Он заправил магазин, выдвинул сошки. Поставил прицел на ближний бой, как учил Леша. Разложил рядышком четыре автомата и два пистолета. Подполз, цепляясь за неровные каменистые выступы, к выходу и глянул в бинокль.
— О нет! — прошептал Старший, чувствуя, как предательски начинает крутить в животе. На отметке семьдесят два метра, под разлапистой елью, стояли трое мужчин. Один — маленький, незнакомый, но прочих двоих Старший запомнил на всю жизнь. Седой, тварь такая! Сергей Сергеевич, бровастый толстяк из питерской «больницы», и с ним один из тех помощников, что в подвале норовили оторвать офхолдер. Сергей Сергеевич тоже поднял бинокль. Секунду Вальке казалось, что они смотрят друг другу в глаза, но седой опустил оптику и продолжал что-то говорить соседу. Нет, не заметили и заметить не могли. С такого расстояния вход в пещеру выглядел, точно неряшливая борода вокруг ухмыляющегося рта. Низкий густой кустарник скрывал лаз и Старшего, присевшего за валуном. Лукас знал, где спрятаться. Выходит, что знал не только Лукас…
— Выходите, вы окружены!! — Усиленный мегафоном бас заметался, возвращаясь визгливыми всхлипами.
— Оставьте оружие и выходите! Иначе будем стрелять!
Старший, кряхтя, подтащил пулемет. Пока он суетился, Сергей Сергеевич и другие «медики» исчезли. Только еловые ветки колыхались. Компьютер по-прежнему показывал, что связь установить невозможно.
— Последний раз предлагаю сдаться!!! Мы гарантируем вам жизнь и безопасность!..
Не успел агитатор закончить фразу, как сигнализация взорвалась бесконечными писклявыми руладами. Охотники пошли на штурм. В трех метрах ниже Вальки о камень что-то ударилось и тут же взорвалось белым облачком. Промазали мимо щели, а скорее, просто не могли точно прицелиться, кустики им мешали! Чисто инстинктивно он зажмурился, затаил дыхание и, толкнувшись ногами, покатился в глубину, под защиту Эхуса. Вроде бы успел… Глаза начали слезиться, но несильно. К счастью, дым не попал в пещеру, а растекался ниже по склону горы. Противогазов в арсенале Пастух не имел, но в багажном отделении под грудой барахла валялся длинный оранжевый ящик. Вторая газовая граната разорвалась почти у самого входа. Старший лихорадочно ковырялся с замками акваланга. Эхо тоже почувствовал вредный газ: через ручной офхолдер в спину и в мозг Валентина ударила волна беспокойства.
Когда батяня был еще жив и они ездили на море, Валентину дважды позволили поплавать с аквалангом. Ни о какой серьезной глубине и речи не шло, и специально его не учили. Просто отец умел всегда быстро обрастать друзьями… Вальке разрешили плавать вдоль берега не дальше, чем кончался край бетонного пирса, но даже эта подводная экскурсия произвела на него грандиозное впечатление. Под водой вес акваланга почти не ощущался, он собрал тогда на дне горсть мелких монеток, что бросали отъезжающие туристы с волнолома, чьи-то ржавые часики, две пары очков, бусы и еще целую кучу ненужных обломков цивилизации. На руку Валентину надели особые часы в непромокаемом корпусе. Он был обязан всплывать каждые пять минут, чтобы отец видел и не волновался. Это воспоминание при виде спаренных рыжих баллонов, навеяло на Старшего такую грусть, что он чуть не забыл, зачем полез в ящик. Тем временем снаружи донесся собачий лай и совсем близкий звук от бегущих по камням тяжелых ботинок.
Старший отомкнул крепление, накинул на плечо эластичную лямку, проверил манометр. Аппарат был импортный, выглядел немножко иначе, но под завязку заряжен воздухом и готов к работе. Старший нацепил маску, до предела затянул фиксаторы, так что прищемил кожу на затылке, и открыл клапан. Ничего, жить можно…
Третью и четвертую гранаты он опередил чудом. Отважные бомбометальщики, памятуя о прежних «победах», внутрь не совались, но сумели, наконец, взять верный прицел. Обе гранаты взорвались внутри пещеры. Следующие десять минут Старший ничего не слышал, с такой силой врезало по ушам. Тряся головой, он пополз на свет, волоча за собой тяжеленные баллоны, и очень вовремя успел к пулемету. Трое мужчин в камуфляжной форме прыжками неслись вверх по склону, еще несколько фигур он засек боковым зрением — те пробирались по дну оврага. Валька решился, наконец, вдохнуть и нажал на спусковой крючок. Целил он поверх голов. Без приказа Лукаса казалось совершенно невозможным прицелиться в человека.
Пулемет дрожал и подпрыгивал, но Старший ничего не слышал. Б каждой клеточке тела гудел колокольный звон. Нападавшие немедленно залегли. Те, что обходили с фланга, тоже попрятались.
— Уходите. Пожалуйста, уходите! — повторял про себя Старший. — Я не хочу никого убивать.
Ему показалось, что воздух излишне сильно подается в маску; Валентин повернулся, чтобы получше рассмотреть регулировочный вентиль, и тут сверху посыпались мелкие камешки. Он оставил акваланг, чтобы увидеть, что происходит на горе, над головой. Вальке пришлось ползком преодолеть метра четыре и почти что выбраться наружу, на снег, поскольку верхняя «губа» пещеры нависала над нижней. Старший высунулся за край нависающей плиты и встретился глазами с человеком, висящим на тросе. Человек висел, распластавшись на склоне, в каких-нибудь пяти метрах над Валькой, упираясь ногами в скальный выступ, а в руках держал оружие. Его лицо закрывала черная маска противогаза. Еще выше по склону виднелись рифленые подошвы второго альпиниста. Несколько секунд подросток и взрослый, не отрываясь, смотрели друг на друга сквозь стекла защитных масок.
— Уходите! — безнадежно повторил Валентин, уже понимая, что человеку, повисшему на укрепленных в кожаном поясе карабинах, деваться некуда. Альпинист перехватил короткоствольный автомат в правую руку, левой пошуровал у себя на поясе, толкнулся обеими ногами и полетел вниз.
— Бросьте оружие! — Механический голос пробился сквозь колокольный звон.
— Здесь мальчишка! — ответил кто-то сбоку.
— «Беркут-два», не стрелять!
Старший кубарем откатился назад в темноту. Поперек выхода мелькнула тень и возникли два огромных шипованных ботинка, затем еще два. Падая, первый альпинист спружинил, ловко избавился от снаряжения и замер с поднятой ногой, щурясь во мрак.
— Уб-бу-бу!.. — простонал Старший, забыв, что не выплюнул резиновый загубник. Альпинист сделал шаг вперед, успокаивающим жестом выставив перед собой ладони. Противогаз болтался у него на затылке. За его спиной приземлился следующий боец и сразу начал движение в сторону.
— Спокойно, парень, мы не враги!
— Убирайтесь! — Старший освободился, наконец, от резины во рту и убедился, что снова может слышать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
