— Хочешь в Академию? — неправильно истолковал мой тоскливый взгляд Тардаэш.
— Нет. Сегодня Рина… моя однокурсница… засела за практическим заданием на день. Я обещала купить ей сладостей.
— Ну так пойдём, — предложил магистр.
— Вы со мной? — удивилась я. Вот уж кого не представишь рядом в кондитерской. Как‑то магистры — некроманты в неё не вписываются.
— Естественно, — серьезно сказал маг. — Сегодня выходной, здесь полно пьяных адептов и прочих невнятных личностей… а ты так и не надела защитный амулет.
— А разве ваша метка не сработает?
— Конечно, сработает. Когда ты уже пострадаешь, я об этом непременно узнаю, — недовольно заметил магистр. — А предсказывать опасность она не может. К тому же я не уверен, что ты снова каким‑то образом её не снимешь.
Я демонстративно тяжко вздохнула, выражая своё отношение к вышесказанному.
А магистр тем временем вел меня по одному ему известному маршруту, и вскоре мы оказались прямо перед "Чайной госпожи Фаленоль". Я помнила это заведение ещё с самой первой своей прогулки по этому городу. Совсем немного декоративных элементов, но кадки с цветами на улице делали его витрину уютной и красивой. Кажется, я тогда пообещала себе однажды сюда заглянуть. Вот уж не думала, что это случится в такой компании.
Внутри было немного душно. Несмотря на название "чайная", в помещении было полно веселых адептов, накативших не одного лишь чаю.
Магистр провел меня к столику у самого окна, стоящему немного в отдалении от центра зала. На широком и очень низком подоконнике тоже разместились горшки с цветами, и мне стало за них боязно. Судя по шуму, творившемуся у меня за спиной, здесь совсем не так и тихо и романтично, как я представляла себе прежде, и наверняка эти самые горшки неоднократно страдали от рук разгулявшихся адептов.
Тем временем к нам подбежала миловидная официантка, положила меню и так же быстро покинула, торопясь обслуживать следующий столик. Когда я заглянула на страницу с напитками, стало ясно, что адепты определенно не ошиблись заведением. За невинной вывеской с названием "чайная" скрывалось место, где можно посидеть не только парочкам, но и компанией с другими целями. Впрочем, чай здесь тоже был, а ассортимент сладостей к нему действительно поражал воображение.
— Я всё же думала, что мы пойдём в кондитерскую, — громко сказала я, пытаясь перекричать шум.
Магистр нахмурился, неопределенно повел рукой, и в мгновение ока нас окутал полог тишины.
— Здесь лучшие сладости в городе… по крайней мере, так говорят, — немного растерянно произнёс он, а затем пояснил: — Не люблю сладкое. Но здесь заказывают на вынос, так что мы долго не задержимся.
— Хорошо, — улыбнулась я.
Совсем быстро прибежала другая официантка и приняла мой заказ. Магистр сидел, застыв каменной статуей, и когда я спросила, будет ли и он что‑то заказывать, так скривился, что я не выдержала и рассмеялась.
— Что? — недовольно спросил он.
— Ннничего, — сквозь смех попыталась ответить я.
Он передернул плечами, как когда думают о чем‑то неприятном, и это вызвало у меня очередной приступ смеха. Должно быть, в нём было даже что‑то истеричное, но успокоиться всё никак не выходило.
— Ииззвините, — пробормотала я, постепенно приходя к спокойствию. Он терпеливо ждал, пока я отсмеюсь, и легко улыбался, наблюдая за моей неравной борьбой со смешинкой.
— Может, тебе помочь? — он как‑то странно взмахнул рукой, и я догадалась, что магистр имеет в виду магию.
— Нет — нет. Уже всё в порядке, — я и правда успокоилась. Разве что настроение стало чуть лучше, чем прежде.
Он перестал смотреть на меня с улыбкой и повел глазами в сторону, рассматривая вакханалию, творившуюся в центре и, к счастью, невидимую мне.
И тут до меня дошло, что вокруг полно адептов. И, наверняка, большинство из них — его адепты. А тут я… с ним.
Но прежде чем я успела озвучить эти мысли, он спросил:
— Что с тобой случилось на днях? Тебя снова лечили.
В его голове звучала укоризна, словно я то и дело влипаю в неприятности. Хотя… так оно и было.
— Поранилась… немножко, — соврала я, не желая выдавать Хараша. Вряд ли магистр образуется, узнав, что от его грубых поцелуев у меня до крови воспалились губы. — Но Ониен, адепт Мелиноволь, всё вылечил.
— В следующий раз обращайся ко мне, — приказал он, припечатывая меня взглядом.
— Посмотрим, — не стала соглашаться я, разозленная этим тоном. Опять он за старое! Терпеть не могу, когда он начинает приказывать.
Ему хватило ума не настаивать, оставить свои доводы при себе. Он лишь снова нахмурился, а потом спросил ещё:
— Что ты делала в городе сегодня? Тем более в районе торговцев?
Снова допрос. Еле сдерживаясь, чтобы не уйти прямо сейчас, я всё же ответила, поскольку беспокоилась за Гидеона. Кто знает, насколько точно метка указывает моё местоположение? Вдруг, когда я исчезну, господин Брор пострадает?
— Я получила стипендию… отдавала часть денег за артефакт ментальной защиты. Брала его под проценты, — пояснила я. Всё‑таки как легко мне теперь даётся ложь! На ходу научилась придумывать оправдания. Хотя… кажется, прежде я говорила, что мне его подарили.
— Тебе он вообще не нужен, — недовольно заметил магистр, не обращая внимания на мой прокол.
— Ещё как нужен, — не согласила я.
Он снова никак это не прокомментировал, лишь сидел и смотрел на меня, нахмурившись. Враз между нами снова возникла стена, которую мы сегодня так медленно и осторожно пытались разрушить.
Подошедшая официантка, несущая в руках большой бумажный пакет, избавила нас от этого напряженного молчания. Я потянусь за деньгами, но была остановлена резким:
— Не выдумывай.
Он бросил на стол золотую монету, взял заказ и поднялся, скомандовав:
— Пошли.
Сдачи он не ждал, за что заработал донельзя кокетливую улыбку официантки. Мне это не очень понравилось, а ещё меньше понравились чувства, которые я при этом испытала. А когда он пропустил меня вперед, немного отставая, причин для ещё большего падения настроения прибавилось.
По диагонали от нас за столом сидела одна из этих шумных адептских компаний — моя команда. И в отличие от ничего не видящей меня, они нас заметили уже давно.
Я застыла на месте, видя, как полыхают глаза Хараша. Демон злится, а значит, меня не ждёт впереди ничего хорошего. Но он не стал приближаться, лишь взглядом обещая мне очередной неприятный разговор.
Ониен был удивлен. Его белесые брови поползли вверх, выражая крайнюю степень недоумения. Дононд хмурился, а Вазиль улыбался, и в этой улыбке читалось ожидание дальнейшего интереснейшего развития событий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
