Который в голове?
Двойник махнул мечом и, уходя в сторону, попытался достать противника кинжалом. Фьольвир отбил кинжал тупой гранью клинка.
‒ Не знаю, ‒ сказал он. ‒ Мтаг сказал, что в голове. Но мне не верится.
‒ Угу, ‒ кивнул, перемещаясь, двойник. ‒ А я? Я ‒ реальный? Как ты воспринимаешь меня? Предупреждаю: опасаться меня надо по-настоящему!
‒ Я опасаюсь.
Фьольвир отступил, и меч двойника прочертил воздух там, где только что находилось его бедро.
‒ Нечестно! ‒ рассмеялся двойник. ‒ Ты меня знаешь!
Лицо его раскраснелось. Тыльной стороной ладони он убрал со лба пряди, лезущие в глаза.
‒ А ты ‒ меня, ‒ сказал Фьольвир.
Двойник посмотрел задумчиво.
‒ Нет, ты сам все-таки какой-то другой.
‒ Может, потому, что герой?
Двойник фыркнул.
‒ Другие здесь не ходят! Ладно, ‒ он ногами очистил место от грязи, остатков мебели и тряпья, ‒ придется по-серьезному!
Пыль взвилась в воздух, помещение заискрилось, жар, казалось, стал гуще.
‒ Слушай, ‒ сказал Фьольвир, бросив взгляд в окно, на песчаные холмы, стремящиеся вдали соединиться с белесым небом, ‒ богов нет. Правил нет. Обязанностей нет. Ты стал слабее.
‒ Я? ‒ удивился двойник.
‒ Я это точно знаю.
‒ А ты, значит, стал сильнее?
Фьольвир вместо ответа пожал плечами.
‒ Так проверим! ‒ обрадовался двойник. ‒ Не могу же я отдать тебе ключ просто так! Дельная вещь как-никак!
‒ А ты попробуй, ‒ предложил Фьольвир.
‒ Сначала я лучше все же попробую тебя убить. Это как бы мое призвание.
‒ Как хочешь.
‒ Ты готов?
‒ Да.
Двойник присел, качнул кинжалом в левой руке, оскалился и бросился в атаку. Мечи глухо стукнули. Кинжал исподтишка дважды царапнул Фьольвиру кожу, но не добрался ни до печени, ни до кишок. Фьольвир, отбиваясь и уворачиваясь, улучил момент и ударил своего противника коленом в бок, вызвав у того недовольный выдох.
‒ Ах, ты!
Какое-то время они, сцепившись, боролись, двойник попытался повалить Фьольвира подножкой, но получил лбом в скулу и едва не упал сам. Через несколько мгновений сопения, напряжения мускулов и щелчков зубами они распались, разъединились. Мечи столкнулись напоследок, словно признавая ничью.
‒ Да уж!
Двойник оперся плечом о балку, потирая бок.
‒ Видишь? ‒ спросил Фьольвир.
‒ На себя посмотри!
Фьольвир размазал кровь по телу.
‒ Это ничего. Царапины.
‒ Так и я в порядке, ‒ ответил двойник. Он сморщил лицо и подвигал челюстью. ‒ Не болит вообще.
‒ Может, хватит? ‒ улыбнулся Фьольвир.
‒ Куда? Чего? ‒ возмутился двойник. ‒ Мы только начали! Я только разогрелся! ‒ Он оттолкнулся от балки. ‒ Ты так легко от меня не отделаешься. Я же это ты. А ты ‒ упрямый, сам знаешь.
‒ Это глупо.
‒ Ничего не глупо.
‒ Пойми, там ‒ тьма, ‒ сказал Фьольвир в попытке хоть как-то переманить двойника на свою сторону.
‒ А здесь ‒ я, ‒ двойник с улыбкой расставил руки, меч ‒ в одной, кинжал ‒ в другой. ‒ Выбирай ‒ или тьма, или Тааливисто. В Тааливисто я могу отправить тебя хоть сейчас. Ты только не сопротивляйся.
‒ Нет, мне там не понравилось.
‒ В Тааливисто-то?
Двойник, сделав шаг, даже остановился от удивления.
‒ Я только что оттуда, ‒ сказал Фьольвир.
‒ И кто подсказал лазейку? Этот? ‒ двойник покрутил рукой у головы.
‒ Он самый.
‒ И как там ‒ пьют-гуляют? Медвяная бражка ‒ рекой? Голоса до небес?
‒ Нет, ‒ сказал Фьольвир, ‒ там все умирает.
Двойник рассмеялся.
‒ В Тааливисто-то? Не дури! Все хотят в Тааливисто, Фьоли, и ты тоже хочешь. Это сбывшийся мир, жизнь вечная.
‒ Я говорю тебе: все изменилось! ‒ с напряжением в голосе сказал Фьольвир. ‒ Поверь, придурок!
‒ Это ты себя так называешь, ‒ улыбнулся двойник. ‒ Но если ты меня победишь, я, так уж и быть, поверю.
Фьольвир замахнулся мечом.
‒ Придурок.
‒ Ага. Давай-давай! ‒ заскакал двойник, оставляя между собой и Фьольвиром балку, как преграду. ‒ Атакуй!
‒ Хорошо!
Фьольвир оттолкнулся, прыгнул вправо, но приземлившись на левую пятку, тут же выкрутил ее, позволяя телу, пропустив выпад двойника (ах, этот свистящий ржавчиной воздух!), обогнуть балку с противоположной стороны. Да, кинжал ждал его, но Фьольвир безропотно принял его в подставленную ладонь и сжал пальцы на изогнутом рожке гарды, сцепляя их с кистью противника. Увлекая чужую руку энергией, тяжестью тела, он с хрустом вывернул ее и, переступив, с силой вонзил в подставленную спину локоть руки с мечом.
Балка не дала двойнику упасть, но удар об нее на короткий миг, кажется, вышиб из него дух. Фьольвир добавил коленом в поясницу и под звяк меча, выпавшего из ослабшей руки двойника, отступил к лестнице.
‒ Все, ‒ сказал он, ‒ хватит.
‒ Как ‒ хватит?
Двойник, согнувшись, посипел, покашлял и не с первой попытки подобрал оружие. Выпрямившись, он замотал головой.
‒ Нет-нет, Фьоли, так не пойдет! ‒ Рука с кинжалом висела у него, как мертвая. ‒ До конца!
‒ У меня нет времени, ‒ сказал Фьольвир, ставя ногу на ступеньку. ‒ Я же тебе сразу сказал, что ты стал слабее.
‒ А ключ?
‒ Этот?
Фьольвир вскинул зажатую в пальцах веревку. На изгибе едва покачивалась жестяная пластинка, до того висевшая у двойника.
‒ Эй!
Двойник, зажав меч под мышкой, ощупал шею и грудь. Глаза его расширились от изумления.
‒ Вор!
Он двинулся к Фьольвиру. Тот поднялся еще на одну ступеньку.
‒ Давай позже, а? Я спасу мир…
‒ Вор!
Двойник поднял меч.
‒ Да войца-пекка!
Фьольвир наклоном ушел от неуклюжего удара, пришедшегося в пустоту, и опрокинул атакующего плечом. Двойник рухнул прямо в квадрат слепящего солнечного света. Фьольвир насел, прижал руку.
‒ Пойми ты, ‒ зашипел он сквозь зубы, ‒ я же герой. Герой. Мне не тебя, не себя, мне мир спасать надо. А ты заладил…
‒ Потому что неправильно… ‒ выдохнул двойник.
‒ Что неправильно?
‒ Поединок. Должен быть поединок.
‒ А это что у нас? ‒ удивился Фьольвир. Он ткнул кулаком в глаз двойнику. ‒ Это что? Чувствуешь?
Двойник зажмурился.
‒ До смерти. Ты можешь взять ключ только с трупа.
‒ Нет правил, нет! ‒ заорал Фьольвир ему в лицо. ‒ Богов нет! Ничего нет! За что ты цепляешься? За пустоту?
‒ Может, это не я, может, это ты цепляешься, ‒ сказал двойник.
