Весело болтая с братом, мы быстренько устроили уютный домик для маленького нового члена семьи. Когда я освободилась от новых обязательств перед Золотушкой — так я назвала ящерку, (думаю, она женская особь, хотя надо почитать, как это определить), я могла со спокойной душой отправляться по делам. Накинув джинсовую куртку и встряхнув волосами, я вышла, наконец, на улицу. Константин сидел на «стальном богатыре»- это он его так называл (мне бы такое и в голову не пришло — полный бред!)
— Значит, сегодня я штурман?! — недовольно сморщила я нос.
— За руль я тебя не пущу! Даже не мечтай! — ханжески отреагировал он.
— Даже в честь моего дня рождения?! — я сделала кошачьи глазки.
— Непривычно тебя видеть в таком образе, но тем не менее. Тебе придется сесть сзади, обнять меня и покрепче, чтоб не сорваться.
— Вот еще! — возмутилась я.
Он протянул мне шлем. Одев его, я уселась за ним, но принципиально взялась за пассажирскую упорную ручку. На что он лишь ухмыльнулся, при этом чуть нажал на газ и резко на тормоз. Я рефлекторно схватилась за него покрепче и громко выдохнула.
— Так-то лучше! Теперь поездка будет куда приятней! — прокомментировал Константин и мы поехали к Берте.
Я взяла руководство маршрутом на себя и вскоре мы оказались возле ее дома. Поездка и вправду была приятной, но ему я в этом не признаюсь, даже под пыткой. Когда он остановился, я быстро спрыгнула со скутера и поспешила к двери. Позвонив, отчетливо услышала звук звонка. Но никаких шагов слышно не было. Раздавался только лай Красотки. Я позвала ее, она перестала лаять и начала поскуливать. Простояв так минут пять, я вернулась к своему спутнику:
— Тишина! — в недоумении сообщила я. — Странно, кто-то должен быть дома. Куда они все делись…
— Я и не знал, что она живет в этом жутком доме! Что ж ты сразу не сказала? — с интересом проговорил он, разглядывая фасад дома.
— Я не знала, что ты знаешь эту дурацкую страшилку — я вот о ней совсем недавно узнала… — фыркнула я.
— Существует городская байка, что дом поглощал всех своих обитателей через месяц их проживания там. Давно Берта тут живет?
На секунду я задумалась, потом взглянула в его лицо и поняла: он нарочно надо мной подтрунивает! Я подняла вверх левую бровь, всем видом давая понять, что он говорит глупости.
— Да объявится твоя Берта! Куда она денется? Может семейные дела какие-то! Поехали, по мороженому съедим? Жара такая.
Наверное, я ужасная подруга, потому что я согласилась. А что мне было делать? Стоять и смотреть на закрытую дверь? Или прилечь, как собачка на коврик?
Мы поехали в парк. Константин, угостил меня мороженым, и мы присели на скамейку у ручья. Так и просидели, болтая, около двух часов. Потом я попросила вернуть меня домой и условились о встрече вечером. Когда я зашла домой, у меня зазвонил телефон. На экране высветилось имя «пропавшей», я быстро ответила:
— Ооооо….. кто опомнился! Решила, наконец, меня с днюхой поздравить?
Но в ответ последовала тишина, а не веселый голос подруги.
— Берта? Какого черта происходит? — уже всерьез встревожилась я.
— Рита, здравствуй! — вдруг зазвучал взрослый голос звонившего, мне даже не сразу удалось понять, чей он. — Это бабушка Берты.
— Здравствуйте! Где Берта!?
— Берта в больнице, ты можешь приехать?
— Что случилось?
— За тобой заехать?
— Я сама быстрей домчусь. В какую больницу ехать?
***Берта***
Сколько прошло времени, я не знала, но я вновь стала ощущать себя, как целое. Нет, никак раньше, прикоснуться к себе я по-прежнему не могла. Но понимала, что существую. Время тут ничего не значило. Мое сознание продолжало двигаться, точнее, плыть, находясь в кромешной темноте и абсолютной тишине. Это, безусловно, было для меня в новинку или скорее непостижимым. Такого спокойствия, безмятежности я раньше никогда не ощущала. Все равно любопытство брало верх. Мне хотелось увидеть, разглядеть, где же я? Хоть и все попытки были безрезультатны. Вдруг я услышала знакомый голос и плач мамы:
— Берта! Берта!
Меня силой выбросило на яркий свет, и я увидела перед собой своих родных. Меня сковало оцепенение. Жуткое зрелище, как в фильме: Я как приведение, зависла над собственным телом, а оно лежало неподвижно. Мама у кровати сжимала мою руку и плакала. Я подлетела, к ней хотела ее утешить, сказать вот она я! Со мной все в порядке! Не надо переживать, но ничего не выходило, руки проходили сквозь нее. А голос… она меня не слышала, не мудрено, если я мертва. Я помню как-то фильме, говорили: «Надо разозлиться, чтоб пришли силы.» Но глядя на состояние мамы, сил у меня как раз и не было. Злиться на кого я не знала. Были лишь одни вопросы: почему я тут лежу? Что случилось? Кто виноват?
На аварию не похоже. На лице ни травм, ни ушибов, даже прическа шикарная до сих пор. Ну может, я бледнее обычного. А может, меня на празднике чем-то опоили? Вадим был явно под каким-то веществом, а если и я его случайно приняла!?
— Лена! с ней все будет хорошо! — послышался голос отца. Он уверенными шагами зашел в комнату, глаза тоже были красные от слез, но он заметно храбрился.
— Мама звонит Рите. Может, она что-то расскажет!
Рита? Что может она рассказать?! А может, это произошло из-за сна? Наверное, не стоило пить то шампанское. Это возможно? Чтоб происходящее во сне отобразилось в реальную жизнь?
Комната сделала кувырок и вуаля — я уже в коридоре второго этажа возле спальни Николаса. Как мне это удалось так быстро? Размышлять об этом времени не было, я попала в середину оживленной беседы.
— Сестра, к чему этот фарс? — преградил путь сестре Николас.
— Я не понимаю тебя! Который раз повторяю — недовольно хлопнув веером об руку, ответила Николь.
— Не понимаешь? Тогда почему на ней была фамильная брошь нашей бабушки? — уже с вызовом проговорил он.
— Быть не может! — вспыхнув, Николь с силой оттолкнула брата. Забежав к себе в комнату, она оставила дверь нараспашку. Николас проследовал за ней, как и я. — Так и знала, что это очередная проверка. Она лежит на своем месте.
Повернувшись к нам лицом, Николь держала в руках «мою» новую шкатулку с фибулой внутри.
Вновь меня выбросило из видения. Я плыву в холодном, темном потоке неопределенности.
О ком говорил Николас? Неужели обо мне? Но это невозможно! Я же всего лишь вижу события его прошлого…
Разве я могу влиять
