сейчас, изменить цвет моих глаз, хотя он обещал этого не делать».
Один взгляд вниз, между мускулистых ног Раста, подтвердил это. Полотенце, обернутое вокруг его талии, слетело, и Надия увидела длинный, толстый член, пульсирующий между бедер в такт биению сердца. Он был более темного оттенка, чем остальное тело, а из широкой тупой головки уже сочилась прозрачная жидкость.
«Его семя, — подумала она. — То, что может изменить цвет моих глаз». Несмотря на опасность, Надия жаждала погладить этот гордо вздыбленный член, успокоить и доставить ему удовольствие, как Раст доставил удовольствие ей. Попробовать его солоноватое семя.
Не думая об этом, Надия протянула руку, обхватила пальцами его толщину и начала ласкать член.
* * * * *
Вылизывать ее между ног, слышать крики, вздохи и стоны, пока пробовал на вкус сладкую, мягкую маленькую киску, убивало Раста. Он мог думать лишь о том, как перевернуть ее, раздвинуть бедра и вогнать свой член глубоко-глубоко в мягкое, податливое тело.
«Не могу, — убеждал он себя, наполовину обезумев от вожделения. — Не могу. Надо остановиться. Должен…» И тут он почувствовал ее маленькую руку на своем вздыбленном члене.
Раст чуть не выпрыгнул из кожи.
— Боже, милая, — задыхался он, полусидя. — Не надо! Не надо!
— Почему нет? — Надия подняла на него взгляд, ее глубокие голубые глаза сверкали. — Почему я не могу прикасаться к тебе, как ты ко мне? Исследовать тебя, как ты меня?
— Это опасно, — выдавил он из себя. — Ты не понимаешь, Надия, я могу потерять контроль.
— Потерять контроль и взять меня, ты это имеешь в виду? — Шаловливая улыбка изогнула уголки ее розовых губ. — Ну как не стыдно? Думаю, у меня не будет выбора, кроме как раздвинуть бедра и позволить тебе… позволить тебе трахнуть меня.
Возбуждающее, грязное слово, исходящее из ее сладкого, невинного рта, почти вывело Раста из себя. И не помогло то, что Надия, по сути, говорила, что не будет пытаться остановить его, если он возьмет ее. Что просто ляжет на спину, откроет себя и позволит ему получить все, что он захочет.
— Мы должны остановиться сейчас, пока я еще могу. — Раст взял ее за запястье и отдернул маленькую, нежную руку от своего члена. — Ну же, перестань меня ласкать.
— Но ты же меня ласкал, — разочарованно воскликнула Надия. — Пожалуйста, Раст, можно я немного поласкаю тебя, если пообещаю быть очень-очень осторожной? Я никогда раньше не видела обнаженных мужчин и уж точно никогда не прикасалась к ним. Пожалуйста?
«Боже, если есть что-то более опасное, чем любопытная девственница, я не хочу знать, что это». Но умоляющий тон в голосе и выражение ее прекрасного лица окончательно убедили Раста.
— Хорошо, — вздохнул он. — Но только… будь осторожна. Думай об этом так — ты играешь с заряженным пистолетом. Он может выстрелить.
— На это я и надеюсь. — Во взгляде Надии отражались как застенчивость, так и вызов. — Я хочу заставить тебя кончить так же, как ты заставил кончить меня. Я хочу доставить тебе удовольствие, Раст. Пожалуйста, позволь мне… пожалуйста, подскажи мне как.
После этих слов Раст ничего не мог сделать, кроме как позволить ей.
Он смотрел, сцепив руки в кулаки, как она гладит его, как маленькая бледная рука ласкает член по всей длине, от чувствительной головки до толстого основания. Спустя несколько секунд Надия подняла на него взгляд и неуверенно улыбнулась.
— Все хорошо? Тебе нравится, когда к тебе прикасаются?
— Это более чем хорошо, — хрипло заверил ее Раст. На самом деле ее мягкие, невинные прикосновения доставляли ему больше удовольствия, чем прикосновения гораздо более опытной руки. Надия была так прекрасна, ее щеки все еще розовели после оргазма, темно-синие глаза светились любопытством и любовью, длинные светлые волосы ниспадали на плечи, как яркая золотистая шаль. Наблюдая за тем, как Надия исследует его, Раст подумал, что его член и сердце могут разорваться одновременно. Она была просто слишком красивой, слишком совершенной. Трудно поверить, что Надия действительно рядом с ним.
«Но это еще не так, — прошептал тоненький голосок в его голове — голос его интуиции. — Пока ты не привяжешь ее полностью и не изменишь цвет ее глаз, Надию все еще могут отнять у тебя. Ты должен взять ее сейчас, пометить, чтобы ни один другой мужчина не смог прикоснуться к ней».
Но Раст не мог этого сделать — он дал обещание Сильвану, и, черт возьми, в его привычки не входило нарушать обещания. «Все будет хорошо, — сказал он себе с тревогой. — Я женюсь на ней и сделаю своей, как только мы доберемся до материнского станции».
Ему было тревожно и неприятно игнорировать свою интуицию — всю жизнь Раст следовал ей, и она никогда не сбивала с пути. Но в данном случае ему нужно думать о своей чести. Он дал слово и не собирался его нарушать. Тем не менее не мог отделаться от мысли, что может пожалеть…
— О Боже! — Удивленный возглас сорвался с его губ, когда Надия решила попробовать что-то новое. Раст с новым приливом желания наблюдал, как она наклонилась над ним, концы ее длинных шелковистых волос щекотали его бедра, и снова лизнула головку члена.
— Ммм… — Надия взглянула на него, в ее темно-синих глазах появился озорной блеск. — Мне нравится твой вкус.
— Милая ты… ты не должна этого делать, — срывающимся голосом воскликнул Раст.
— Но я хочу. Хочу попробовать тебя на вкус, как ты пробовал меня, — нахмурилась Надия. — Я делаю что-то не так? Может, мне глубже взять его в рот?
— Ты все делаешь правильно, — заверил ее Раст. — Просто… будь осторожна. Я и так уже на грани.
Надия хитро улыбнулась.
— Тогда ты как раз там, где я хочу. — Она открыла рот и втянула головку члена в горячий, влажный рот. Член был толстым и длинным, поэтому она не могла взять его в рот полностью, но старалась вобрать как можно больше.
Раст хрипло вскрикнул и погладил ее шелковистые волосы. Боже, она так хорошо ощущалась. Казалось, Надия инстинктивно знала, что нужно осторожно прятать зубы, а то, как она обводила нежным язычком пульсирующую головку члена, каждую секунду приближало оргазм.
«Нужно быть осторожным, — смутно подумал он. — Не изменит ли сперма во рту ее глаза? Лучше не рисковать».
С неохотой, потому что Надия, казалось, была готова продолжать ласкать его, пока он не перейдет грань, Раст решил, что должен ее остановить. Мягко, но решительно он отстранил любимую, хотя это последнее, чего он хотел.
— Но… но Раст, — запротестовала она, когда ее отстранили. — Я хотела попробовать твое
