в честь Дня Святого Георгия. Несмотря на свое возведение в сан кардинала, Генри, по особому распоряжению Папы, сохранил за собой епископство Винчестерское, и это не только давало ему право выступать на церемонии в качестве епископа, но и место в Совете. Попытка Генри заявить об одном своем традиционном праве вызвала опасения, что это побудит кардинала потребовать свое место в правительстве, чего он до сих пор не делал. Именно эта возможность, вероятно, и послужила причиной его исключения из церемонии. Разгневанный Генри, на следующий день, выступил с протестом против этого решения, но не смог отменить вердикт Совета[391]. Это был еще один унизительный эпизод для кардинала и явный признак того, что Глостер остается главенствующей политической фигурой в Англии, а положение Генри весьма непрочно.
В конце концов, амбициозные планы кардинала относительно крестового похода были похоронены в тот момент, когда французская девушка-крестьянка по имени Жанна прибыла в Орлеан, чтобы снять английскую осаду, и это событие изменило судьбу Карла VII в его ожесточенной войне с Бедфордом. Ставшая известной в истории как Жанна д'Арк, дочь крестьянина из Домреми утверждала, что она получила миссию от Бога, чтобы помочь Карлу изгнать англичан из Франции и вновь завоевать королевство для дома Валуа. Карл находился в отчаянном положении, с трудом сдерживая наступление Бедфорда, и, учитывая перспективу потери в ближайшем будущем Орлеана, он счел, что ему нечего терять, и предоставил Жанне собранные отовсюду войска. Это решение оказалось судьбоносным.
Жанна прибыла в Орлеан 29 апреля 1429 года, и сразу развела бурную деятельность, застав врасплох как англичан, так и французов. Она воодушевила войска и обнадежила измотанных осадой горожан, пообещав, что "издаст боевой клич, который запомнится навеки"[392], если англичане немедленно не покинут Францию. К 8 мая, потерпевшая несколько поражений английская армия, была вынуждена отступить, положив бесславный конец своей шестимесячной кампании, сорванной в течение недели всего лишь девочкой-подростком. Взятие Орлеана имело решающее значение для плана Бедфорда по продвижению на юго-восток арманьякской Франции — последней части королевства, которая не находилась под английским контролем. Освобождение Орлеана от осады дало Карлу новую надежду на то, что он еще сможет вернуть корону своего отца, и стало поворотным моментом в заключительной фазе Столетней войны.
Жанна, называвшая себя La Pucelle, или Дева, убеждала Карла перейти в наступление на англичан и использовать воодушевление, полученное при обороне Орлеана, чтобы очистить регион от войск Бедфорда и восстановить контроль над рекой Луарой. Это был амбициозный план, немыслимый всего несколькими неделями ранее, но король согласился с пожеланиями своего неумолимого полководца. В результате, в течение одной недели, французы одержали четыре победы подряд, кульминацией которых стал разгром английской армии в битве при Пате (18 июня). Неудивительно, что в Chronicles of London (Лондонской Хронике) Жанну д'Арк назвали "злобной ведьмой"[393]. Французы же, естественно, начали верить, что Бог действительно на их стороне.
Влияние Девы ощущалось не только в долине Луары. Новости о победах французов дошли до Англии как раз в тот момент, когда кардинал Бофорт подошел к завершающей стадии подготовки к своему крестовому походу. 15 июня, в день, когда французская армия во главе с Жанной захватила мост через Луару в Мен-сюр-Луар, три английских сквайра по имени Джон Хант, Джон Толбот и Джон Клинк получили от Совета приказ реквизировать корабли для предстоящей переправы кардинала на континент; на следующий день Джон Йерд и Стивен Лиллеборн получили приказ организовать ночлег для Генри и его свиты, когда они прибудут в Кент. 17 июня Эдмунд Бофорт получил разрешение Совета присоединиться к своему дяде в крестовом походе, а на следующее утро кардинал был официально назначен "капитаном английских войск". Однако в тот же день английская армия под командованием сэра Джона Толбота потерпела сокрушительное поражение при Пате, и как только известие об этой катастрофе достигло Англии, экспедиция кардинала в Чехию была отложена[394].
Неизвестно, какие обсуждения происходили между Генри и Советом в частном порядке, но публично было объявлено, что из-за "воинственных и серьезных противников", английские солдаты не могут быть использованы для гуситского крестового похода и вместо этого должны быть направлены во Францию для оказания помощи Бедфорду в его затянувшейся кампании. 1 июля Совет объявил, что "кардинал Англии обещает служить во Франции со своей свитой в течение шести месяцев, прежде чем отправиться в Богемию", решив сделать это из "самой искренней любви, усердия и нежности, которые он питает к благополучию, благосостоянию и процветанию короля"[395]. Бофорт получил хорошее вознаграждение за свое сотрудничество в виде 1.000 марок.
Вероятно, до вмешательства Совета, кардинал имел твердое намерения отправиться в крестовый поход в Центральную Европу . После отставки с должности канцлера у него не было реальной политической цели в Англии, а шумиха вокруг церемонии в День Святого Георгия лишь подчеркнула отсутствие его влияния на тех, кто занимал властные посты. Он нашел достойное для себя дело на континенте и почти наверняка собирался продолжить свою миссию, а не бездействовать в Англии. Тем не менее, оказавшись перед выбором: служить королю или Папе, кардинал мог выбрать только один выход. Генри не мог служить двум господам, и его преданность дому Ланкастеров перевешивала любую преданность, которую он испытывал к кому-либо еще, включая папство. Его решение подчиниться просьбе Совета и служить во Франции, а не в Чехии, положило конец любым другим устремлениям кардинала и испортило его отношения с Папой Мартином.
16 июля 1429 года Эдмунд Бофорт снова получил разрешение Совета на поездку за границу со свитой своего дяди, на этот раз во Францию, и почти наверняка он подчинился приказу кардинала, который был волен сам выбирать командиров для армии[396]. Эдмунд упоминается в документах Совета как "сэр Эдмунд Бофорт из Саутварка", что позволяет предположить, что он либо проживал со своим дядей в Винчестерском дворце, либо имел дом поблизости. Оба Бофорта со своими свитами отплыли во Францию в конце июля, вскоре после того, как до английского Совета дошли вести о том, что французский королевский двор под предводительством Жанны д'Арк смело прошел через территорию, контролируемую англичанами, вплоть до Реймса, где 17 июля Карл VII был коронован как король Франции.
В августе и сентябре Папа Мартин отправил ряд писем кардиналу и Карлу, и его недовольство англичанином было ощутимым. Мартин сообщил французскому королю о своем удивлении по поводу того, что Генри прибыл во Францию во главе армии, собранной от имени Церкви, и заявил, что такие действия противоречат его желанию. Папа заверил Карла, что дал указание кардиналу-отступнику воздержаться от использования знаков отличия папского легата во время пребывания во Франции, хотя Генри, со своей стороны, ответил Папе, что он просто действует по приказу своего короля, настаивая на том, что его
