Глубоко вздохнув, она изо всех сил попыталась сыграть Джессамину:
– Думаешь, я совсем дурочка? Ну уж нет. Я стукнула ее по тощей ручонке своим зеркальцем, и она сбежала. К тому же она небось и читать-то не умеет!
– Точно, – облегченно вздохнул Нат. – Могли бы подыскать тебе более достойную камеристку. Чтобы и по-французски говорила, и шила…
– Софи умеет шить, – перебила его Тесса и закусила губу, захлопав ресницами, – впрочем, так себе шьет. А чем ты занимался, пока мы не виделись? – Будто я знаю, когда мы виделись в последний раз.
– Как всегда, помогал Магистру. Он очень доволен мной.
– Он умен, – перевела дух Тесса, – если способен оценить такое сокровище, как ты, милый.
Нат провел по ее лицу рукой в перчатке, Тесса едва сдержалась, чтобы не отпрянуть.
– Все для тебя, дорогая! Мой бесценный кладезь сведений. – Он придвинулся ближе и прошептал: – Вижу, ты прислушалась к моей скромной просьбе. Я так мечтал увидеть тебя в этом наряде, ты столько рассказывала о той рождественской вечеринке. Ты просто ослепительна!
У Тессы комок подкатил к горлу, взгляд встревоженно заметался в поисках Уилла. Вдруг она увидела Гидеона Лайтвуда в элегантном наряде, растерянно подпиравшего стену. Габриэль тоже был тут, расхаживал взад-вперед со стаканом лимонада в руках и с любопытством озирался по сторонам. Он подошел к девушке с волосами цвета лаванды и заговорил с ней. Ну вот, оказывается, сыновья по уши замешаны в грязные делишки своего отца, сердито подумала Тесса, отвернувшись от Габриэля. И тут она увидела Уилла.
Он стоял, прислонившись к стене между двумя пустыми стульями. Хотя маска скрывала его лицо, Тесса почувствовала, что юноша глядит ей прямо в глаза. Казалось, он так близко, что можно коснуться рукой. Тесса думала, он будет злорадствовать, но нет, Уилл нервничал, а в глазах светился гнев и…
– Ревность сводит меня с ума! – воскликнул Нат. – Не хочу, чтобы тебя разглядывали все кому не лень!
Боже мой, неужели женщины верят в эту чушь? Если бы брат обратился к ней с советом, она не преминула бы сказать ему, что от подобных перлов ее просто тошнит! А может, дело в том, что он ее брат. И жалкий предатель.
«Стоп, я должна кое-что выяснить. Сначала сведения, а потом можно и сбежать, пока меня не вырвало».
Он оглянулась на Уилла, но он уже исчез, если вообще там был. Ну, где-то он точно есть, хотя она и не видит его. Тесса собралась с мыслями и сказала:
– Да неужели? Знаешь, Нат, иногда мне кажется, что, кроме сведений об охотниках, тебя мало что интересует.
Он застыл и стоял как вкопанный, забыв про танец:
– Джесси! Как ты могла подумать такое?! Ты же знаешь, я без ума от тебя. – Нат укоризненно взглянул на нее и продолжил вальсировать. – Твоя связь с нефилимами из Института и правда очень помогла нам, без тебя мы не узнали бы о поездке в Йорк, к примеру. Но ведь ты действуешь в наших с тобой общих интересах – когда я стану правой рукой Мортмэйна, то смогу позволить себе обеспечивать нашу семью.
– Ты прав, Нат, – нервно засмеялась Тесса. – Просто мне иногда страшно даже представить, что будет, если Шарлотта все узнает.
– Ровным счетом ничего, дорогая, ведь они такие трусы! – Нат ловко закружил ее в танце и добавил: – Смотри-ка, Бенедикт снова взялся за старое. Фу, гадость!
Тесса оглянулась и увидела, что Бенедикт Лайтвуд развалился на ярко-красной софе подле оркестра. Он снял фрак и расстегнул рубашку, в руке бокал вина, глаза полузакрыты. А на коленях у него расположилась черноволосая женщина – да никакая это не женщина, с ужасом подумала Тесса. Длинные распущенные волосы и короткое бархатное платье, а из глазниц торчат змеиные головки, раскачиваются и шипят. Вдруг одна из них высунула раздвоенный язык и лизнула щеку Бенедикта.
– Это что – демон?! – воскликнула Тесса, забыв про роль Джессамины.
– Ну конечно же демон, глупышка моя. – К счастью, Нат ничего странного в вопросе не заметил. – Все знают, что Бенедикт Лайтвуд предпочитает демонических женщин.
Она вспомнила слова Уилла: «Нисколько не удивлюсь, если во время своих ночных прогулок по сомнительным заведениям Шедвелла Лайтвуд-старший подцепил какую-нибудь мерзость вроде демонического сифилиса».
– Тьфу, какая гадость! – воскликнула Тесса.
– Вот именно. Довольно забавно, если учесть, что эти надменные нефилимы задирают нос перед всеми. Я вообще не понимаю, чем Лайтвуд так глянулся Мортмэйну – он даже хочет поставить его во главе Института, – сварливо заметил Нат.
Тесса и раньше догадывалась, что дело нечисто, но лишнее подтверждение предательства Лайтвуда стало тяжелым ударом.
– Ну, и зачем Мортмэйну нужен дурацкий Институт? – воскликнула девушка, пытаясь изобразить чванливый тон Джессамины. – Ведь это просто старая пыльная развалина!
Нат снисходительно усмехнулся:
– Институт – не просто здание, глупышка моя. Это еще и должность. Сумеречный охотник, возглавляющий лондонский Институт, облечен огромной властью в Англии. Бенедикт же давно стал послушной марионеткой в руках Магистра, поэтому, получив должность, он разрушит Анклав изнутри. А механическая армия будет действовать снаружи. – Он ловко закружил девушку в танце, и если бы не годы танцев с Натом, то расстроенная Тесса вряд ли удержалась бы на ногах. – К тому же в Институте есть библиотека, многие книги в ней поистине уникальны. Я уже не говорю про оружейную…
– И Тесса, – перешла она шепот, чтобы голос не дрогнул.
– Тесса?
– Твоя сестра. Магистру она еще понадобится, верно?
– Мы ведь уже все решили, Джессамина, – удивленно воззрился на нее Нат. – Тессу арестуют за незаконное хранение артефактов черной магии и отправят в Безмолвный город. Бенедикт заберет ее оттуда и отдаст Магистру. Это часть сделки, уж не знаю, что получит за нее Бенедикт, но, наверно, что-то очень ценное, иначе он не предал бы своих.
Арестуют? Артефакты черной магии? У Тессы голова пошла кругом.
Нат положил ей руку на шею и притянул к себе. Хотя он был в перчатках, Тессе показалось, что ее кожи коснулось что-то липкое.
– Малютка Джесси, – прошептал он, – будто ты запамятовала, что сама приложила руку к этому. Ведь ты уже спрятала Белую книгу в комнате моей сестры, как тебе было велено?
– Ну… ну разумеется! Шуток не понимаешь, что ли?
– Вот и умница. – Он придвинулся ближе и хотел поцеловать девушку. Верх непристойности; впрочем, весь этот бал-маскарад язык не поворачивался назвать приличным мероприятием.
В диком ужасе Тесса пролепетала:
– Нат… голова кружится… сейчас упаду в обморок. Мне жарко, принеси лимонаду!
Он смерил ее взглядом и скривился, но Тесса знала, что в просьбе он не откажет. Ни один воспитанный мужчина не отказал бы. Он выпрямился, поправил манжеты и улыбнулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
