для себя вопросом: – А давать сразу нужно или можно хотя бы на следующий день? Я читала в журнале, ну и смотрела много интервью светских львиц, в первый день дать мужчине в столице считается нормально, а у нас в Рязани так не принято. Даже целоваться нельзя. Желательно хотя бы неделю повстречаться.
Волгиной пришлось приложить над собой усилие, чтобы не произнести, что она действительно об этом думает. Она лишь пожала плечами. Мол, сама решай.
– А если попросит поиграть с мальчиком?
– Каким мальчиком? – в непонимании удивленно переспросила Катерина.
– Ну с этим, – девушка показала глазами вниз, тем недвусмысленно намекнув, что она имеет в виду. – Друцкий меня задолбал со своим мальчиком. Он даже трахаться не хотел. А через неделю нашел другую. За все время он только раз сводил меня в обычное кафе и дал тысячу, когда в последний раз у него встречались. Представляешь?
Волгина отвернулась. Ее накрыло невероятное отвращение. Отвращение и к Пахомовой, и к себе. Сейчас Катерина напоминала себе последнюю шлюху, что стоит тут в ожидании клиента. Ей захотелось прямо сейчас развернуться и не то что уйти, бежать сломя голову.
«Плевать на сегодняшний вечер. Будет завтрашний день и все, что случится этим вечером, станет неважным», – проговорила она сама себе.
– Ты можешь поступить, как сама хочешь. Лично я не собираюсь ничего делать во-о-обще, – взяв себя в руки, ответила Катерина.
– А как же подарки? Как же рестораны? – широко раскрыв глаза, удивилась Пахомова.
– Пусть дарит, пусть водит. Это его проблемы. Мои проблемы принять подарки так, чтобы ему снова хотелось их дарить. Я должна скрасить вечер в ресторане. Чтобы ему было интересно. И не более, – выпалила Волгина уже многократно обдуманный взгляд на возможные отношения с мужчинами. Она думала над этим вопросом, когда пыталась найти для себя занятие, если сбежит за границу. Вот только девушка прекрасно понимала, это всего лишь фантазии, которым вряд ли суждено сбыться, потому как даже в таком качестве она будет себя чувствовать шлюхой, ублажающей клиентов, пусть и не физически. Для нее это было недопустимым падением.
– Ты как эта, что ли… Как гейша? – с восторгом переспросила Пахомова.
– Скорее, как девушка, попавшая в затруднительное положение, – честно призналась Катерина.
Веремеев появился словно ниоткуда. Вынырнул из слоняющейся по площади толпы.
– Не замерзли? – спросил он и Катерина сразу почувствовала запах спиртного. От этого ей стало не по себе. Сразу вспомнился князь Болховский.
«Если потащит в апартаменты – не пойду. Пусть хоть что говорит, больше я на эту уловку не поддамся», – дала себе зарок она и улыбнулась, словно все отлично.
– Почти не замерзли.
– Мы тут недалеко сидим. Идемте.
И снова запиликали тревожные звоночки.
«Кто «мы»? Почему не «мы», а только ты пришел? Думаешь, если вы принадлежите к Высшим, остальные дворяне бурьян? Или ты вместе со своим дружком записал нас в конченные бл*ди? Странно, что в таком случае ты сам пришел, а не послал за нами холуя»
Покинув площадь и немного пройдя по Тверской, Веремеев свернул, пусть в элитный, но всего лишь пивной бар. О том, что заведение относилось к высшему разряду, подсказывали припаркованные дорогие спорт кары и роскошный фасад.
Войдя в бар, парень поднялся на второй этаж и, подойдя к накрытому столику, представил девушек своим друзьям:
– Знакомьтесь. Это и есть Катя и…
– Ольга, – представила подругу Катерина.
– Верно, Ольга. А это мои друзья – Аркадий и Владимир. Нашей Оленьки сегодня повезло. У нее богатый выбор. Сразу двое, – засмеялся Даниил и сел за стол.
У молодых людей стояли бокалы с пивом и легкая соленая закуска. Никто не предложил девушкам присесть. Никто не помог снять верхнюю одежду. Это было совсем не то, на что рассчитывала Волгина.
Пересиливая гордость, девушка сама сняла пальто и повесила его на вешалку рядом со столиком. Сама села рядом с Веремеевым. То же проделала Ольга и присела к подруге.
Вполне симпатичный Владимир догадался подозвать официанта.
– Дамы, прошу. Заказывайте, что душа пожелает, – предложил он, показывая на официанта.
Молодой официант понял, что от него требуется. Куда-то метнулся и вернулся уже с двумя экземплярами увесистого меню, которые положил перед девушками.
Катерина открыла книгу, стала листать и снова поймала разочарование. Она специально не ужинала, а тут сотни видов солено-перченой и сушено-вяленной ерунды.
Однако очередная страница преподнесла сюрприз в виде колбасок, сосисок и ребрышек. Это уже было близко, но все еще не то.
Новая страница и снова сюрприз – копченый цыпленок и отдельно цыпленок по запчастям, стейки, отбивные, гарнир в виде картофеля фри. Далее две страницы салатов и завершение – фрукты, мороженое, сладости. После шло пошло одно только пиво.
Что интересно, каждое блюдо подробно расписывалось, указывался вес, состав, калории, но не было ни одного ценника.
После настолько отвратительного начала Катерине было плевать, что о ней подумают. Она хотела ужинать. Посему заказала стейк с кровью, картофель фри и тяжелый мясной салат с рябчиками, грибами и овощами, покусившись главным образом на рябчиков, которые раньше по случайности не пробовала.
Ольга заказала то же самое, только салат выбрала другой.
– Что желаете пить? – спросил официант.
– Девушки, ну я не знаю. Кто так пьет пиво? Сначала пьют, а потом закусывают. Иначе пиво не войдет просто физически! – то ли возмутился, то ли удивился Веремеев.
– «Да я как бы ни собиралась пить пиво. Максимум бокал шампанского», – мысленно произнесла Катерина, но сама, изобразив яркую улыбку, произнесла: – Сожалею, но я слишком быстро пьянею.
– О-о-о… А это уже интересно! – обрадовался Даниил. – Принесите пожалуйста девушкам по бокалу того же, что и нам – светлого и нефильтрованного. А закуску готовьте неторопливо.
– По-моему, ключевое слово «неторопливо», – засмеялась Катерина.
– Абсолютно верно! Предлагаю первый тост за самых умных и проницательных девушек за нашим столом! – торжественно произнес Веремеев.
Официант шустро успел принести два бокала пива. Катерина лишь пригубила, в то время как Ольга сделала несколько полных глотков.
– У меня второй тост – за прекрасный вечер в обществе наших прекрасных дам! – снова прицепился с тостом Даниил.
Понимая эффект от злоупотребления спиртным, Волгина не позволяла себе выпить за вечер больше двух бокалов шампанского или вина. Вот и теперь она лишь пригубила пиво и поставила бокал на стол.
–
