– Все как всегда, – пробурчал я, устраивая голову на тощем вещмешке. – Пока русские предаются философским размышлениям, американцы давно делают дело. А дикие гоблины…
Договорить я не сумел. Меня как будто сунули в мягкий непрозрачный мешок и бросили в бездонный колодец. Падая, я с облегчением выключился.
К сожалению, у колодца все-таки было дно. Я шмякнулся об него боком, довольно чувствительно, притом три раза подряд. Разлепив веки, я обнаружил, что роль дна с успехом исполнил ботинок бывшего сотника Рожа. Похоже, толстый мерзавец не желал долго оставаться рядовым, а потому замыслил вернуть себе хотя бы младшее офицерское звание.
– Подъем, человечье семя! Хватит спать! Живо на построение! Великий Хуру-Гезонс сейчас будет говорить речь!
Судя по влажной духоте, которая наполнила «казарму», и слепящему цвету неба, что виднелось сквозь дыры в потолке, день едва перевалил за середину.
– Наср! – ругнулся я, как истинный туземец, и попытался стукнуть Рожа кулаком. Движения после сна были вялые, и бывший сотник без труда увернулся. Тогда я подтянул к себе арбалет, доставшийся мне в наследство от покойного Джадога, оперся на него и встал. Потом пощелкал предохранителем и хмуро взглянул на Рожа. Тот забеспокоился уже всерьез и юркнул в толпу соратников, напоследок крикнув: «Пошевеливайся!»
Боялся он зря. Стрелять сейчас я поостерегся бы. Но, с другой стороны, вес у арбалета был приличным. Если двинуть хорошенько по башке…
Черный Шаман успел за время отдыха собраться с духом и впрямь намеревался выступить перед армией. Он вскарабкался на помост, который давеча служил ему кроватью, и принял величественную позу с отставленной в сторону ногой. В руке командарм держал неизменный жезл, а раскраска на роже была вдвое страховидней, чем обычно. Особенно решительно торчала резная кость в его носу. Стоящие рядом телохранители-орки и тысячник Боксугр тоже преисполнились важности момента. Они воинственно скалили зубы, надували щеки и вообще вели себя, как самцы-гориллы в брачную пору.
Потрепанное войско таха, повинуясь командам десятников, мало-помалу выстроилось вокруг вождя. В этот раз я сумел занять удобное местечко в последнем ряду. Для этого мне пришлось активно поработать локтями и даже поорать. С большим удовлетворением я выяснил, что смысл русских ругательств гоблины понимают без перевода.
Пользуясь отвоеванной скрытной позицией, я занялся исследованием арбалета. Очень скоро выяснилось, что к стрельбе оружие абсолютно непригодно. Каждый выстрел мог стать роковым для хозяина – ржавая спусковая пружина грозила выбить глаз. Зато оптический прицел, очень похожий на тот, что я потерял на Земле, был целехонек. Лишь в лазерном целеуказателе отсутствовала батарейка да у винта вертикальной юстировки оказалась сорвана резьба. Поразмыслив, я отсоединил прицел и сунул в карман. Пригодится.
Заку повезло куда меньше. Он очутился в первой шеренге, прямо напротив помоста, и теперь ему приходилось стоять по стойке «смирно», поедая командование преданным взглядом.
Черный Шаман вскинул жезл над головой и начал выступление. В войске имелось приличное количество наемников, которые плохо понимали язык таха, поэтому говорил он, как обычно, по-эльфийски.
– Братья мои, мои солдаты! Храбрейшие из храбрых! Ликуйте, ибо мы ворвались на крыльях ярости в город, где трусливо прячутся от народного гнева подлые киафу. Первый этап завоевания Ксакбурра блестяще завершен.
Я удивленно хмыкнул. Оказывается, ночное бегство полуразгромленной армии было успешной атакой. Да у этого парня всякое лыко в строку. Настоящий лидер!
– Сейчас перед нами встала новая задача. Она еще трудней и опасней, но вы, мои свирепые бойцы, справитесь и с нею.
Среди солдат прокатился осторожный ропот. Кажется, кое-кто малодушно сомневался в своей свирепости.
– Эта задача, – еще более возвысил голос Черный Шаман, – разведка. Тайный розыск подступов к дворцу, где сидит отродье шакалов, называющее себя верховным правителем Даггоша. Я верю, что вы сумеете покорить столицу силой оружия. Но потери тогда будут слишком велики. В городе много солдат из «небесных повязок», которых обманули хитрые колдуны киафу. А у эльфийских наемников много оружия и боевых черепах. Зачем нам воевать с ними? Они нам не враги, наши враги – лживые и жалкие киафу. Мы сначала узнаем, как скрытно подобраться к дворцу правителя, а потом внезапно захватим его!
Черный Шаман с силой потряс жезлом. Видимо, ему очень хотелось по привычке выпустить в потолок разряд-другой, однако осторожность пересилила. И все-таки энергия требовала выхода, поэтому он несколько раз ожесточенно топнул ногой. Хлипкий помост пошатнулся и начал разваливаться. Телохранители, проявив выдающуюся прыть, подхватили вождя на руки. Хуру-Гезонс обрадовался и приказал им сдвинуть плечи. После чего удобно угнездился на новом, еще более величественном возвышении.
– Заняв дворец, – зловеще продолжил он с живого насеста, – мы первым делом перебьем всех приспешников правителя! Намотаем их вонючие кишки на наши острые кинжалы. А трупы бросим в реку, чтоб их сожрали крокодилы и рыбы! Свершив справедливую казнь, которую истерзанный Даггош ждет сотни лет, мы пригласим представителей эльфийского Совета и всех вождей таха. Мы объявим, что колдовство отвратительных киафу, служителей злого демона Номмо, закончилось. Что народы Даггоша и всего Нового Шагорана могут жить спокойно, не боясь пришествия этого кровожадного беса.
– А разве киафу собирались его вызвать? – наигранно ужасаясь, спросил из строя какой-то гоблин.
Я любознательно вытянул шею и обнаружил, что это снова толстяк Рож. «Шустрая рептилия! – с негодованием подумал я. – Этак он быстро вернет звание».
– Да! – торжественно воскликнул Черный Шаман. – Так и есть. Колдуны киафу во главе с самым мерзким чародеем, правителем Волосебугу, хотят превратить нашу многострадальную страну в кормушку для людоеда Номмо. Они день и ночь совершают жуткие обряды поклонения этому змеегоблину. Именно поэтому я собрал армию. Именно поэтому жертвую собственной жизнью в сражениях с несметными полчищами врагов. Ведь никто, кроме настоящих таха, не сможет одолеть злодеев, поклоняющихся хухум!
– Мой маршал, а как же солдаты из «небесных повязок»? – неожиданно спросила Зийла. – Вдруг они не захотят признать нашу власть?
Шаман сначала онемел от заковыристого вопроса, но быстро оправился, стукнул сухоньким кулачком по макушке одного из телохранителей и уверенно заявил:
– Захотят! Как только колдуны киафу с распоротыми животами отправятся кормить раков, злые чары исчезнут. Эльфийские наемники сразу поймут, что законные правители Даггоша – гоблины из племени таха! Только таха. А с законным правительством воевать они не будут.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
