Читаем без скачивания Война (СИ) - Тимур Машуков

превыше всего — эти слова любил повторять их отец в процессе воспитания, сделав их негласным девизом Долгоруких.

Им руководствовался и Владимир, исполняя свои обязанности в Поднебесной. Прежде державшаяся отстранённо, Япония вдруг обратила внимание на Российскую империю, загоревшись желанием совместно работать в исследованиях магии, современной артефакторики. Не воспользоваться этим было бы грех. Заключив договор с Российской империей, японский император не разорвал отношений и с Великобританией, с которой русские сейчас находились в состоянии холодной войны. Тем не менее, в ознаменование начала дружественных отношений, Япония изъявила готовность всячески поддерживать нового союзника, в том числе и поставками оружия и различных товаров. Несмотря на то, что Владимиру пришлось досрочно покинуть Поднебесную по указанию императора Алексея Второго, в трюмах корабля, несущего его на родину, находились первые партии товаров, которые будут полезны России в предстоящей войне, а также принесут немалую прибыль и самим Долгоруким.

Владимир тонко усмехнулся: он с нетерпением ожидал встречи с отцом, будучи уверенным, что заслужил искреннюю похвалу за все достигнутые договорённости. Ведь он сумел изящно пройти по тонкой грани, ни в коей мере не предав интересов державы, но и обеспечив пользу для семьи. От этих радужных размышлений его отвлекла сестра, осторожно коснувшаяся его руки.

— Прости, Володя, ты прав, я действительно не подумала о последствиях своего поведения… Но ты же веришь, что я ни за что не хотела бы стать причиной чужих несчастий?! — понурившись, девушка опустила глаза. — Я… А ты не расскажешь об этом отцу? Я до конца путешествия не буду выходить из каюты, и тебе не придётся обо мне волноваться, честно-пречестно!

Владимир вздохнул и притянул всхлипнувшую девочку к себе, нежно обнял и пообещал:

— Это останется между нами. Только если ты сдержишь своё слово! Займись пока чем-нибудь полезным — чтением или рукоделием…

Заметив, как она поморщилась, он рассмеялся и погладил её по непослушным кудрям:

— Не переживай, осталось уже недолго. Скоро мы будем дома, и всё будет как раньше…

Проводив наполненным нежностью и любовью взглядом сестру, направившуюся в сторону своей каюты преувеличенно степенной, даже царственной походкой, чтобы доказать брату, что она способна смирить свой нрав и вести себя достойно, он подумал, что невольно обманул Анну. Если те осторожные предположения, касавшиеся её судьбы, что содержались в последнем послании отца, оправдаются, то ничего уже не будет, как раньше. Круто изменится не только её жизнь, но и положение всего рода Долгоруких.

***

Анна потрясенно смотрела на родителей, переводя взгляд с матери на отца.

— Но, мама, папа! С чего это я должна в этом году принимать участие в этом балу?! Мама, ты же сама говорила, что это самое важное событие в жизни любой девушки, что к нему готовятся даже не один месяц, а тут… Осталась всего неделя! А если я не смогу всего выучить? А если я опозорюсь?!

Казалось, впервые в своей жизни девушка пожалела, что уделяла больше внимания лазанью по деревьям, мастерству изготовления луков из подручных средств и плаванию наперегонки с двоюродными братьями, а вот изящными науками занималась спустя рукава… Князь, взирая на её душевное смятение, нахмурился, а его супруга, успокаивающе пожав его руку, мягко, но настойчиво сказала:

— Сергей, оставь нас, нам нужно пошептаться о нашем, девичьем…

Тот кивнул, бросив на жену благодарный взгляд, и быстрым шагом покинул комнату младшей дочери. Он слегка стыдился малодушной радости, охватившей его при мысли, что все новости о предстоящих изменениях в судьбе Анны озвучит сама княгиня.

После возвращения Владимира и Аннушки на родину события понеслись вскачь. Император не желал затягивать решение вопроса о помолвке, для чего выразил надежду как можно быстрее увидеть девушку, чтобы переговорить с ней лично. Что он хотел услышать от дочери, Сергей Иванович не понимал, считая, что всё могут решить сами взрослые. Но причуды Алексея во многих бытовых вопросах уже стали притчей во языцех, оставалось только с ними смириться. Но и позволять дочери являться на приём к императору неподготовленной князь не собирался, мало ли что взбредёт в голову взбалмошной девчонке?! Поэтому и выторговал пару дней, якобы, чтобы ребёнок смог отдохнуть после трудного путешествия и восстановить пошатнувшееся здоровье…

Бал, в котором предстояло участвовать Анне, известие о чем так напугало её, должен был состояться на следующей неделе. Несмотря на напряжённую атмосферу, царившую в столице в связи с военным положением, отменять ежегодный весенний бал дебютанток никто отменять не собирался. Более того, на него возлагались определённые надежды — такое доказательство того, что жизнь продолжается, дети растут, девичья красота расцветает, должно было непременно поднять моральный дух аристократии. Именно на этом представлении высшему свету девушек из лучших дворянских семей империи, вошедших в брачный возраст и отныне занимавших своё место на рынке завидных невест, по задумке Алексея Александровича, и должны были объявить о его помолвке с княжной Анной Долгорукой.

Князь покачал головой: самая юная дебютантка сразу же окажется в центре внимания — и не столько из-за того, что она ещё не отметила своего пятнадцатилетия, что было обязательным условием, сколько по причине такого головокружительного взлёта. Ещё бы, едва заявив о себе, сразу приобрести статус невесты самого императора! Долгорукий нахмурился, напомнив себе, что необходимо срочно решить вопрос с усилением охраны для всех членов семьи, а особенно для Анны. Рисковать сейчас, когда остался всего лишь один маленький шажок до изменения статуса рода, он не имел никакого права. Оставалось только надеяться, что после откровенного разговора с матерью и сама Анна осознаёт, как много надежд на неё возложено, и что её прежние шалости должны остаться в прошлом. Невеста императора не может позволить себе сбегать среди ночи на близлежащий пруд, чтобы подкараулить русалку, что непременно должна появиться в полнолуние и спеть свою завораживающую песнь, расчесывая кудри. Или переодеваться мальчиком и являться на урок фехтования вместе со своими кузенами… Или… Да сколько всего случалось, что и не упомнить! Но теперь всё должно измениться.

***

Бросив последний взгляд на притихшую дочь, Мария вышла из её комнаты, осторожно прикрыв дверь. Всё, что нужно, было уже произнесено. И княгиня не сомневалась в том, что её дитя, воспитанное в должном духе, примет и поймёт всё сказанное, выполнив с честью свой долг. Иначе и быть не может, ведь род превыше всего.

Род превыше всего… Анна задумчиво смотрела в окно, за которым по-весеннему ярко голубело небо, но перед её глазами кружили снежинки, и ей снова было всего пять лет, и перед ней среди запутанных аллей дворцового парка, окруженных пушистыми елями