовского, а после уже губернии в свое время планировалось пустить ветку нефтепровода. «Руснефть» изучила маршрут, отметив перспективные участки для возведения подходящих станций обслуживания нефтепровода. На одно такое я и нацелился — и от цивилизации недалеко, и в то же время не в городской черте.
— Позвольте, я покажу на карте, — предложил я, и великий князь кивнул.
Из ресторана, где и проходила встреча с Петром Глебовичем, я выходил уже с подписанным соглашением о намерениях. Наши юристы утрясут все нюансы, и губерния Литовская получит деньги, а я — права на землю.
Настроение у меня было хорошим. Светило теплое весеннее солнце, дела шли гладко. Сдвинулось с мертвой точки разветвление сети «Оракула», а значит, совсем скоро я смогу приступить к следующему шагу.
* * *
Самолет доставил меня в Казань, откуда я уже на машине промчался по свежей скоростной трассе в Иннополис. Кортеж прибыл в мой город за час до рассвета, и я успел подняться в апартаменты Романовых и принять душ, когда мне доложили о прибытии Ивана Михайловича Соколова.
Причину его визита я прекрасно знал и особой радости от встречи не испытывал. Мой биологический брат будет вынужден свернуть свою программу, которую начал вопреки моим предупреждениям. А значит, и по-доброму мы можем не разойтись.
Двери апартаментов разъехались, впуская княжича Выборгского. Иван Михайлович вошел в помещение, глядя на стеклянную крышу и стены. Заливающие пространство рассветные лучи играли бликами на хромированных поверхностях многочисленных манипуляторов. Натертый до блеска журнальный столик, за которым я сидел, горел алым огнем.
— Доброе утро, Иван Михайлович, — произнес я, поднимаясь на ноги. — Прошу, присаживайтесь.
Соколов еще несколько мгновений оценивал вид, после чего поклонился подчеркнуто вежливо.
— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — сказал он. — Благодарю за приглашение.
Пока он опускался на сидение, я отдал распоряжение кофемашине. Иван Михайлович не увидел движений с моей стороны, однако когда аппаратура загремела, перемалывая зерна, скосил на нее взгляд.
— Надеюсь, вы не откажетесь от глотка кофе? — предложил я. — Признаться, я сам только что прибыл, и позавтракать мне не довелось.
Соколов кивнул, не став отказываться. По его лицу было видно, что обстановка его несколько удивила. Однако Иван Михайлович был подавлен и до того, как поднялся на скоростном лифте в апартаменты Романовых.
— Вы умеете удивлять, Дмитрий Алексеевич, — произнес он, обводя ладонью помещение. — Я такого еще не видел.
— Что я могу сказать, Иван Михайлович? — развел я руками. — Грешен, люблю перекладывать мелкие дела на плечи тех, кто для этого лучше подходит. Машины прекрасно заменяют слуг, не ошибаются и работают круглосуточно. В некоторых делах, разумеется, человека не заменить, однако кофемашина сварит напитки не хуже.
В чашки полилась темная бодрящая жидкость. Манипулятор подхватил поднос, составил на него заполненную посуду и, не пролив ни капли, перенес свою ношу к нам на столик. Два точных движения, и перед каждым из нас оказалось по напитку.
Конечно, со стороны могло показаться, будто я бахвалюсь. Однако не заводить же мне отдельного слугу ради встречи, инициатором которой выступаю даже не я?
— Что ж, разумно, — кивнул Соколов, осторожно касаясь кончиками пальцев своей чашки. — Вы ведь уже знаете, зачем я прибыл?
— Михаил Викторович хочет купить у Иннополиса городской транспорт, — подтвердил я. — Предварительно сделка уже была согласована нашими отцами. Хотя, пожалуй, вам это не по душе.
Иван Михайлович кивнул.
— Вы же понимаете, Дмитрий Алексеевич, что это ставит крест на моих собственных исследованиях? — произнес он.
— Понимаю, — не стал отрицать я.
— А я и не виню в этом вас, князь, — продолжил Соколов. — Вы, как могли, отговаривали меня от этой затеи. Я же прекрасно понимаю, вы никак не могли мне сказать, что уже работаете над таким же проектом. Это бы пошло вразрез с интересами вашего рода. Никто меня за руку не тянул, когда я сам внес в нее свои личные средства. Князь Выборгский не стал меня поддерживать. Кажется, тоже изначально считал идею провальной. У него совсем иные заботы.
Я приподнял уголки губ, выражая вежливое сочувствие.
— Вы что-то хотите мне сказать, Иван Михайлович? — уточнил я, сцепляя пальцы в замок.
Соколов тяжело вздохнул и вынул документы из принесенной с собой папки. Протянув бумаги мне, Иван Михайлович покачал головой.
— Я даже уже не стану вас приглашать посетить мероприятия нашего клуба, Дмитрий Алексеевич, — проговорил он обреченно. — Просто мне казалось, что вы меня поймете.
Я не стал его разочаровывать.
— Я вас прекрасно понимаю, Иван Михайлович, — заверил я, отодвигая пальцем документы. — Иннополис и все его технологии принадлежат не роду Романовых. Это моя личная собственность. Транспорт, о котором мечтает князь Соколов, разработан мной. Изготовлен на моих мощностях. И у меня есть право распоряжаться им так, как я того пожелаю.
Он усмехнулся, а я продолжил:
— Михаил Викторович очень много думает о благе своего рода, Иван Михайлович, — сказал я. — Однако вас лично почему-то постоянно забывает. А ведь именно благодаря вашим действиям Соколовы еще существуют. Вы стали сдерживающим фактором, который не позволил великому князю совсем уж заиграться в великого
