себе, одну ему. Машина зажужжала, начиная процесс синтеза.
— Как ты? — спросил я у него, пока синтезатор работал.
— Да я в порядке, — ответил Оди, слегка пожав плечами. — А вот на тебя посмотреть страшно.
Он не пытался приукрасить правду. В его голосе звучало искреннее сочувствие, без фальши.
— Представляю, насколько тебе досталось, — добавил он тише.
— Да, досталось мне по полной программе, — признался я, забирая готовые стаканы из синтезатора. Один протянул Оди, второй оставил себе. — Думал всё, не выкарабкаюсь. Но я живучий.
Я сел напротив него, держа тёплую чашку в руках. Пар от напитка поднимался вверх, слегка щекотал лицо.
— Это точно, — кивнул Оди, отхлебнув из своей чашки. — На станции слухи ходят, что ты один больше десятка теней уничтожил.
В ответ я только усмехнулся. Слухи на станции всегда преувеличивали реальность. Особенно когда дело касалось драматических событий.
— Враньё, — качнул я головой. — Девять всего. А десятый почти меня прикончил. Жёны вовремя подоспели и разобрались с ним, а то мы бы больше не разговаривали.
— Да, дела… — Оди покачал головой, его лицо стало серьёзным. — Ты, наверное, не знаешь, что они устроили на командном уровне.
— А что там было? — я навострил уши. Информация о том, что происходило в других частях станции во время атаки, была отрывочной. Никто толком мне ничего не объяснял. Судя по всему, для этого была какая-то причина.
— Да там бойня была натуральная, — Оди понизил голос, хотя мы были одни и помещение было экранировано. — Они с двух сторон зашли. В общем, половина командования станции или убиты, или ранены. — Он сделал паузу, глядя в свою чашку. — Абордажников станционных там тоже, говорят, столько погибло… Не готовы они оказались к нападению. Никто его просто не ожидал.
— Не может такого быть, они должны были быть готовы. — возразил я, но в глубине души понимал, что это вполне возможно.
Возможно, там было ещё что-то, чего Оди не знает.
— Не знаю, правда или нет, — пожал плечами Оди. — Но по слухам, так.
— Просто они с собой притащили аграфских абордажных дроидов, — пояснил ему — А вот местным абордажникам им было сложно что-то противопоставить. Это настоящие машины для убийств.
— Да, я слышал об этом, — кивнул Оди мрачно.
— Ты сам-то как? — спросил у него, переводя разговор на него. — Мне сказали, на тебя тоже нападение было?
— Было, — Оди кивнул и вопросительно посмотрел на потолок, где, как мы оба знали, могли быть скрытые камеры, а потом перевёл взгляд на меня. — Но я, честно говоря, сам не понял, что произошло.
В ответ я утвердительно кивнул, понимая намёк. Оди тоже понимал, что наверняка всё происходящее здесь записывается.
Глава 26
— Иду я, — продолжил Оди, говоря явно для записи, — никого не трогаю. Вдруг сзади по голове кто-то приложил. — Он провёл рукой по затылку, словно проверяя, не осталось ли там шишки. — А дальше ничего не помню. Отключился.
— Понятно, — кивнул, принимая его версию. — Знаешь, я подозреваю, что это из-за меня. И ноги там растут от контрразведки. — Но сейчас, сам понимаешь, из-за всего того, что происходит на станции, найти того, кто это сделал, нереально.
— Понимаю, — согласился Оди. — Всем сейчас не до этого. На станции полный бардак творится.
— Да, меня уже просили влиться в этот процесс и поучаствовать, — добавил я.
— А ты что?
— А мне медицина пока не даёт добро, — пожал плечами в ответ, да и не хочу я во всё это влезать, если честно.
Оди помолчал, попивая напиток. Его глаза были задумчивыми, он явно что-то обдумывал. Потом посмотрел на меня серьёзно:
— Ладно, давай ближе к делу, — произнёс он деловым тоном. — Начальник СБ упомянул какой-то взлом искина захваченной станции. Что он от тебя хочет конкретно?
— Хочет, чтобы я попытался хакнуть искин станции Чанчэн, — сказал я медленно, наблюдая за реакцией Оди. — Они утверждают, что это легально, поскольку станция по праву принадлежит империи, а оширцы захватили её незаконно.
Оди нахмурился. Его лицо приняло выражение сосредоточенности, как у юриста, анализирующего юридическую проблему. Он достал планшет и начал что-то быстро набирать.
— Технически они правы, — наконец произнёс Оди, не отрывая глаз от экрана. — Если станция действительно была захвачена пиратами, а затем оширцами, то любые действия по восстановлению контроля над имперской собственностью юридически обоснованы.
Он поднял взгляд, встретившись со мной глазами.
— Но тут есть нюансы, — добавил он серьёзно.
— Какие?
— Во-первых, сейчас идут дипломатические переговоры, — начал перечислять Оди, загибая пальцы. — Если ты вломишься в систему в разгар консультаций, оширцы это могут расценить как провокацию. И тогда империя окажется в неловком положении. А ты… — он сделал паузу, — ты можешь стать козлом отпущения. Скажут, что действовал самостоятельно и превысил полномочия.
После этих слов я понял, что подвох точно был.
— Во-вторых, — Оди сделал паузу, глядя мне прямо в глаза, — если найдёшь там что-то компрометирующее кого-то из высокопоставленных особ империи, тебя не могут, а точно превратят в козла отпущения.
Вот это уже было интереснее. И опаснее.
— То есть, если я найду доказательства того, что кто-то из наших работал с оширцами или Тенями… — начал я.
— Тебя обвинят в фальсификации, — закончил за меня Оди. — Или в превышении полномочий. Или просто заставят замолчать. — Его голос был спокойным, но в глазах читалась тревога. — Алекс, ты же понимаешь, как это работает. Когда дело касается высокопоставленных лиц империи, правда перестаёт иметь значение. А носитель информации обычно исчезает вместе с информацией.
— Начальник СБ обещал, что я первым увижу всю информацию, — возразил я слабо.
— Обещал, — усмехнулся Оди. — А где-то это зафиксировано?
Он посмотрел на меня и добавил:
— Алекс, ты же понимаешь, что после того, как ты получишь доступ, они могут использовать полученные данные, как им нужно. Особенно если там окажется что-то действительно взрывоопасное. — Он сделал паузу. — И кому тогда будет нужен свидетель, который много знает? Тебя уже дважды пытались устранить. Это совсем непросто так.
В ответ я задумался, глядя в стену. Оди был прав. Мне вспомнился хакер, что спрыгнул с крыши дома. После всех недавних событий доверять кому-либо было глупо. Ведь я думал почти то же самое, что и Оди.
— Так что ты рекомендуешь? — спросил я у него, понимая, что уже знаю ответ.
— Я тебе рекомендую отказаться, — произнёс Оди твёрдо и без колебаний. — Но зная тебя… — он усмехнулся, — ты всё равно это сделаешь. Поэтому давай хотя бы минимизируем риски.
В ответ я невольно улыбнулся.
— Как? — спросил у него.
— Во-первых, — Оди загнул один палец, — потребуй официальный приказ в письменной форме. С печатью, с
