Читаем без скачивания Сборник Забытой Фантастики №6 - Эдмонд Мур Гамильтон

десять персон был накрыт массивный овальный стол, покрытый белоснежной тончайшей скатертью и красиво украшенный цветами в оригинальном художественном оформлении. Перед каждым местом стояло большое золотое блюдо и один из изысканных, изящных кубков, которые мы уже видели в саду. Никаких ножей, вилок или другой посуды видно не было.

За каждым из стульев тонкой резьбы, похожих на слоновую кость, стояла красивая служанка, которая при нашем приближении отодвигала для нас стулья.

Лоалио прошел во главу стола. Пока мы стояли на назначенных местах, он сначала поднял руки к небу в жесте мольбы, а затем простер их над столом в благословении. Простая церемония закончилась, мы расселись. Сразу же из-за занавешенной ниши зазвучала восхитительная, тихая музыка, очевидно, струнных инструментов. И почти в то же время прекрасные слуги начали приносить нам фрукты и что-то вроде восхитительных вафель, которые буквально таяли на языке, с тем же самым бодрящим напитком, который подавали нам ранее в саду.

Фрукты, некоторые из которых напоминали наши виды на земном плане, были прекрасны. Не было ни горячей пищи, ни какого-либо мяса. Очевидно, аланы были убежденными вегетарианцами.

И еще в одном отношении трапеза сильно отличалась от любого подобного мероприятия в нашем собственном мире: во время еды не было разговоров. Сквернословие, остроты и светская болтовня, которые, как мы поняли, были бы решительно неуместны в подобной обстановке.

Однако не было ни малейшего признака какой-либо скованности. Вместо этого трапеза продолжалась с чувством комфорта и благополучия.

Рядом с профессором Элоли, правитель, ел свой фрукт со спокойной безмятежностью, в то время как слева от меня Эалара радовала меня своей близостью. Очевидно, профессору Винтеру и мне были отведены почетные места.

По знаку Лоалио музыка смолкла. Он повернулся к нам с улыбкой и сказал:

– Друзья, теперь я готов ответить на вопросы, которые я вижу в ваших умах!

Лицо ученого сразу стало нетерпеливым. Он обвел рукой огромную залу.

– Я очень хочу знать, с помощью какого метода и процесса можно было вырезать такое замечательное жилище в скале. Вы тоже используете взрывчатку, как мы, жители Земли?

Мудрый человек не понял профессорского термина взрывчатые вещества, после чего последний продолжил объяснять, как мог.

Когда мой спутник закончил, первый несколько мгновений сидел молча, задумавшись. Затем он отдал тихую команду одной из служанок, которая быстро удалилась, и через несколько минут ввел четырех сильных мужчин, которые между собой, на чем-то вроде пращи, несли большой каменный блок, который они положили на маленький круглый, но прочный стол, который один из слуг выдвинул между профессор и человеком мудрости.

Когда носильщики ушли, Лоалио протянул правую руку и прикоснулся указательным пальцем к каменному блоку. Его лицо было совершенно спокойным, но от его глаз, казалось, исходила потрясающая сила. И пока я с изумлением наблюдал, камень изменил свою форму.

Казалось, он становился все больше, и его словно окружал туман. Затем, когда туман исчез. Я в полном оцепенении уставился на совершенное скульптурное подобие моего друга, профессора Винтера. Весь процесс занял не более двух-трех минут. Это было невероятно и я встал и дотронулся до каменного бюста, чтобы убедиться, что это не оптический обман.

Остальные наблюдали за мной с удивлением. Что касается моего спутника, то он был чрезвычайно любопытным ученым. Он немедленно обратился к Лоалио за объяснением этого явления.

С улыбкой мудрец подчинился.

– Как вы, вероятно, знаете, в природе существуют четыре элемента жизни: электромагнитный, вито-химический, духовный и элемент души.

Профессор Винтер кивнул, и его глаза заблестели интересом.

Лоалио продолжил:

– Первый из этих элементов управляет минеральным миром, первый и второй объединяют растительный мир, первый, второй и духовный элемент объединяются в животном, и все четыре элемента составляют человеческую сущность.

– То, что я сделал с этим камнем, просто связано с моим контролем над электромагнитным элементом. Таким же образом легко разрушить породу. Смотрите!

Он снова протянул руку к камню. Вокруг него быстро образовалось облако тумана, становясь все гуще и гуще, пока не образовалось нечто вроде облака, примерно в десять раз превышающего первоначальный размер камня. Он медленно поднялся со стола и мягко опустился на пол. Облако быстро опустилось, поредело и исчезло, оставив на полу площадь около одного квадратного ярда, покрытую густой белой пылью – частицами того, что когда-то было огромным камнем.

Пока я с благоговением смотрел на Лоалио, профессор быстро встал, подошел к измельченной каменной пыли и растер ее пальцами и удовлетворенно кивнул и объяснил мне:

– Этот порошок тоньше, чем могла бы размолоть лучшая мельница. Причина в том, что камень был разрушен и разделен на отдельные молекулы.

– Но как?

Я был совершенно сбит с толку. Он с сожалением покачал головой.

– Этого я не знаю, но, – тут он почтительно поклонился мудрецу, – когда-нибудь я надеюсь научиться этому методу.

Лоалио серьезно кивнул.

– Это возможно, мой друг, но достижение контроля над силами природы требует многих лет интенсивного изучения, настойчивости и практики. Очень немногие достигают этой силы, для большинства людей это слишком сложная проблема для решения, требующая совершенного самоконтроля и жизни в строгом соответствии с Созидательным принципом Природы.

Он встал из-за стола, и все мы последовали его примеру. В то время как офицеры низко поклонились и покинули банкетный зал, чтобы вернуться к своим обязанностям, Лоалио повел нас в соседнюю комнату, которая оказалась музыкальной комнатой.

Там было несколько струнных инструментов, чем-то напоминающих древние греческие лиры, а некоторые были похожи на большие арфы на нашем земном плане, за исключением того, что струны располагались горизонтально, а не вертикально. В центре большой комнаты стоял инструмент, не похожий ни на что, что я когда-либо видел в нашем собственном мире.

Это был огромный треножник высотой целых семь футов, ножки, очень широкие внизу и сужающиеся кверху, были сделаны из полупрозрачного вещества, похожего на топаз. Вверху ножки крепились к треугольной пластине из белого металла, а внизу – к аналогичной, но гораздо большей пластине. Через центры этих двух пластин и жестко прикрепленный к ним находился металлический стержень, толстый в нижней части и постепенно сужающийся до размера мизинца человека. На этом стержне, в соответствии с размером, друг над другом располагалось множество треугольных металлических пластин, начинающихся большими и толстыми в нижней части инструмента и заканчивающихся маленькими, тонкими, как пластинки, в верхней части.

Эалара, которая вела меня за руку, с милой учтивостью пригласила меня сесть на одно из удобных кресел, похожих на диван, и направилась к треножнику. С помощью двух тонких деревянных стержней она начала играть на нем.

Мгновенно комната наполнилась изысканными