совпадение?
Внезапно экран заполнила фотография, и девушки вскрикнули. Они увидели Эли в последней инкарнации: с прямыми белокурыми волосами, слегка заостренным подбородком, приподнятыми скулами и чуть более тонкими губами. Именно эту девушку они встретили на крыше ресторана после ужина в ту роковую ночь. Именно эта девушка дразнила их секретами, известными только Эли; это она заманила их в «воронье гнездо» и чуть не столкнула Ханну в пропасть. Впрочем, Ария испытала облегчение, когда наконец увидела это лицо. По крайней мере, теперь они знали, что Эли действительно мертва.
– Родители только что опознали труп по трем штифтам в лодыжке, сохранившимся после травмы, полученной ранее в результате несчастного случая, – пояснила диктор, и уменьшенная фотография Эли переместилась в угол экрана. – Родители предоставили эту фотографию, на которой девушка выглядит так, как выглядела незадолго до своего исчезновения. Это Табита Кларк из Мейплвуда, штат Нью-Джерси.
На мгновение Ария подумала, что мозг завис. Они со Спенсер одновременно повернули головы и уставились друг на друга. Эмили вскочила на ноги. Ханна чуть ли не носом уткнулась в экран, будто сомневаясь в том, что правильно все поняла.
– Погодите, что она говорит? – недоуменно спрашивала она.
– Ее звали Табита Кларк, – монотонным голосом повторила Спенсер, тоже как будто не в себе. – Из Мейплвуда, Нью-Джерси.
– Но… нет! – У Арии голова пошла кругом. – Ее звали не Табита! Это была Элисон! Наша Элисон!
Спенсер обернулась и накинулась на Эмили с упреками.
– Ты была так уверена в этом! Ты посмотрела на нее и сказала: «Это Эли»!
– Но она знала то, что могла знать только Эли! – вспылила Эмили. – Вы все тоже в это поверили!
– Мы все поверили, – прошептала Ария, устремив отсутствующий взгляд прямо перед собой.
Между тем ведущая продолжала комментировать новости. Девушки снова повернулись к экрану.
– По словам родителей, Табита сбежала из дома около года назад. Она всегда была проблемным ребенком: в тринадцать лет пострадала от почти смертельного пожара в доме, потом проходила мучительный курс реконструктивных пластических операций по пересадке кожи. Ее родители знали, что она на Ямайке, но не подозревали ничего плохого, пока пять месяцев назад она не перестала выходить на связь. Они разыскали ее друзей, но те сказали, что больше года ничего о ней не слышали.
Диктор сделала паузу и грустно покачала головой.
– Я только что получила информацию о том, что мистер и миссис Кларк искали свою дочь в течение многих месяцев, но безуспешно. Прискорбно, что их долгие поиски завершились таким трагическим исходом.
На экране появилась фотография супружеской пары. Мистер и миссис Кларк, подсказывал заголовок. С виду обычные люди: мама в безразмерном свитере и мешковатых джинсах, папа с козлиной бородкой и печальным, виноватым лицом. Они не имели ничего общего с изящной миссис ДиЛаурентис и мистером ДиЛаурентисом с его крючковатым носом и вечно отстраненным выражением лица.
Ханна схватилась за голову.
– Девочки… что происходит?
У Арии сердце колотилось так, что ей казалось, еще немного – и оно пробьет грудную клетку. В голове стучала одна-единственная мысль, жуткая и пугающая. Глядя на лица своих подруг, она догадывалась, что они думают то же самое.
Она сделала глубокий вдох и произнесла самые страшные слова, которые, казалось, невозможно произнести вслух:
– Девчонки, Табита была не Эли. Мы убили ни в чем не повинную девушку.
35. Не закрывай глаза…
Эмили сползла на пол. Страшная правда гудела в голове, как пчелиный улей. Табита не Эли. Табита невиновна. Мы убили ни в чем не повинную девушку.
Казалось, этого не может быть, но кадры, мелькавшие на экране, убеждали в обратном. У Табиты была своя жизнь, совсем не похожая на жизнь Эли. У нее были родители. Дом. На ее теле остались следы от ожогов, которые она получила много лет назад во время пожара в их доме, а вовсе не в горах Поконо. Все, что она проделывала с ними на Ямайке, было лишь хитрой уловкой, «игрой в труса»[85], которую она затеяла с самой собой, но не хотела проигрывать.
– М-может, она просто слышала о нас в новостях или что-то в этом роде, – сказала Ария, повторяя вслух мысли каждой из них. – Может, шарила по сайтам желтой прессы, смотрела все эти репортажи…
– Возможно, какие-то сайты рассказывают о нас больше, чем мы можем себе представить, – еле слышно пробормотала Спенсер, устремив в пустоту остекленевший, немигающий взгляд. – Может, она была одержима. И, когда увидела нас…
– …решила трахнуть нас по полной программе, – закончила за нее мысль Ханна, обхватив голову руками и раскачиваясь из стороны в сторону. – Знаете, а я ведь собиралась пойти в полицию и во всем признаться. Рассказать им про «Э» и Эли и даже про то, что мы совершили на Ямайке.
– Господи, – прошептала Спенсер. – Слава Богу, что ты этого не сделала.
Горькие слезы обжигали Ханне глаза.
– Боже. Боже. Что мы натворили? Они же пойдут по следу и вычислят нас!
– «Э» прислала мне фотографию, где мы с Табитой танцуем, – прошептала Эмили. – Выходит, это кто-то, кого мы знаем. Что, если «Э» отправил этот снимок родителям Табиты? Или копам?
– Постойте. – Ария показала на экран.
Корреспондентка снова прижимала палец к уху, явно получая новую порцию информации.
– Шериф считает эту смерть несчастным случаем, – сказала она. – Учитывая близость места обнаружения трупа к отелю The Cliffs, который печально известен пьянством среди несовершеннолетних и шумными вечеринками, следователи предполагают, что мисс Кларк слишком много выпила в один из вечеров и стала жертвой трагического несчастного случая.
Камера взяла крупным планом шерифа, высокого ямайца в голубой униформе с иголочки. Он поднялся на импровизированную платформу за утлой рыбацкой лодчонкой, на которой лежали эксгумированные кости Табиты.
– Мы предполагаем, что мисс Кларк решила искупаться в состоянии алкогольного опьянения, – вещал он в море микрофонов. – Отель The Cliffs на протяжении многих лет поощряет употребление алкоголя несовершеннолетними, и пора положить этому конец. С сегодняшнего дня курорт закрывается на неопределенный срок.
Затрещали вспышки фотоаппаратов. Репортеры выстреливали вопросы. Эмили снова плюхнулась в кресло, ощущая пустоту во всем теле. Спенсер моргнула. Ария подтянула колени к груди. Ханна покачала головой и снова расплакалась. Эмили знала, что должна испытывать облегчение, но оно не наступало. Она знала правду. Это не был несчастный случай. Кровь Табиты – на их руках.
В камине потрескивали поленья. Острый древесный запах напоминал Эмили столько всего и сразу – как они сидели в лесу у костра тем летом, после истории с Дженной. Когда костер уже догорал, Эли подарила им свои веревочные браслеты и взяла с каждой из них
