Джон Грейди выкурил сигарету, затем сделал углубление в тулье шляпы, положил туда камень и, улегшись на траву, прикрыл этой утяжеленной шляпой лицо. Он пытался понять, какой сон будет к удаче. Он представил ее на вороном скакуне. Она ехала с прямой спиной, шляпа сидела на ней ровно, и волосы развевались на ветру, а потом она повернулась и улыбнулась, и еще он запомнил ее взгляд. Потом он подумал о Блевинсе. Он вспомнил выражение его лица, когда тот отдавал ему свои песо. Однажды в Сальтильо ему приснилось, что к нему в камеру пришел Блевинс и они рассуждают о том, что такое смерть. Блевинс говорил ему, что в ней нет ничего страшного, и Джон Грейди соглашался. Джон Грейди подумал, что если ему опять приснится Блевинс, то, может, мальчишка наконец-то оставит его навсегда и заснет вечным сном с такими же, как он, бедолагами. Трава шуршала на ветру, и Джон Грейди заснул под это шуршание, но никаких снов не увидел.
Обратно он ехал через пастбища. Из-под деревьев выходили коровы, спасавшиеся там от дневной жары. Проезжая мимо одичавшей яблони, Джон Грейди сорвал яблоко, надкусил, но оно оказалось зеленым, твердым и горьким. Он спешился и повел коня по бывшему яблоневому саду в поисках падалицы, но ничего не нашел ― наверное, все поели коровы. Потом они подъехали к заброшенному дому. Двери там не было, и Джон Грейди въехал на жеребце внутрь. Часть стропил кто-то снял ― наверное, охотники и пастухи пустили их на дрова, разводя костры прямо на полу. К стене была прибита телячья шкура. У окон не было не только стекол, но и переплетов, которые тоже, скорее всего, пошли на дрова. Казалось, жизнь, некогда кипевшая в этих стенах, вдруг внезапно и необъяснимо оборвалась. Жеребцу тут явно не понравилось, и Джон Грейди, тронув его бока каблуками и натянув поводья, развернул его, и они выехали наружу. Останки дома и сада быстро остались позади и скрылись из вида. Они ехали по заболоченному лугу к дороге. Воздух слегка опьянял, над головами человека и коня ворковали голуби, и Джон Грейди время от времени пускал в ход поводья, чтобы конь не ступал в свою собственную тень, что порядком волновало его.
Джон Грейди умылся под краном в коррале, сменил рубашку, стер пыль с сапог и пошел к бараку. Уже стемнело. Пастухи отужинали и теперь сидели под рамадой и курили.
Джон Грейди поздоровался, услышав в ответ:
Эрес ту, Хуан?[136]
Кларо.[137]
Возникла пауза, потом кто-то из мексиканцев сказал ему «добро пожаловать». Джон Грейди поблагодарил.
Он сидел, курил и рассказывал, что с ним произошло. Пастухи поинтересовались, как поживает Ролинс, который был для них ближе, чем он, Джон Грейди. Узнав, что Ролинс сюда больше не вернется, они огорчились, но кто-то резонно заметил, что человек теряет много, когда покидает свою родину. Не случайно ты рождаешься именно в этой стране, а не в какой-то другой. И еще кто-то сказал, что погода, ветры, времена года не только создают поля, холмы, реки, горы, но и влияют на судьбы людей и передают это из поколения в поколение, и с этим нельзя не считаться. Они также поговорили о коровах, лошадях, о молодых кобылах, у которых началась течка, о свадьбе в Ла Веге и похоронах в Виборе. Никто не упомянул ни хозяина, ни Альфонсу. Никто и словом не обмолвился о хозяйской дочке. В конце концов Джон Грейди пожелал им доброй ночи и направился к хозяйскому дому. Он подошел к двери и постучал. Некоторое время никто не отзывался, тогда он снова постучал. Наконец на пороге появилась Мария, и он понял, что Карлос только что вышел из ее комнаты. Она посмотрела на часы над раковиной.
Йа ас комидо[138] ―, спросила она.
Но.
Сьентате. Ай тьемпо.[139]
Он сел за стол, и она поставила разогреваться сковородку с жареной бараниной с подливкой, а потом, несколько минут спустя, принесла ему полную тарелку и кофе. Она закончила мыть посуду, вытерла руки фартуком и без нескольких минут десять вышла из кухни. Затем она вернулась и остановилась на пороге. Джон Грейди встал из-за стола.
Эста эн ла сала[140], сказала она.
Джон Грейди прошел через холл в гостиную. Дуэнья Альфонса стояла с очень официальным видом. Она была одета с элегантностью, от которой веяло холодом. Она прошла к столу, села и жестом предложила Джону Грейди сделать то же самое.
Он медленно прошел по ковру с орнаментом и тоже сел. За ее спиной на стене висел гобелен, на котором изображалась встреча двух всадников на дороге. Над дверями в библиотеку была прикреплена голова быка с одним рогом.
Эктор был уверен, что ты больше здесь не появишься. Я говорила, что он ошибается.
Когда он вернется?
Не скоро. Но так или иначе, он вряд ли захочет тебя видеть.
По-моему, я имею право на объяснение.
А по-моему, баланс уже подведен, причем в твою пользу. Ты принес большое разочарование моему племяннику и, не скрою, немалые расходы мне.
Не сочтите за дерзость, мэм, но я и сам испытал некоторые неудобства.
Полицейские уже однажды приезжали сюда. Но мой племянник отправил их назад с пустыми руками. Он хотел провести свое собственное расследование. Он был уверен, что их версия ошибочна.
Почему же он ничего мне не сказал?
Он дал слово команданте. Иначе тебя забрали бы сразу же. Но он хотел провести собственное расследование. Согласись, что команданте имел все основания не предупреждать заранее тех, кого он хочет арестовать.
Зря дон Эктор не дал мне шанс рассказать, что тогда случилось. Тогда, глядишь, все вышло бы иначе…
До этого ты уже дважды говорил ему неправду. Он имел основания предположить, что ты способен солгать и в третий раз.
Я никогда не лгал ему.
История об украденной лошади дошла до этих мест еще до вашего прибытия. Было известно, что конокрады ― американцы. Когда он спросил тебя об этом, ты сказал, что ничего не знаешь. Потом несколько месяцев спустя ваш приятель вернулся в Энкантаду и убил там человека. Государственного служащего. Никто не сможет отрицать этого.
Когда он возвращается?
Он все равно не захочет тебя видеть.
Вы, значит, тоже считаете меня преступником?
Я готова поверить, что против тебя сложились обстоятельства. Но сделанного не воротить.
Почему вы меня выкупили?
Ты и сам отлично знаешь почему.
Из-за Алехандры?
Да.
А что она обещала взамен?
Думаю, ты и это понимаешь.
Она обещала, что больше никогда не увидится со мной?
Да.
Джон Грейди откинулся на спинку стула, посмотрел мимо дуэньи Альфонсы на стену. На гобелен. На голубую декоративную вазу на ореховом буфете.
