Читаем без скачивания Сборник Забытой Фантастики №6 - Эдмонд Мур Гамильтон

и вскоре меня посетило убеждение, что в них есть что-то странное. В течение нескольких минут я ломал голову над этим вопросом, затем внезапно у меня появился ответ.

Я повернулся к своему спутнику.

– Профессор Винтер, вы не замечаете чего-то странного в тех солдатах, которые выходят навстречу врагу?

Проницательный взгляд ученого сосредоточился на аланцах, и он издал возглас удивления.

– Клянусь Юпитером! Вы правы, Бартон – ни на одном из них нет никакого оружия.

Я кивнул.

– Вот именно! Вот что показалось мне таким странным, таким необычным для наших земных умов. Чем, черт возьми, они сражаются?

– Вы увидите в свое время, друзья!

Глубокий, вибрирующий голос произнес эти слова за нашими спинами, мы быстро обернулись в удивлении и увидели, что на нас смотрит с благожелательной улыбкой почтенный старец, который вышел из комнаты, узкую дверь которой мы раньше не заметили.

Это был Лоалио, человек мудрости. Его длинные волнистые волосы, белые, как свежевыпавший снег, ниспадали на спину. Он был одет в длинную белую мантию, доходившую до голых лодыжек. На его лице, которое, как и у всех остальных аланцев, было безволосым, было такое возвышенное выражение благожелательности и святости, что я испытал невольное желание преклонить перед ним колени и попросить благословения. Его глубокие серо-голубые глаза и широкий высокий лоб указывали на ученика и мыслителя и производили впечатление бесконечной мудрости. Его рот был твердым, но добрым, и напрасно было искать в его лице хоть какую-нибудь слабость.

Его ноги и голова были обнажены, а поперек груди, подвешенное на золотой цепи, он носил такое же сверкающее украшение в виде двух распростертых крыльев, которые отличали двух правителей Алании.

Он протянул руку каждому из нас в сердечном приветствии, и я почувствовал сильный поток силы от его руки в мое тело.

Приветствие закончилось, и он продолжил свои объяснения:

– Вы познаете, что во вселенной существуют более могущественные силы, чем оружие войны на вашем плане, которое, как я вижу, изображено в вашем сознании и которое наносит травмы и разрывает тело.

Взмахом руки он снова обратил наше внимание на поле предстоящей битвы.

Хотя расстояние до места, где две противоборствующие армии приближались друг к другу, составляло около двухсот миль, атмосфера была настолько удивительно кристально чистой, что расстояние казалось упраздненным, и мы могли видеть почти каждую деталь с абсолютной четкостью.

Но Лоалио с изысканной вежливостью вручил каждому из нас нечто, похожее на зеркало с толстой спинкой. Прибор был изготовлен из легкого серебристого материала, а линза отличалась идеальным качеством. Он махнул рукой в сторону поля боя.

– Наблюдайте внимательно! – предложил он.

Следуя его указаниям, мы с профессором подняли инструмент между глазами и открывшейся перед нами панорамой. Я услышал изумленное восклицание моего спутника. И неудивительно! С четкостью, превосходящей точность любого оптического прибора, который я когда-либо видел в нашем мире, объектив фиксировал дальнюю сцену, как будто мы находились в нескольких футах от нее.

Аланцы и плуонийцы! Большего контраста нельзя было себе представить. В то время как аланцы были белокожими, светловолосыми и голубоглазыми, или серыми, или серо-голубоглазыми, плуонийцы были темнокожими, некоторые почти черными, черноволосыми, и их глаза были цвета гагата12.

В то время как аланцы были прекрасно сложены и красивы чертами лица, враги отличались тяжелым, неповоротливым телосложением, чрезмерно длинными руками, а их звериные лица были покрыты короткими щетинистыми черными волосами.

Их длинные руки, приседающая походка и волосатые мускулистые тела и лица напоминали более крупных обезьян из нашего мира.

Однако обе расы носили только набедренные повязки, и ни у одной из них не было никакого оружия.

Настоящая битва ангелов и дьяволов. Враг образовал большой полукруг, концы которого были направлены против алан. Последние, с другой стороны, выдвинулись в форме заглавной буквы "V", вершина которой указывала на центр вражеского полукруга.

Человек науки и я в зачарованном напряжении и ожидании наблюдали за их манерой боя.

Постепенно плуонийцы приближались, зеркала в наших руках отчетливо показывали их свирепые лица, в то время как легкий ветерок доносил до наших ушей их дикое пение во всей его звериной хрипоте и дикости. По мере продвижения их шаг становился все быстрее, пока, наконец, они не перешли на рысь.

Теперь мы могли наблюдать, что в центре их построения их ряды были утроены, постепенно редея к концам полукруга.

Наши друзья аланцы остановились и мрачно ожидали нападающих с видимым спокойствием, слегка наклонившись вперед, напрягая все мышцы своих великолепных тел.

Я был в восторге от их героического самообладания, и взгляд на моего спутника показал, что он был впечатлен не меньше.

Пение плуонианцев прекратилось. Они приближались на предельной скорости. Столкновение двух армий было ужасным: глухой ревущий хруст, от которого у меня по спине пробежали мурашки. Но вершина аланской буквы "V" проникла в черный полукруг.

А затем последовала самая фантастическая битва, если таковой ее можно было назвать, которую только можно себе представить.

Воцарилась почти абсолютная тишина. Не было никакой борьбы, избиений или ударов кулаком. Именно это делало битву такой неописуемо нереальной для наших земных умов.

Так, что же произошло?

Черный воин бросился, как тигр, на белого воина, или белый на черного. Они сцеплялись, а затем, казалось бы, становились неподвижными в яростных объятиях друг друга. Только подрагивающие мышцы на могучих телах указывали на чудовищное напряжение сражающихся.

Они стояли там, неподвижные, как какое-то изваяние, по-видимому, ничего не делая, кроме как пристально глядя друг другу в глаза, пока, наконец, либо один, либо другой не ослабляли хватку и безжизненно не падали на землю.

Это было сверхъестественно! Я не мог этого понять. И все же я знал, что там, на поле боя, действует какая-то потрясающая сила. Что это было?

И вдруг я вспомнил слова Лоалио мудрого. Та же мысль, должно быть, пришла в голову и профессору Винтеру, потому что почти одновременно мы обратились к старику за объяснением.

Мудрый человек наблюдал за странным конфликтом суровыми глазами. Словно прочитав наши мысли, и не отрывая взгляда от поля битвы, он объяснил:

– Вы видите там могучие силы одного разума, противостоящие силам другого. Это сила сконцентрированной, разумно направленной воли, которая решает любые вопросы.

– Сила воли, направленная определенным образом, становится более смертоносной, чем нож или другое оружие вашего мира. Много поколений назад, как показывают древние записи, люди на нашем плане также использовали общепринятое оружие для ведения войны. Но давным-давно раса на этом плане отказалась от его использования.

– Воин, обладающий более сильной силой воли, способен одолеть противника, точно так же, как