Читаем без скачивания Счастье за углом - Дебора Смит

– Я перезвоню.

– С Рождеством, Санта! – закричал Дэвид. – А я получу нового Робосапиенса с лазерными глазами?

– Конечно, карапуз. Томас, он что, слышал?

– И слушает.

– Ой. Пока.

– Пока.

Я выпрямился. Вечеринка притихла. Кто-то даже выключил Бинга Кросби. А когда я обернулся, на меня уставились десятки глаз-лазеров под залезшими на лоб бровями – и это только мужских, – пылающих искренним восхищением. Джон и Моника пытались улыбнуться с отвисшими челюстями. Все остальные выглядели так, словно влетели в аварию на Феррари или получили билеты на бейсбол рядом с местом Джека Николсона.

– Кэтрин Дин? – спросил кто-то. – Та самая Кэтрин Дин?

Моника не устояла.

– Да, – громко заявила она. – Та самая Кэтрин Дин. Они с Томасом вместе!

– И впервые вы услышали об этом здесь, ребята, – заулыбался Джон. – Кэтрин Дин неравнодушна к кровати моего старшего братика.

Все столпились вокруг меня, готовясь засыпать вопросами. Я попятился к двери. Женщины смотрели с жадностью, как на звездного порно-актера. Мужчины смотрели так, словно я знал особый секрет, как привлекать красивых женщин с мировой славой и при этом не выглядеть как звездный порно-актер. То болезненное внимание, в центре которого я очутился после 11 сентября, – почти осязаемый чужой интерес, который постоянно нарастал вокруг выживших, – набрало новые обороты. Я стал знаменитостью, потому что привлек внимание кинозвезды. И теперь эти люди начнут трепать мое имя в тренажерных залах и офисах. Как мне сказал вчера Томас Меттенич – да, тот самый герой 11 сентября, который встречается с Кэтрин Дин, – так вот, он признался мне за выпивкой, что…

Я попал в поле зрения злых богов, которые знали самое темное и тайное желание человечества – жажду внимания, ощущения собственной избранности, пусть и за чужой счет.

Пришлось выскочить в холодную чикагскую ночь. Там, в городской полутьме на дворе моего брата, я смог отдышаться. Тьма наполнила легкие, связала меня с горной темнотой Хребта Дикарки, с Кэти. Я плюнул на то, что говорили мне незнакомцы, и подумал: Она испугалась, что я сплю слишком близко к камину. Она волновалась обо мне.

Мэси – милая, обманчиво добрая Мэси – выдала меня. Из «самых благих побуждений», по ее собственным словам. Когда Дельта на субботнем сборище за квилтингом спросила, есть ли у кого идеи, кто мог переставить мебель в доме Томаса, Мэси тут же рассказала о моей поездке на тракторе. Тут меня и вычислили.

И теперь все в Кроссроадс, а то и в округе Джефферсон, сплетничали о моей тайной страсти к мебели Томаса. От такого унижения я закрыла ворота и весь остаток праздников провела не выходя из дома. Дельта уговаривала, утешала и угрожала.

– Пожалуйста, приходи к нам на рождественский ужин. Ну пожалуйста. Разве ты не хочешь увидеть, как Иви и Кора открывают подарки? Девочки пока живут у меня. Лэйни снова пропала. И встречает Рождество в тюрьме Эшвилля. Ее с новым парнем поймали на подделке чеков для водочного магазина.

Я застонала.

– Я же сказала Иви позвонить мне, если тетя снова исчезнет. Томас тоже дал ей свой номер.

– Иви никогда и никого не будет просить о помощи. Ни за что. Она боится социальных работников и «миссис Ганзы» из Эшвилля, которая занимается делом об их опеке. Миссис Ганза на грани того, чтобы снова отдать Иви и Кору в детский дом.

– Нет! Нам нужно оставить их здесь, тут у них настоящий дом и возможность завести друзей! Как я могу помочь? Если дело в деньгах…

– Милая, дело в друзьях и обществе, чего у нас тут полно. Долорес и судья сразу взялись за дело девочек, когда увидели, что машины Лэйни второй день нет у коттеджа. Они позвонили Пайку. Ему почти пришлось связать Иви. А бедная малышка Кора плелась за ним, разговаривая со своим воображаемым другом. «Санта же не забудет о нас, как наша тетя? Томас и Кэти ему не позволят».

– О господи.

– Да не волнуйся о них. У них отличные каникулы. Томас прислал уйму подарков. Добавь к этому кучу от Неймана Маркуса, которую ты купила, – Энтони говорил, что у него весь грузовик пропах духами, пока он все это довез до Кроссроадс, – и ты поймешь, что у девочек лучшее Рождество в их жизни. Эй, кстати, а что ты заказала у Неймана Маркуса для меня? Я трясла ту коробочку. Дай угадаю. Это подарочный сертификат на «Ягуар» ручной сборки с моей монограммой вместо номера. Или кухонная лопатка из цельного золота?

На самом деле я заказала для Дельты бриллиантовую подвеску в форме бисквита.

– Я останусь дома до конца праздников, – повторила я. – У меня в холодильнике диетическая индейка с подливкой. А на кухне микроволновка. «Лог Сплиттер Герлз» оставили мне диск с «Праздником Богини». Так что все в порядке. Передай всем, пусть не стесняются сплетничать. Это мой подарок местному обществу.

– Милая, люди просто думают, что ты… ладно, они не понимают, зачем ты двигала кровать, но считают, что украшение двери вышло очень милым. Ты, кстати, зародила здесь новую моду. Дамы из высшего света в Тартлвилле уже нацепили на дверь венки с бантами из шарфов.

– Я не хочу зарождать моду. Я не хочу, чтобы сюда заявилась толпа репортеров.

– Милая, если HGTV не ищет тебя для шоу «Как завязать шарфик», тебе не о чем беспокоиться. Приезжай на ужин.

– Я останусь дома. Серьезно. Мне тут хорошо. У меня обогреватель, кровать и вибратор.

– Кстати о машинах любви. Томас на тебя не сердится. Он сказал Санте. Сказал, что то, что ты делаешь с его мебелью, – это ваши с ним личные дела, и чтоб никто не доставал тебя вопросами.

– Когда он приедет домой?

– Пока не сказал, но я надеюсь, что он останется у брата на Новый год. Соберется с силами для следующего старта. Кэти, пожалуйста, приезжай на ужин.

– Дельта, мне хватит того, что вы рады меня видеть. Спасибо, но нет.

– Я приеду и заберу тебя. Тебе не придется вести машину. Знаешь, можем купить тебе трактор. Ты доказала себе, что можешь его вести. Большую «Куботу» или «Джон Дири» с кузовом спереди, чтобы распугивать машины, когда соберешься на главную дорогу. Пайк даже не выпишет тебе штраф за отсутствие прав на трактор. Он отвернется.

Я застонала. Теперь все знали, что я боюсь водить машину. Полное и окончательное унижение.

– Я поговорю с тобой на Рождество. Сама позвоню. Обещаю.

– Сложный ты человек, кузина, – грустно сказала она.

На Рождество я ела обед, разогретый в микроволновке, прислушивалась к своему теплому, но все еще пустому без мебели дому и слушала Альберту и Мэси, которые пели фолк в честь «миссис Санта Клаус». А потом я забралась в кровать и достала вибратор. Мне не нравились дилдо, поэтому я всегда пользовалась массажными палочками. Насадка этой модели напоминала по форме НЛО, и у нее было три скорости. Я называла их «Первый Поцелуй», «Второе свидание» и «Отпуск в Лас-Вегасе».

– С Рождеством, Томас, – прошептала я, передвигая рычажок на «Вегас».

На следующее утро я дрожала даже рядом с обогревателем в гостиной, но все же разогрела себе кофе в микроволновке, подошла к окну и оттянула квилт, чтобы взглянуть на рождественскую погоду. Холодно, ясно и…

Новогодняя елка?

Кто-то украсил дикий кедр на опушке, развесив мишуру и гирлянды, а на верхушку насадил симпатичную пластиковую звезду. Я схватила дробовик и вышла. Ворота были закрыты на висячий замок, никто не мог добраться сюда на машине, только пешком. Я лихорадочно оглядывалась, но в лесу было совершенно тихо. И я решилась подойти к дереву. На ветке висела записка.

В округе видели маленькую девочку. Она ест чужую кашу и двигает кровати. Три медведя вызвали бы полицию. Но не я. Мне нравится ее стиль. Томас.

Томас. Он вернулся. Он был дома.

Я унесла записку в дом и поставила на полку рядом с цветными бутылками, старыми фотографиями с бабушкиного чердака, фальшивым рубином Коры и эскизом водяного шлюза, который нарисовала Иви.

Мои рождественские сувениры.

Часть пятая

Счастье красит женщину лучше любой косметики.

Я не счастливая, я жизнерадостная. В этом вся разница. У счастливой женщины нет забот. Жизнерадостная знает, как с этими заботами справляться.

Глава 20

Темная сторона зимы

Я думал, что справиться с январской депрессией будет легче. Говорил себе, что с Кэти поблизости мне хватит и вдохновения, и мотивации оставаться на свету. Но когда календарь начал отщелкивать дни после Нового года, вокруг заклубилась темная тоска. Опять, как всякий раз после событий 11 сентября. Я не мог связно мыслить. Мне опять пришлось напиваться, чтобы хоть как-то спастись от воспоминаний и кошмаров.