традиционными методами диагностики.
— Здесь нужна операция, — заявил он, указывая на область печени. — Слишком сильное повреждение, целительство не справится. — о, спасибо, теперь знаю, чего там так болит. Направлю-ка немного энергии в желчный пузырь, а то вот-вот протечет…
— Операция подождёт, — отрезал целитель. — Сначала стабилизируем состояние. У пациента истощение энергетических резервов, нужно восполнить их прежде всего. Не пойму только, почему энергия до сих пор куда-то уходит…
Постепенно моё состояние начало улучшаться. Чужая целительская энергия растекалась по телу, заживляя раны и восстанавливая ткани. Я ощущал, как каждая клеточка наполняется силой, словно невидимый мастер латал меня изнутри.
Целитель тихо напевал себе под нос, иногда произнося названия заклинаний. Время текло медленно. Каждый цикл лечения длился часами, но для меня это были мгновения — Ясное сознание приучило меня не считать времени и просто заниматься своими делами, полностью абстрагируясь от таких мелочей как боль.
И вот, в какой-то момент я почувствовал, как веки становятся легче. Глаза приоткрылись, размытая картинка постепенно стала наполняться четкими деталями и вскоре я смог внимательнее рассмотреть палату и своих коллег. Медсестры и санитары облачены в темно-зеленые одеяния с вышитыми на рукавах гербами рода Аксаковых, врачи в светло-зеленых хирургических костюмах, а целитель облечен в кристально чистый белый халат с выжитым на груди золотыми нитями гербом.
Одежда шикарная, но и сама палата поражала роскошью и технологичностью. Высокие потолки украшали магические светильники, излучающие мягкий свет и судя по всему убивающие микробов. Стены отделаны редким камнем с вкраплениями светящихся кристаллов. Мебель выглядела величественно: резная кровать с балдахином, инкрустированный столик, шкафы с изящной гравировкой.
В углу палаты стоял сложный диагностический комплекс, мерцающий разноцветными кристаллами. Рядом с кроватью — столик с различными зельями и целительскими инструментами. На стене — панель с показателями моего состояния. Вот это я понимаю — медицина! Владелец этих хором явно беспокоится о здоровье и комфорте пациентов и даже боюсь представить, сколько всё это может стоить.
Дверь распахнулась, и в палату снова заглянул граф Аксаков. Поначалу он выглядел обеспокоенным, но увидев мою широкую улыбку, облегченно выдохнул.
— Ну что, герой, — усмехнулся он. — Готов поспорить, что ты не доживёшь до утра?
— Ой, не дождешься… — прохрипел я.
— Буду рад, если не дождусь, — кивнул граф. — Но признаюсь, ты заставил нас всех понервничать. Ликвидаторы по рации успели сделать ставки — кто-то даже поставил на твою гибель в момент броска.
— И кто победил? — спросил я с иронией.
— Ты, — хохотнул Аксаков. — Ставок на то, что ты выживешь не было. Но сразу скажу, в итоге я поставил на то, что ты успеешь деактивировать сердце прорыва и только потом помрешь! — окончательно рассмеялся он, а мне даже стало немного приятно. Ну хоть кто-то в меня поверил.
— Ну так что… — тихо просипел я, все-таки голос пока не восстановился, — Сколько всего поставили? Я бы забрал выигрыш…
— Скажу не как аристократ, а как ликвидатор. Хрен тебе, Вова, а не выигрыш. Ты же ставку сделать не успел, — развел руками Аксаков и присел на край кровати. — Но знаешь что? Ты удивил меня. В хорошем смысле. Такой живучести я давно не видел.
Он наклонился ближе, его голос стал серьёзным:
— Ты как тот неубиваемый монстр из старых легенд — сколько ни бей, всё равно встаёшь и идёшь дальше… Как его там называли? — задумался он, — Тихоходка что ли… В общем, очень мерзкая тварь с дикой регенерацией.
— Спасибо на таком лестном сравнении, — попытался учтиво поклониться, но грудь прострелило острейшей болью.
Граф удержал меня:
— Тише-тише. Тебе ещё рано двигаться. Целители говорят, восстановление займёт время.
В этот момент в палату вернулся целитель, который отходил за какими-то кристаллами для магического аппарата. Примерно так его себе и представлял: седая борода аккуратно подстрижена, а в глазах усталость после долгой работы.
— Ваша светлость, — поклонился он. — Состояние пациента стабилизировалось, но требуется продолжительная реабилитация.
— Сколько времени потребуется на полное восстановление? — сразу уточнил Аксаков у целителя, но потом посмотрел на меня и ухмыльнулся, — Ты не подумай, что я излишне заботлив. Просто сам понимаешь, такими метательными снарядами грех разбрасываться.
— Минимум две недели интенсивного лечения, — ответил целитель. — И ещё месяц реабилитации.
— Хорошо, — кивнул граф. — Обеспечьте ему всё необходимое. Никаких исключений. — он снова повернулся ко мне, — А ты, герой, пока отдыхай. И насчет оплаты можешь не переживать, всё за мой счет.
— Так я не об этой оплате переживаю… Всё-таки сам понимаешь, я там налечил на месяц вперед, а во время ликвидации прорыва внутри города…
— Полагается щедрая компенсация от государства и правительства этого города, — Продолжил за меня мысль граф, — Да, разумеется, все твои подвиги будут учтены.
Когда граф ушёл, целитель приблизился к моей кровати.
— Вам повезло, молодой человек, — произнёс он тихо. — Очень повезло. Такие травмы обычно не совместимы с жизнью.
Он начал осматривать меня и снова забормотал заклинания под нос:
— Малое исцеление… Обычное исцеление… Точечное…
Его руки светились мягким зелёным светом, и я чувствовал, как энергия проникает в тело, залечивая раны.
В палате было тихо, только изредка слышалось жужжание диагностического оборудования. Целитель же продолжал свою работу, а я погрузился в полудрёму, чувствуя, как силы постепенно возвращаются.
Дни в госпитале тянулись медленно. Каждый день целители проводили новые процедуры, проверяли состояние, корректировали лечение. Я наблюдал за их работой, впитывая каждую деталь их искусства, но и сам постоянно повторял всё это на практике. Только целитель выйдет за дверь, как сразу начинаются эксперименты с энергией. Как по мне, практика — это лучший способ обучения чему-либо. Я ведь в институте плохо учился, а как только попал в самое пекло, сразу начал быстро всё вспоминать уже в процессе работы.
Две недели на восстановление, говорите? Ха! Ну конечно, это если бы я не занимался самолечением. В итоге уже на следующий день я смог самостоятельно встать с постели, а еще через три продолжил свои физические тренировки.
И хотя впереди ещё было много работы над восстановлением, но это не проблема и уже совсем скоро можно будет продолжить зачистку прорывов. Я выжил в прорыве восьмого ранга и теперь стал сильнее, чем когда-либо.
Потому что такова моя природа — вставать после каждого падения и идти
