поток моих размышлений какой-то особо умный остряк, игнорирующий наш внешний вид, военную форму, пусть и нестандартную, и все остальные отличительные признаки.
— Вали отсюда, ушлёпок. — Кейт не стала долго ждать.
— О, тёлка? А под этой маской и не скажешь… Ты, дерзкая шл*ха, как насчёт сделки? Твои дружки сейчас идут нахр*н, а ты мне отсасываешь, и взамен я не вышибу вам всем мозги! — в свете костра мы посмотрели на краснорожего мудилу, который неуклюже вытащил из-за пояса револьвер и направил поочерёдно на каждого из нас.
— Чё замолчали, мудилы! Джонни Винчестер в два счёта продырявит ваши гнилые ублюдские бошки! Какого х*ра вы не на фронте? Дезертиры? Пристрелю вас, а мне никто и слова не скажет! А ну съеб*лись в ужасе!
— Иван, справишься? — отвернулся от куска дерьма граф Оре и поднял с земли обледенелую доску, отправляя на съедение маленьким огненным демонам в бочке.
Глава 18. Отмороженные
— Справлюсь, конечно! — воскликнул я, доставая ладони из карманов.
— Чего? Коротышка, ты не дохера ли на себя берёшь? — ствол сместился в мою сторону, угрожающе подрагивая на холоде.
— Считаю до пяти, потом ломаю тебе обе ноги. — я бросил очередную деревяшку в прожорливый огненный вихрь и посмотрел на идиота. — Один!
— Больные на голову? Падлы, я сказал, ЗАВАЛЮ! УПАЛ МОРДОЙ ВНИЗ!
— Два, три…
— СУЧЁНОК! ТЫ ВЫВЕЛ МЕНЯ ИЗ СЕБЯ! МОЛИСЬ! — суицидник переместил большой палец на курок, собираясь взвести его.
Всего лишь пять метров. Видимо, очень боится промазать, раз так близко подошёл. Короткий молниеносный рывок, его рука, ведомая инерцией моего удара, отправляется вверх. Не снижая скорости, прописываю своей костлявой рукой удар в брюхо, от которого противник должен был бы отступить на пару шагов назад. Но я держу его кисть с револьвером, и он банально начинает терять равновесие. Звучит выстрел, я доворачиваю корпус и обычной подножкой отправляю его смотреть на звёзды.
— О, а я думал, разряжен. — моё удивление вполне реально, ведь в отблеске костров я видел пустой барабан. Видимо, один патрон там всё же был. — О чём это я? А, четыре и пять. Ноги я иду ломать.
Удар берца в челюсть позволяет отправить в нокаут «крутого» бойца. Ломать ноги приходится в не самых удобных условиях. Дефицит инструмента и упора давали о себе знать.
— ААААААА. — заорало это животное, пробуждаясь от первого хруста.
— Первая готова. Тише! Господи, как можно работать в таких условиях! Да не крутись ты так, я ж могу ненароком и ещё что-то тебе сломать.
Ко мне подошла та, чей голос чересчур сильно возбудил грабителя бочек. Хорошо, что он ещё в обычном её «прикиде» не видел. Она наступила на его лицо и плечо, чтобы не дёргался так сильно и кивнула, мол, «ломай».
— Да это не сильно-то мне и поможет… — я приноровился к операции, и…
— Стойте! Вы кто такие? Кто стрелял? Убрали свои лапы от Джонни! — расталкивая толпу, к нам подскочило человек десять бомжеватого вида, наряженных по последнему, предсмертному писку моды.
— А, это ваша потеряшка? — спросил я у бомжей в шубах от кутюр.
*ХРУСТ*
— Сука…
— Забирайте своего горемыку. — я схватил за одежду и швырнул в них мудилу с переломанными ногами, торчащими в разные стороны.
В отблеске костров заметил отряд местных стражей правопорядка вперемешку с одетыми в устаревшую военную форму солдатами. «Ну и хули вы смотрите? Я вам что, клоун?» — захотелось кинуть в них чем-нибудь тяжёлым. Схренали ли я здесь восстановлением порядка и дисциплины заниматься должен?
— У них нет оружия, Дерек, давай их завалим? У них много ништяков. Явно пришли с зажранных мест, вон как наряжены. — почти бесшумно начал шептать кривозубый чёрт своему другу, что пытался остановить меня.
Эти черти отвернулись, и я больше ничего не услышал. Вернулся к своим бочкам, бросая пистолет графу. Тот всего через пару секунд выдавил пренебрежительное «мусор» и скинул «трофей» одиночке Йожелю, что, напряжённый, стоял у своей грелки. Капитан, приставленный к нам, наконец вернулся, хотя и пропустил начало веселья. Впрочем, у него будет шанс всё исправить.
— Так, что успело произойти, пока я искал сортир? — он очень удивился, протискиваясь через недобро смотрящую на нас толпу.
А толпа и впрямь увеличивалась. Видимо, успели послать гонцов, засранцы такие. Вот только наш старшой был при оружии. Наше-то всё хранилось в паре контейнеров запечатанных. Всё равно патронов нет, чего им бряцать вхолостую.
— Пришёл ушлёпок, решил гопстопнуть бочки. Вот мы его и того. — отчиталась за всех нас Кейт.
— Вы из-за бочки решили человека инвалидом сделать? Боже, вы же ещё дети, что с вами не так? — удивился офицер.
— Ну, скажем так, не только за бочки. Мы действовали согласно уставу академии. — включился я в разговор.
— Как так? — удивился капитан.
— Да всё просто, в случае прямой угрозы жизни со стороны вооружённого…
— ЭЙ, МРАЗИ! МНЕ НАСРАТЬ, КТО ВЫ ТАКИЕ! В ЭТОМ ГОРОДЕ НИКТО БЕЗ МОЕГО ПОЗВОЛЕНИЯ НЕ СМЕЕТ УЧИНЯТЬ БЕСПОРЯДОК! НА ВАС НАЛАГАЕТСЯ ШТРАФ! ЖИВО ГОНИТЕ СУМКИ И ЯЩИКИ, ПОСЛЕ ЧЕГО МОЖЕТЕ ВАЛИТЬ КУДА ПОДАЛЬШЕ. — прерывая меня и начиная удивительный по своей глубине посыл, заорал двухметровый мужик в форме шерифа. Причём явно не местного…
Взгляд метнулся через толпу и обнаружил мирно смотрящих на взлётно-посадочную полосу представителей власти. Позорище…
— Кто такой? Иди сюда и представься, мразота, когда говоришь с боевым капитаном вооружённых сил СЧН! — капитан завёлся с пол оборота, сходу занимая позицию поближе к нам и кладя руку на кобуру.
Рядом со мной неспешно повернулся в сторону толпы граф Густав Оре. Он лениво прошёлся взглядом по собравшимся двум с лишним десятков бомжей-мигрантов, после чего практически шёпотом произнёс: Два дробовика, на пять часов и два с половиной, ушлёпок в рыжей куртке и бородатый хиппи. Пистолет на два часа первый в ряду, на три часа в синей шапке и последний в кофте красной поверх куртки лёгкой. Работаем клинками, избегая смертельных ран. Каски надеваем, как только я скажу «отмороженные», и сразу в бой.
— Принято. — практически синхронно ответили мы, стоя кучкой у бочки, за спиной нашего браво козыряющего военными терминами капитана.
Даже Йожель стал ближе к нам и усердно закивал головой.
— … Да насрать мне, кто вы, капитан, я тебе и твоим сосункам ещё раз говорю. За нарушение законов я могу вас прямо здесь расстрелять и забрать для нужд города вообще всё!
— Я последний раз предупреждаю, по законам этой страны и согласно указов СЧН, в случае необоснованной агрессии вы будете признаны пособниками интервентов и я буду вынужден применить оружие на
