Читаем без скачивания Сборник Забытой Фантастики №6 - Эдмонд Мур Гамильтон

блестящего материала тонкой текстуры, мужчины были обнажены. Женщины были одеты в нечто вроде простой туники без рукавов, поддерживаемой на плечах узкими бретельками из того же материала, что и у мужчин.

Все они стояли прямо, с поднятыми над головами руками, лицом к двоим на троне. И они исполнили гимн такой замечательной изысканной гармонии и громкости, и такого чистого тона, что я не поверил бы, если бы не слышал, что в мире бывает такой звук.

Я взглянул на профессора Винтера, о котором почти забыл. На мгновение мне стало ужасно страшно, потому что я не мог его видеть. Внезапно мне пришло на ум одно из его объяснений. Я посмотрел вниз на свое собственное тело и, как я и ожидал, ничего не увидел.

Это был странный, жутковатый наклон. Казалось, я состоял только из мозга. По сути, я был невидимым существом даже для самого себя. Но несколько минут размышлений успокоили меня. По-видимому, эксперимент профессора Винтера удался на славу, это был, так сказать, памятник его гению. Что касается моих чувств, я находился на субинфракрасном уровне, хотя мое физическое тело находилось на земном. По правде говоря, это была самая фантастическая ситуация.

Чтобы окончательно убедиться в этом, я потянулся к нему своей невидимой рукой и, к моему великому облегчению, коснулся его тела. Он ободряюще сжал мою руку, показывая, что все в порядке.

Естественно, подумал я, пока машина в библиотеке профессора работала и, следовательно, наши органы зрения и слуха были настроены на совершенно иные вибрации, мы, возможно, не могли слышать или видеть друг друга. В качестве эксперимента я крикнул, но не услышал ни малейшего звука.

Это было чудесным экспериментом и удивительным опытом, и я испытывал глубокую благодарность к ученому за то, что он дал мне возможность разделить это с ним.

Должно быть, мы были невидимы и для людей, находящихся в субинфракрасном диапазоне, потому что те, кто непосредственно окружал нас, не подавали ни малейшего признака того, что заметили что-то необычное.

Пение прекратилось, люди опустили руки и с ожиданием глядели на великий трон.

Вскоре, среди абсолютной тишины, два существа на троне, которых я посчитал Правителями этого народа, поднялись со своих мест, подошли к внешнему краю тронной платформы и повернулись лицом к собравшимся. И даже на таком расстоянии я понял, что физически они превосходили любого из своих собственных подданных.

На мужчине было что-то вроде туники из белой блестящей ткани, доходившей почти до колен и подвешенной на золотом ремешке к левому плечу, оставляя правую грудь свободной. На его широкой груди эмблема в виде двух распростертых крыльев сверкала и искрилась при каждом движении его совершенного тела.

Его спутница-правитель носила похожую тунику без рукавов, но свисавшую с обоих плеч и спускавшуюся чуть ниже колен. И на ее идеально округлой груди блестела похожая эмблема в виде двойных крыльев. Их ноги, как и у их народа, были босыми. И они также украсили себя прекрасными незнакомыми цветами.

Я продолжал наблюдать за ними, зачарованный.

Каждый из них поднял правую руку ладонью наружу, а левую положил на сердце. И пока они стояли так, они спели дуэтом в такой гармонии и совершенной симфонии, что я был совершенно очарован.

Каким-то таинственным образом их пение внезапно стало для меня понятным. Благодаря какому-то чудесному процессу разума я смог телепатически воспринимать мысли, которые они хотели передать, не зная самого языка.

Наш язык очень груб по сравнению с совершенным песенным языком субинфракрасных людей. Но вот примерно то, что они, Правители, передали:

"Возлюбленные люди! во имя Правителя видимой и невидимой вселенной, добро пожаловать!

Этот день, который знаменует собой светлый период в цикле нашего правления, возлюбленные братья и сестры, наполняет наши сердца и умы великим счастьем. Ибо это заново доказало нам силу божественной привязанности, которая объединяет всех нас в один народ, в одну семью.

И это всегда будет нашей величайшей задачей и самым искренним стремлением продолжать с вами такие же счастливые гармоничные отношения. Поэтому примите наше благословение и вибрации любви за вашу преданность и верность, и давайте также попросим благословения у Того, кто правит вселенной".

С этими словами они подняли обе руки к небу и вместе с людьми, последовавшими их примеру, спели короткий, но зажигательный гимн благодарности.

За пением последовала восторженная тишина на несколько минут, пока народ и его правители стояли с поднятыми руками, а лица выражали радостное ликование и надежду.

Внезапно меня охватило странное чувство. Я чувствовал, что постепенно поднимаюсь из своего физического тела. Это было неописуемое ощущение. Казалось, что я душой выскальзываю из своей невидимой физической оболочки, как змея выскальзывает из своей прошлогодней шкуры.

Особенно странным в этом процессе было отчетливое ощущение, что в каком-то смутном прошлом я прошел через подобный обряд.

Я подумал о профессоре и задался вопросом, что бы он сказал об этом удивительном явлении, когда, о чудо! он стоял рядом со мной, прекрасно видимый, и улыбался моему очевидному удивлению и волнению. Более того, он выглядел намного моложе, чем когда я видел его в последний раз.

Взглянув вниз на свое собственное тело, я обнаружил, что я тоже стал вполне видимым благодаря какой-то чудесной алхимии природы. И с возможностью снова увидеть свое тело пришло ощущение, что каким-то образом это было не то же самое тело, а новое тело, которое пульсировало всей мужественностью, гибкостью и радостью юности. Я обладал той же неутомимой энергией и жизнерадостностью, которые, как я помнил, были у меня в детстве. Это было чудесно, невероятно. Наконец-то я, казалось, открыл источник вечной молодости.

– Что, черт возьми, произошло на этот раз, профессор Винтер? – поинтересовался я. – Что все это значит?

Он лучезарно улыбнулся, и его глаза, с которых исчезли очки, засияли энтузиазмом, когда он ответил:

– Это значит, дорогой друг, что я достиг большего, бесконечно большего, чем я мечтал. Это означает, что вибрации наших физических тел были подняты до такой степени, что наши духовные тела временно освободились и отделились от наших физических оболочек. Для всех мы теперь обитатели плоскости ниже инфракрасного диапазона.

Я кивнул, несколько ошеломленный. Текучее, смутное понимание начинало просачиваться в мой разум. Однако были некоторые вещи, которые я был совершенно не в состоянии понять и ухватить. Поэтому я задал другой вопрос.

– Вы говорили о том, что мы находимся в наших духовных телах. Кажется, я не в состоянии уловить эту часть, хотя, смутно, я, кажется, улавливаю кое-что из того, что вы хотите сказать. Что вы имеете