мы шли молча, потом Ферн заговорил:
– Было непросто, да? Кто забрал твои ленты?
– Бэлла и Низз, – только и сказала я – упоминать Лио совершенно не хотелось. Ферн вздохнул – мне показалось, с облегчением.
– Ты не сказала, что тебе и самой удалось забрать ленту – у Дэла, да? – На этот раз в его голосе прозвучали нотки неуверенности. – В теневой форме он хоть и огромный, но по сравнению с тобой слишком медленный и неповоротливый.
Я позволила тишине упасть между нами и только через какое-то время сказала:
– Моя лента не от Дэла.
Рука Ферна напряглась, а в голосе появилась настороженность:
– Нет?.. Тогда от кого?
Когда мы свернули в переулок, Ферн встал передо мной, преграждая путь, и с настойчивостью переспросил:
– От кого эта лента, Вира?
На миг я почувствовала себя в ловушке: с одной стороны, я не могу не рассказать о Сае, но с другой – я совершенно не готова к этому разговору. Опустив глаза, я всё же нашла в себе силы ответить:
– От Сая.
Ферн резко вздохнул.
– Так это ты кричала? Что он с тобой сделал? – с гневом спросил он и потянулся к моей руке, где под рукавом скрывался укус. Я не хотела, чтобы Ферн его увидел, поэтому отступила назад и посмотрела ему прямо в глаза.
На секунду Ферн так и застыл с протянутой рукой, потом медленно ее опустил.
– Ты поглотила Тень, – бесцветным голосом произнес он.
– Три, – поправила я.
Его глаза расширились от изумления и… испуга?
– Ты… Почему?.. Это из-за Сая? Что он?..
– Он предложил отдать мне ленту в обмен на наш с Кинном секрет, но мне удалось… – Я судорожно вздохнула. – Вместо этого я сказала ему, что мы с Кьярой – сестры.
Лицо Ферна застыло, а на мое горло словно набросили удавку, и я едва смогла выговорить:
– Он отдал мне ленту, а потом заставил спрятаться на складе. Я… я слышала ваш разговор.
Ферн побледнел, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на страх, который он тут же попытался спрятать. В животе у меня похолодело, но, собрав всю решимость, я прошептала:
– Пожалуйста, скажи… скажи, что слова Сая – ложь, от начала до конца, что ты не… что Кьяра тут ни при чем…
Я задрожала, надеясь, что сейчас он всё объяснит и это окажется лишь недоразумением, злой шуткой Сая…
Ферн, еще более бледный, чем прежде, прикрыл глаза, словно собираясь с мыслями. Потом он тяжело сглотнул и, подняв на меня потускневший взгляд, выдохнул:
– Не могу.
Мне вновь показалось, что я падаю в пропасть, но теперь я знала, что разобьюсь вдребезги.
Не могу.
Нет, нет… Ферну на самом деле нравится Кьяра? А я… я всего лишь?..
Я вгляделась в его глаза в отчаянной надежде, что просто неправильно всё поняла, но, увидев там раскаяние, почувствовала, как боль вспарывает мою грудную клетку.
Нейт предупреждал меня, чтобы я была осторожней с Ферном, а еще лучше – держалась от него подальше. Только я не захотела прислушаться.
– Вира… я… – хрипло начал Ферн и осекся, когда, застонав от душевной боли, я отшатнулась от него.
Значит, всё это время он видел во мне другую?
Лиллу – солнечную девушку, которая бросила его ради Нейта.
Кьяру, мою сестру, которая тоже выбрала его друга.
Обе недостижимые, а я – вот она – глупая, готовая броситься в его объятья, стоило только поманить…
Тяжело задышав, я почувствовала, как темный огонь гнева взвился у меня в груди и прокатился по венам, выжигая боль.
Ферн дал мне поверить, что я для него что-то значу. Добился отчуждения между мной и Кинном, а сам просто использовал меня…
«За-ме-на», – прошелестел невидимый голос.
Сметая всё на своем пути, меня захлестнула удушающая волна ненависти, и я прошипела, глядя Ферну в глаза:
– Убирайся!..
– Вира… – начал он, но я оборвала его – не помня себя, шагнула ближе и со всей силы ударила его по лицу. Ладонь обожгло звенящей болью, а щека Ферна тут же заполыхала.
От того, как он покорно замер, не пытаясь ни уклониться, ни защититься, у меня перед глазами всё почернело от ненависти, и внутри свирепо взревела дикая ирса, требуя ударить еще раз, расцарапать, укусить…
Я становлюсь как Сай.
От этой мысли я так и замерла, замахнувшись для нового удара.
Нет, нет!..
Задыхаясь и дрожа с ног до головы, я опустила руку и помертвевшими губами сказала:
– Пропусти.
Пару секунд Ферн стоял неподвижно, затем отступил, и я, сжав кулаки, прошла мимо, а через несколько шагов бросилась бежать.
– Вернись! – зашипела ирса внутри. – Отомсти!..
Но я заставила себя бежать дальше, кусая губы, чтобы сдержать рвущийся наружу бессильный крик ярости. В моей душе бушевал шторм: все чувства потеряли свои краски, остался лишь черный цвет ненависти – ненависти к Ферну, ненависти к себе – за то, что не увидела, не поняла, поддалась!
Я упала на колени, чувствуя, как изнутри меня разрывает что-то уродливое, гнилое, смердящее, и от этого хотелось выть, хотелось вцепиться в кого-нибудь когтями, разорвать…
– Вира, что с тобой?
Сквозь темный шум ко мне пробился встревоженный голос Нейта.
«Не подходи», – хотела сказать я, но не успела – он начал поднимать меня с колен. Ирса во мне зарычала, и я вцепилась в его руку что было силы, но он даже не поморщился, а, заглянув в мои глаза, вполголоса спросил:
– Ты поглотила Тень?
– Три, – прохрипела я с вызовом.
Нейт чуть побледнел, но посмотрел на меня без осуждения или страха.
– А где Ферн?
От звука его имени меня скрутило от ненависти, и я прошипела:
– Где-то. – Я уставилась в темно-карие глаза Нейта и спросила, с каждым словом сжимая его руку всё сильнее и сильнее: – Ты знал? Знал, что на самом деле ему нужна Кьяра? А я – всего лишь замена?..
В глазах юноши отразилось потрясение.
– Что? О чем ты? Нет… Нет, я не знал.
Судорожно выдохнув, я ослабила хватку, с трудом выпрямилась и проговорила:
– Мы победили. Шесть – семь. Сай сказал, что сдержит слово.
– Победили? – переспросил он.
– Он подстроил, он всё это подстроил, – забормотала я, чувствуя, как кружится голова, а в ушах нарастает звон.
– А это что? – изменившимся голосом спросил Нейт, и, взглянув на него, я поняла, что он заметил укус.
– Сай… Он отдал мне свою ленту, а потом… потом… – Перед глазами у меня замелькали вспышки, и я чуть не осела на землю.
– Держись, – сказал Нейт, подхватив меня за талию. Он положил мою
