— Ну да, ты предпочел разрушить ей жизнь. Она уже была замужем за Фе, когда нарисовался ты, и она втрескалась в тебя по уши!
— Довольно несчастлива была, заметь… А потом всё наладилось.
— Она просто поняла, что теряет! Я родилась кривая и больная, она ждала тебя, а ты предпочел гоняться за нергалами, куда еще ей было деваться!
— И в конце концов мы всё-таки поймали одного.
— Папа, ты гонялся за ними ТРИ ГОДА!
— Это была утомительная гонка, да.
— Скажи ты ей, кто ты такой, и она бы не ушла от мужа!
Лион ответил не сразу, собираясь с мыслями.
— Детка, — пробормотал он.
— Какая я тебе детка! — вызверилась Эша.
— Тара, — вздохнув, поправился он, — когда уже, наконец, кончится моя вина и начнется твоя жизнь?
— 26 —
«Удивительно, в какие дебри способно завести неленивого человека торжество воображения над интеллектом. Еще удивительней, когда он раз за разом выбирается оттуда, приобретая больше, чем мог потерять ...»
Янус Хозек, из манускрипта «Биография предательства»,
библиотека Катаоки
Кипя от ярости, Филь взбежал на мост. Формы вестника у него не было, и в императорский замок его не пустили. Тогда, улучив момент, мальчик проскочил между тяжеловооруженной стражей и как ветер понесся знакомым путем. Вслед ему понеслись крики.
Он забежал в переднюю, где за столом сидел офицер, не успевший моргнуть, как Филь уже выбежал оттуда и помчался по ступеням. Однако топот за его спиной послужил доказательством, что уйти так просто ему не дадут.
Спрятаться и переждать погоню Филь не желал, настолько его сотрясало от злости. Он успел подумать, что этот чертов замок тоже надо бы разрушить и построить новый, больно много тут тесных коридоров и дверей, как едва не споткнулся, присев от ужаса, не сразу поняв, что в замке взвыл Глас Сирены. В пустых коридорах как из-под земли появились толпы служащих, многие в военной форме и самые сообразительные кинулись догонять Филя.
Его сгребли за капюшон, но он вырвался, оставив плащ в руках преследователей. Близость к цели добавила ему сил, и он стал на лету швырять себе за спину вазы и расписные горшки, попадавшиеся по пути на подставках. Брань и ругань повисли в воздухе. Филь был в нужном коридоре, безлюдном, с дорогими коврами, когда его, наконец, настигли и схватили сразу за плечи, руки и воротник.
— Пустите меня, мне надо к императору! — закричал он, кусаясь и лягаясь.
Филь забился в руках преследователей, за что получил затрещину, но не успокоился, а изогнулся и изо всех сил вцепился зубами в ладонь обидчика. Тот взвыл и шарахнулся к стене. С его руки ручьем потекла кровь. Воспользовавшись возникшим замешательством, Филь снова рванулся вперед. Он не помнил, куда именно ему надо, поэтому дернул на бегу ручку одной двери и успел крепко врезать по другой до того, как его окончательно свалили.
На шум из дальнего конца коридора вышел высокий человек, одетый во всё черное.
— Вы тут что, травите диких зверей? — осведомился он властно. — Что за крики? Кого вы там держите? — Он прищурился. — О, вы уже гоняетесь за детьми целыми опционами? Не ограничивайте себя, бегайте сразу всей замковой стражей! Г-н тесеррарий, как я понимаю, уже здесь.
Филь замычал и задергался, прижатый к полу дюжиной рук и коленей. Мальчик не мог дышать, не то что повернуть голову, но он узнал голос — это был Клемент, г-н секретарь. Офицер, которому Филь отхватил зубами кусок ладони, доложил, нянча пострадавшую руку:
— Этот щенок быстрее велары, а кусается как шизарра! Мы гнались за ним от замкового моста!
Г-н секретарь заметил:
— Тогда, видимо, его и стоит назначить на охрану замка, г-н де Хавелок. Идите и приведите себя в порядок, я потом с вами поговорю.
Офицер стремительно развернулся на каблуках. Вся его фигура выражала злость и обиду. Но тут г-н Клемент произнес негромко:
— Хотя постойте… Я, кажется, узнаю этого ребенка. Г-н де Хавелок, ваша служба будет оценена. Вы здесь первый человек, которому удалось удержать это чудовище от задуманного.
Довольный офицер быстро ушел. Г-н Клемент шагнул к группе солдат.
— Отпустите его! — скомандовал он. — Ты желал меня видеть? — спросил он Филя, распластанного на полу.
— Но, г-н секретарь! — возразил один из стражников.
— Отпустите, отпустите, — миролюбиво повторил тот и осведомился у Филя: — Что тебе здесь так срочно понадобилось?
Едва солдаты с него слезли, Филь вскочил на ноги и завопил в лицо вельможи:
— Мое золото арестовано! Я не смог обменять и флорина! Это вы придумали или это новое изобретение Флава? Пусть мне вернут мое золото!
Жестом послав солдат прочь, г-н секретарь нахмурил брови.
— Дам по губам, — скупо пообещал он. — Я знаю о твоих с ним… э-э, особых отношениях, но в обществе его следует величать «сир» или по должности «господин император». В личной же беседе хоть обзывайте друг друга, что он, кстати, и делает в последнее время. — Г-н Клемент помрачнел. Подумав, он сказал: — Ладно, пойдем со мной! Не вечно же тебе быть таким...
Он повернулся и зашагал на длинных ногах к своему кабинету. Потирая на лбу набитую шишку, Филь пошел за ним по пятам. После того, что случилось в Старом Свете, мальчик не думал сдаваться, даже если ему придется перекусать здесь всю замковую стражу вместе с г-ном секретарем и императором.
Красный как рак, он заскочил в мрачные застенки, служившие Клементу кабинетом, и плюхнулся по его приглашению в кресло напротив стола. Но, не в силах сдержать гнев, тут же воскликнул:
— Это против правил, так нигде не делают! Мне остается лишь расплавить его и перечеканить заново в империалы!
— Если ты это сделаешь, тебя живьем сварят в смоле, — опускаясь в свое кресло, невозмутимо заметил г-н секретарь.
Филь передернулся. Его попытка узнать, чем это грозит, подтвердила его худшие опасения. Похожее наказание за изготовление фальшивых монет было и на его родине. Филю стало тошно — все выходы казались перекрытыми.
— Это было придумано задолго до меня против таких умников как ты, — произнес г-н Клемент снисходительно, — иначе наша монетарная система давно превратилась бы в труху. Ты сделал деньги из воздуха и станешь теперь платить любую цену. А регулярный люд потом не сможет позволить себе такие цены. Думаешь, мы это уже не проходили? Да уйма народу умерла во Вратах за эти века, таская на себе мешки с золотом!
Филь скривился. Это было против всех правил торговли и не умещалось у него в голове.
— Тебе не понять этого, ты необразован, — сказал ему г-н секретарь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
