Китайские власти действительно закрывали фабрики, которые производили компакт-диски без лицензии, конфисковали и уничтожали миллионы дисков с компьютерными программами. Но хотя Пекин и обещал покончить с пиратством, на самом деле, как утверждают в Вашингтоне, оно росло. Особенно быстро увеличивалась продажа компакт-дисков. Проблема в том, что само китайское руководство являлось потребителем пиратской продукции. Даже министерства пользовались ворованными компьютерными программами. Говорят, что кое-кто из начальства имел личные финансовые интересы в фабриках, производящих пиратскую продукцию…
Китайские власти сообщали о большом количестве рейдов на пиратские производства, но они, похоже, продолжали действовать с прежней эффективностью. Товар для маскировки везли не из Китая, а переправляли в США через Панаму и мексиканскую границу или через Восточную Европу, чтобы надежно скрыть страну-изготовителя. Прибыли большие. Скажем, китайская фабрика отдавала перекупщицам джинсы всего по пять долларов пара.
На Востоке имитация, копирование работ великих мастеров — обычный способ познания предмета. Это частое объяснение: дескать, китайцы не видят в интеллектуальном пиратстве ничего плохого.
Напрасно считалось, будто Китай может производить только низкокачественные товары. В Китае наловчились даже изготовлять голограммы — создаваемые лазером трехмерные изображения, применяемые в производстве упаковки для компьютерного обеспечения как доказательство подлинности программ. Эти голограммы очень дороги, считалось, что их крайне трудно копировать. Но одна китайская группа научилась изготовлять даже сертификаты качества на бумаге, из которой печатаются деньги… А пронести пачку фальшивых голограмм, которые стоят десятки тысяч долларов, можно в кармане пиджака, и таможенный инспектор, если он не предупрежден, ничего не заподозрит.
Соединенные Штаты оказывали сильнейшее давление на страны-нарушители, используя 301-ю специальную поправку к закону о торговле, принятому в 1988 году. Эта поправка создает механизм, позволяющий правительству вводить санкции против государств, которые нечестно ведут дела в сфере международной торговли. В том числе если правительство не защищает должным образом интеллектуальную собственность. В 1984 году был принят закон о борьбе с подделками торговой марки, который позволяет президенту США лишать развивающиеся страны преимуществ торговли, если они не защищают авторские права и торговые марки американских производителей.
Но Китай и сам великая держава! С ним не так просто. Западные правительства убеждали Китай: соблюдение авторских прав окажется для них выгодным. Но эта теоретическая выкладка пока что не подкрепляется практикой. В принципе, защита интеллектуальной собственности — важнейший элемент развития новых технологий, товаров. Если создатели не получают вознаграждения, это сдерживает творческую энергию людей, что отрицательно сказывается на развитии общества, то есть сдерживает развитие общества в целом. Хорошая защита авторского права стимулирует иностранные инвестиции. И напротив, если права патентовладельца не защищены, обладатели патентов не спешат передавать их развивающимся странам, что замедляет их развитие. Так в теории. А на практике получается иначе. Поэтому китайский бизнес сопротивлялся жесткому законодательству в сфере защиты интеллектуальной собственности.
Но Китай вступил во Всемирную торговую организацию, а она предъявляет очень жесткие требования относительно соблюдения авторских прав. Теперь все делается иначе. Для иностранцев условием работы в Китае становится передача передовых технологий. Чтобы получить заказ в Китае, компания вынуждена раскрыть секреты производства, а то и передать их китайским партнерам.
Китайцы, скажем, добились успеха в автомобильной промышленности, получив доступ к современным технологиям с помощью совместных предприятий. Иностранцы с горечью видят на китайских выставках копии своих моделей. Китайцы клонируют полюбившиеся им марки и продают по низким ценам в Индию и Россию.
Когда капитаны европейской индустрии находятся в КНР, они воспевают успехи Китая. Вернувшись домой, жалуются на промышленный шпионаж и велят во что бы то ни стало не нанимать китайский персонал. По этой части с китайцами никто не сравнится, потому что развивающейся китайской промышленности нужно все.
Китайское правительство отвергает обвинения в шпионаже. Но разведка работает — она ищет секреты в открытой печати, в Интернете, на торговых выставках или просто ворует секреты в компаниях и лабораториях Правда, не очень ясно, где здесь работа министерства госбезопасности Китайской Народной Республики, а где мелкий бизнес частных умельцев, которые хотят заработать.
Министерство госбезопасности вербует талантливых студентов и профессоров, которые едут в США учиться. Им рекомендуют устраиваться на работу, принимать американское гражданство, но при этом не забывать об интересах родины. Один бывший китайский агент рассказал американцам, что учился в разведшколе в Нанкине. Время от времени он встречает своих однокашников по разведшколе в разных американских фирмах и даже в правительственных коридорах в Вашингтоне.
На одной промышленной выставке члены китайской делегации как бы невзначай опускали свои галстуки в новый проявитель, разработанный фирмой «Агфа», чтобы потом проанализировать его химический состав. Охранники ничего не могли сделать.
Китайский инженер, который работал в крупной американской фирме в штате Колорадо, украл очень дорогие компьютерные программы и исчез.
Начальник службы безопасности биотехнологической компании в Калифорнии получил анонимное письмо. Его предупреждали, что некий сотрудник намеревается украсть секреты препарата, который приносит компании полмиллиарда долларов годового дохода. Выяснилось, что этот сотрудник за последние несколько недель семьдесят раз звонил в Китай. Наняли детективов. Они обнаружили, что вор действительно работает на китайцев.
Почему американские компании не обращаются в полицию? Они заинтересованы в том, чтобы избежать огласки. И не хотят ссориться с китайскими властями, чтобы не лишиться доступа на рынок, где их товары может купить миллиард с лишним потребителей.
Пекин в мировой политике
В 1949 году Китай был отрезан от всего мира, коммунистическое правительство даже не сумело получить место в ООН. Китайская Народная Республика находилась в изоляции все годы холодной войны. Сейчас страна наслаждается преимуществами глобализации.
Вступление Китая во Всемирную торговую организацию привело к серьезному снижению импортных тарифов и сделало национальную экономику более открытой. По подсчетам Всемирного банка, ежегодный выигрыш Китая от вступления в ВТО составил сорок миллиардов долларов.
У Китая интересы повсюду. Все знают о том, как мир приходит в Китай. Но мало кто знает, что и Китай активно идет в мир. Пекин вкладывает деньги по всему свету и помогает меняться экономике во многих странах. Без китайцев не было бы работы во многих регионах мира. За два года КНР выдала развивающимся странам кредиты на сто десять миллиардов долларов — на десять миллиардов больше, чем Всемирный банк.
Китайцы хотят, чтобы страна играла большую роль в мире, чтобы ее влияние было сопоставимо с американским. Едва ли не главное достижение генерального секретаря ЦК КПК и председателя КНР Ху Цзиньтао — невероятный успех Китая в реализации своих намерений в мире, несмотря на все внутренние трудности.
«Китай, — отмечает Евгений Бажанов, — выступает за развитие отношений со всеми странами мира на основе принципов мирного сосуществования: Китай не делит государства на хорошие и плохие в зависимости от их идеологии, Китай стремится дружить со всеми, Китай не вмешивается в чужие дела, Китай не навязывает никому точку зрения… Но на практике Китай начинает вести себя все более энергично, и это обусловлено целым рядом причин. Во-первых, мощь возрастает и, естественно, возрастают амбиции. Во-вторых, это необходимо для обеспечения национальной безопасности — Китай большое государство с протяженными границами, очень много соседей у Китая, с некоторыми соседями очень серьезные проблемы, территориальные проблемы, экономические проблемы, этнические проблемы. Так что Китай должен, защищая свою национальную безопасность, вести себя более активно…»
Ху Цзиньтао неустанно проталкивает интересы страны в мире. В 2004 году он провел две недели в Латинской Америке — больше, чем тогдашний президент США Джордж Буш-младший. Ху обещал миллиардные инвестиции Аргентине, Бразилии, Чили, Кубе.
А глава китайского правительства Вэнь Цзябао за один год побывал в пятнадцати странах, принял в Пекине руководителей сорока восьми африканских стран, слетал во Вьетнам, затем в Лаос — и отправился в путешествие по Индии и Пакистану.
