отвлекать от верного направления. Хотя зачем ему спасать своего убийцу? Непонятно. Но живой или при смерти, макафик был враг, значит, верить его словам приходилось с осторожностью. Правда, если Мтага одолел такой же Мтаг, то цель у них была одна…
Фьольвир понял, что запутался. Ничего, решил он, если двойник Мтага и выскользнул в пустыню, его следы будут замечательно видны с вершины башни. С этой мыслью Фьольвир поднялся по ступенькам еще на ярус.
Все пространство яруса было отведено под оружейную. На крюках висели доспехи, железо которых проржавело, а кожа сморщилась и рассохлась. Ржавыми, щетинистыми кучами лежали у стен мечи и топоры. В углу стояли наковальня и верстак с подломившимися ножками. А в центре, у балки, подпирающей потолок, на стуле…
Фьольвир остановился.
Он смотрел на себя, выковыривающего занозу из ладони, бородатого, украшенного шрамами, как искусной вязью, цыкающего языком, потому что заноза, видимо, не давалась, и не мог сообразить, что делать. Незаметно обойти уж точно не получится. От двойника, хоть и сосредоточенного на собственной ладони, веяло опасностью.
‒ Ага!
Двойник, наклонившись, азартно выкусил занозу зубами и вскинул голову. Глаза сверкнули сквозь космы.
‒ Чего как не родной? ‒ спросил он, остановив взгляд на Фьольвире.
‒ Да я это…
Фьольвир пожал плечами, не зная, что еще сказать.
‒ Ключ что, не нужен?
‒ Нужен.
‒ А он вот, смотри.
Двойник приподнял висящую на шее веревку с продетой в нее жестяной пластинкой и поболтал ей.
‒ Может, так дашь? ‒ спросил Фьольвир.
Двойник почесал бороду и прищурился, разглядывая гостя. В руке его появился ржавый кинжал. Он принялся лениво подбрасывать кинжал, ловя то за клинок, то за белую, костяную рукоять.
‒ И что мне от этого? ‒ спросил он.
‒ Не зна…
Фьольвир, захрипев, потер горло.
‒ Что, пить хочешь? ‒ участливо поинтересовался двойник.
‒ Да, ‒ одними губами произнес Фьольвир.
Двойник усмехнулся.
‒ Герой! Баккель потерял, свейки потерял, везинг и рубаху потерял. Хорошо, штаны остались. На!
Наклонившись, он достал из-за сваи баккель и кинул его Фьольвиру. Тот поймал фляжку и обнаружил на ней те же руны, что когда-то вырезал по дереву неопытной детской рукой.
‒ Это же мой баккель! ‒ прохрипел он.
‒ Ну а чей еще? ‒ двойник чуть выше подкинул кинжал. ‒ Все-таки я ‒ это ты.
Глотая теплую воду, Фьольвир умудрился мотнуть головой.
‒ Не согласен? ‒ удивился двойник.
Фьольвир сделал последний глоток и опустил баккель.
‒ Ты ‒ другой, ‒ сказал он.
Какое-то время двойник смотрел на него со странным выражением лица. Будто бы ждал от Фьольвира совсем других слов.
‒ Конечно, ‒ сказал он. ‒ Я ‒ лучше. И у меня ключ.
‒ И что теперь? ‒ спросил Фьольвир.
Он бросил баккель обратно, и двойник ловко его поймал.
‒ Дальше? ‒ произнес тот, взболтав фляжку и убедившись, что в ней еще есть вода. ‒ Дальше кто-то из нас умрет.
‒ Это обязательно?
Двойник задумался, потом кивнул. Он положил баккель в ноги и вновь взялся подбрасывать кинжал.
‒ Ключ дается за преодоление себя. Какой тебе ключ, Фьоли, если ты себя победить не сможешь? Нет, не получится.
‒ А если ты…
‒ Что?
‒ Если ты победишь меня?
Двойник улыбнулся.
‒ Ну, ты сразу в Тааливисто. Из этой пустыни, представь, тоже ходят лодки. А я сложу о тебе коротенькую сагу и исчезну.
‒ И не пойдешь за Мтагом?
‒ С какой стати? ‒ удивился двойник.
‒ Ну, если я ‒ герой, то и ты ‒ герой, ‒ сказал Фьольвир. ‒ Значит, спасение мира и на твоих плечах.
‒ Нет-нет, ‒ сказал двойник, ‒ ты меня в свои героические дела не впутывай. Я всего лишь страж ключа.
‒ Но мир…
‒ Слушай, я и так уже вышел за рамки положенного, дав тебе напиться. Доброта, знаешь, в мои обязанности не входит. Вон, ‒ двойник кивнул на кучу оружия, ‒ выбирай себе клинок по руке, и начнем.
‒ Ты знаешь, что боги… ‒ сказал Фьольвир, не двигаясь.
‒ Плевать.
‒ Богов нет.
Двойник подбросил кинжал.
‒ И что?
‒ Значит, все прохудилось. Мир, Тааливисто… ты.
‒ Да? ‒ Двойник осмотрел себя, сжал-разжал пальцы, поиграл мускулами и хмыкнул. ‒ Что-то не верится, Фьоли. Но попытка интересная. Хочешь заронить в меня неуверенность? Ну-ну.
‒ Я хочу сказать, что ты не так силен, как был раньше.
‒ А ты?
‒ А я ‒ герой, ‒ сказал Фьольвир.
Двойник набрал воздуха в рот и расхохотался.
‒ Ох, Фьоли, Фьоли! ‒ Смеясь, он поднялся. ‒ Мы это сейчас как раз проверим. Ты и я, семя ты медвежье! Хотя, знаешь, может, меня и нет. Я у тебя вот здесь, ‒ он постучал себя по виску.
‒ Там Унномтюр, ‒ сказал Фьольвир.
‒ Да? Значит, набирается веселая компания.
Двойник ногой выцепил из оружейной кучи короткий меч и носком подкинул его Фьольвиру.
‒ Знаю твой вкус.
Фьольвир, сам не зная, зачем, отложил топорик и подобрал предложенное оружие. Драться с самим собой ему казалось глупостью. Меч был заточен лишь с одной стороны, вершина клинка была округлой. Таким только наносить рубящие удары.
‒ Не устраивает? ‒ спросил двойник.
‒ Ржавый, ‒ сказал Фьольвир.
‒ У меня такой же.
Двойник вытянул из-за спины меч ‒ копию подброшенного Фьольвиру. Отличал его только блеск свежей заточки.
‒ А в левую ‒ кинжал, ‒ сказал он. ‒ Помнишь, Фьоли, как мы бились с эггвельснаке? Держали спину отца.
‒ Скорее, отбивались, ‒ вздохнул Фьольвир.
‒ Целую ночь!
‒ Полчаса. Под утро.
‒ Ну и что? Кажется-то иное! Чудовища! Змеелюди! Ты помнишь, как все тряслось внутри?
‒ Это уже после, ‒ сказал Фьольвир. ‒ Потом.
‒ Ну, наверное. А, в общем, плевать. ‒ Двойник откинул стул, освобождая простор для перемещений, пошевелил плечами. ‒ Ты готов? Или кинжал?
Он подал свой кинжал Фьольвиру, но тот, отказываясь, качнул головой.
‒ Как хочешь, ‒ сказал двойник. ‒ А я уж, извини, как привык. ‒ Кинжал, повинуясь движению его запястья, рыжей молнией взрезал воздух. ‒ Ну, готов?
‒ Если без этого нельзя…
Фьольвир выставил меч вперед.
‒ Нельзя, Фьоли. Не моя придумка.
‒ А кого?
‒ Известно, кого. Йоруна! Хэнсуйерно!
Двойник сделал выпад, но Фьольвир был настороже. Железо глухо брякнуло о железо. Двойник ощерился.
‒ О ты какой!
‒ Меня учил Унномтюр, ‒ сказал Фьольвир.
‒
