бросить всё и завалиться на ставший уже родным диван. Нацепить очки конструктора, погрузиться в киберпространство и забыть о происходящем. Парень убрал ещё один пакет, переместив его в банк ватаги, и увидел, как Приблуда дал кому-то в зубы. Взглядом проводил парня, который следом накинулся на контейнер с нанитами, и внезапно понял.
То чувство, которое испытывал Трев, оказалось не тревогой перед чем-то ужасным. Он не беспокоился о Смертнике, так как понимал, что ничем ему не сможет помочь. Не испытывал угрызений совести о том, что нагло крадёт у торговых кланов. Нет. Он просто соскучился по родному киберпространству, а пальцы чесались и молили вцепиться в очередной конструкт.
Приблуда орудовал за троих, при этом раздавая звонкие пощёчины налево и направо. Элли зачистила один контейнер вместе с другими жителями и, пополнив банк ватаги на несколько сотен килограмм сырой руды, заметила, как Трев вышел со склада. Мышь грозно зарычал, отпугнул обычных людей и, схватив огромный кусок из контейнера весом килограмм триста, не меньше, последовал за девушкой.
— С тобой всё в порядке? — спросила Элли, положив ладонь на груз ежа, и отправила его в банк ватаги.
Трев выдохнул, посмотрел на небо и, засунув руки в карманы, ответил:
— У тебя никогда не возникало такого чувства, что ты родилась не в том месте и не в то время?
Элли задумалась и, поправив волосы, ответила:
— Иногда, ну, в смысле, я плохо умею социализироваться, поэтому у меня остаётся много времени на то, чтобы подумать о всяком. А почему ты спрашиваешь?
Трев улыбнулся, убрав с лица чёлку его забавной стрижки, и открыто рассмеялся:
— Действительно, что-то я нашёл время рефлексировать. Извини, Элли, я, наверное, просто устал. Последние несколько дней дались особенно тяжело, развёл тут…
— Мне иногда тоже так кажется. Точнее, не так, по-другому… Ну, знаешь, когда совсем становится плохо, я представляю, что где-то есть другая Элли, которой повезло намного больше. Ей не приходится сидеть в укромной каморке и горбатиться над очередным заказом за копейки. Она наслаждается жизнью и строит своё будущее сама. Тогда от этой мысли становится легче. Становилось…
Трев повернул голову и спросил:
— Больше нет?
Элли выдохнула, и в уголке её губ появилась едва заметная улыбка:
— Наверное, во всём виноват Смертник. До его прихода я и подумать боялась, что смогу оставить магазинчик за спиной и вот так свободно передвигаться. Заниматься делами с кем-нибудь другим, строить далеко идущие планы и даже планировать дойти до Города! — вдруг она звонко рассмеялась. — До Города! Кто бы мог подумать?!
Трев улыбнулся в ответ. Возможно, Элли была права, ведь когда его засовывали в саркофаг, парень был полностью уверен, что на этом его жизнь закончится. Устройство будет медленно высасывать все соки из его тела, пока организм не выдержит и попросту не сдастся. Оно также было его своеобразной каморкой, которую, как он думал, никогда не покинет. А оказалось совсем иначе…
Из-за спины выбежал довольный Приблуда и возмущённо заявил:
— Эй, ну вы чего? Там ещё пылесосить да пылесосить! В банке место ещё есть! Вперёд!
Трев ухмыльнулся жадности Приблуды и решил, что киберпространство пока подождёт. Он обязательно погрузится в него и тщательно исследует инфополе, но сейчас ватаге нужно его тело — а не разум. У Элли, кажется, тоже поднялось настроение, и они решили вернуться к мародёрству. Трев даже заметил, что ложное чувство тревоги перестало терзать его сознание, как вдруг за спиной раздался голос:
— О! Ты смотри какие ушлые! Сучёныши вскрыли консервную банку! С меня ящик пива, мелкий Паста оказался прав.
— У-у-у-у, — донёсся хриплый бас с другой стороны. — И вы сюда припёрлись, что, наконец вытащили члены из сифозных шлюх и решили вспомнить каково это — быть наёмником?
— Ага, кто бы говорил! Мы хотя бы из шлюх, а про твою ватагу весь ВР шепчется, мол, вы вместо баб ежей по делу пользуете.
Толпа жителей замерла. Трев обернулся и увидел, что к складу подходили три ватаги тяжеловооружённых людей. Каждый из них нёс уже искупавшийся в чьей-то крови инструмент и был готов пустить его в дело. Сначала парень подумал, что они сцепятся меж собой, как бешеные псы, но этого не произошло. Жители, осознав, что сейчас начнётся, решили спасать собственные души, попутно унося всё, что успели нахапать. Наёмники заметили крупного ежа, за которым пряталась девушка, худого и жилистого Трева и наглую рожу Приблуды. Даже человек, который руководил всей толпой, оказался настоящим трусом и сбежал.
Ватаги приближались к сладу, планируя забрать не только остатки, но и всё, что успели украсть незнакомцы, как вдруг из толпы вышел бритоголовый мужчина и с интересом заявил:
— О! Я где-то видел этого ежа…
***
Рёв двигателя заглушал слова Седьмой, но отрывками я всё же смог её расслышать. Мы мчались вдоль широкой улицы, по которой обычно выводили караваны из поселения. Последний раз мне довелось проходить через массивные ворота ВР-2, когда сотни людей потянулись на рейд. Ещё тогда сложилось странное впечатление, будто здесь вновь окажусь.
За спиной остался гореть особняк Лотосов. Бунтующие обнесли его с фундамента до последнего этажа, а затем подожгли останки. Надеюсь, совсем ещё юная девушка успела выбраться до того, как всё здание вспыхнуло. На ВР происходил настоящий хаос, от меня сбежал человек, которому известен путь на Первый рубеж, а за спиной сидела Седьмая и крепко обнимала меня руками. Однако мои мысли были заняты исключительно беспокойством о благополучии незнакомки!
Почему? Да чёрт его знает почему, вот так!
Не мог избавиться от картины полуголой девушки с окровавленными ногами на двуспальной кровати. До сих пор видел, как она стыдливо прикрывалась куском ткани и хлюпала разбитым носом. Я сотни раз видел, как местные трахают шлюх буквально не отходя от кассы, но тогда почему не могу избавиться от образа в голове? Потому что она не была таковой? И что? Какое мне до неё дело?
Холодный расчёт взял верх, но каждый раз, когда перед глазами всплывала эта картина, чувствовал, как в груди нарастает ярость. Может, виной всему была Седьмая и её история о том, как она сновала наложницей Харэно? Может, мне надоело видеть и слышать постоянное насилие, а может…
А может, рубежи настолько глубоко засели у меня в печёнке, что мозг уже не справлялся?
Я крутанул рычаг газа и заставил железного коня мчаться быстрее. Седьмая ухватилась крепче, когда на полной скорости мы вошли
