Ашнод что-то крикнула Мишре, и тот, обернувшись, увидел, что кадира схватил металлический человек. Отдав последнюю команду механическому дракону, младший брат переключился на Урзу и его создание. Он схватил рукой тонкий кожаный мешочек у себя на шее, и сквозь его пальцы наружу полился зеленый свет. Мишра сконцентрировал лучи на машине Урзы.
Зеленый луч скользнул по Урзе, и тот отшатнулся. Но основной удар предназначался механическому созданию, и тому в самом деле пришлось несладко. Из его суставов посыпались искры, из-под под шлема повалил пар. Чудовище ослабило хватку, и кадир упал на землю, держась за горло.
Ашнод опять, что-то прокричала, и Мишра кивнул. В этот же миг неожиданно обрушилась северная стена шатра — это прокладывал путь к платформе механический дракон. Ашнод опустила посох, и огонь на нем погас Сунув посох под мышку, она одной рукой схватила кадира и словно куклу потащила его к машине.
Урза почувствовал, что боль ослабевает. Он сфокусировал Камень силы на своем металлическом создании. У него все еще кружилась голова.
— Мишра, — крикнул он, — мы должны это остановить!
Словно в тумане он услышал, как брат огрызнулся в ответ:
— Зачем? Чтобы ты мог еще раз предать нас, братишка?
— Я ничего не знал, — начал было Урза, но в этот момент механический человек не выдержал одновременного напора Камня силы и Камня слабости. В его груди что-то взорвалось, торс начал вертеться вокруг центральной оси, из головы полыхнуло пламя. Урза закричал и упал на землю, уворачиваясь от огня. Последнее, кого он увидел, был Мишра. Младший брат бежал к своему дракону, скрывшемуся в дыму от разрывов сброшенных с орнитоптеров бомб.
Урзу нашли в разрушенном шатре, он сидел возле тела погибшего вождя. Поблизости стояли ноги механического человека. Детали его головы и торса были разбросаны повсюду среди обломков разрушенной платформы.
Начальник стражи отдал честь.
— Докладываю: враг отступает по всему фронту.
Урза ничего не сказал, и начальник продолжил:
— Мы нанесли большой урон войскам фалладжи, у нас же потери минимальные — четыре орнитоптера. Нам помог отряд корлисийских наемников, теперь они хотят, чтобы им заплатили. Аргивяне убежали, даже не вынув мечей из ножен.
Урза поднял глаза и смотрел на бледное, собранное лицо военачальника, пока тот продолжал:
— Вражеский правитель и, — он сделал паузу, — ваш брат убежали в горы вместе со своей машиной. Мы отправим оставшиеся орнитоптеры на поиски беглецов.
Урза тихо сказал что-то. Начальник его не расслышал.
— Прошу прощения? — переспросил он.
— Я сказал «зачем?» — печально повторил Урза, глядя на лицо вождя. — Зачем он это сделал?
— Вы же сами слышали, что сказал этот дьявол фалладжи, — ответил начальник. — Они собирались напасть на Иотию. Отобрать давно утраченные ими земли. У них так принято — передавать память о пережитых сто лет назад обидах из поколения в поколение…
— Я про вождя, — сказал Урза, в его голосе звучал металл. — Он сам все это подготовил. Эту засаду. Орнитоптеры. Бомбы. Гоблинский порох. Вождь давно готовил нападение. Хотел устроить тут резню. Если бы не машина моего брата, ею бы все и закончилось.
Начальник стражи переминался с ноги на ногу и молчал.
— Почему он не сказал мне? — горько вопрошал Урза. — Почему не сказал мне о том, что собирается использовать мои машины таким образом?
Начальник запнулся:
— Н-не могу знать, мой господин.
Урза опустил тело вождя на разбитый в щепки пол шатра и обернулся к начальнику.
— Нет, ты можешь, — ледяным голосом произнес Урза. — Ты не только можешь, ты знаешь. Кто был посвящен в приготовления? Каковы они были? Что вы надеялись совершить? Почему не сказали мне? Почему не сказали принцессе? Ты знаешь ответы на все эти вопросы, и ты расскажешь мне все.
Начальник очень внимательно смотрел себе под ноги.
— Потому что, — продолжил Урза, разворачиваясь к телу вождя, — потому что сейчас я должен вернуться в Кроог и сказать жене, что ее отец погиб. И мне придется объяснить ей, как такое могло случиться. И пока что мне нечего ей сказать. Потому что я сам этого не понимаю.
Глава 11
Государственные дела
Тавнос ступал по коридорам дворца тихо и неслышно, что казалось почти невозможным при его могучем телосложении. После трагедии все придворные стали вести себя в мраморных залах кроогского дворца тише воды, ниже травы.
Весть о смерти вождя прозвучала для иотийцев громом среди ясного неба. Все произошло неожиданно, и ничего нельзя было изменить. Народ Иотии уже и не помнил других правителей, кроме отца Кайлы, он казался бессмертным.
А теперь он мертв. Зарезан клинком фалладжи, говорили одни. Нет, возражали другие, его сердце сожгла фалладжийская магия. Нет, настаивали третьи, он сварился заживо в пару дьявольской машины, которой управлял проклятый брат Главного изобретателя. Нет, высказывали свое мнение четвертые, правитель носил на руке храмовый амулет, который сделал Главный изобретатель, и тот взорвался. Да нет же, вступали пятые, вождь хотел спасти Главного изобретателя от рыжеволосой дьяволицы, вызванной из-за пределов мира его братом, и погиб сам. Даже после того, как во всеуслышание было объявлено об истинных причинах смерти вождя, на площадях по-прежнему роились слухи и домыслы.
Больше всего судачили о том, как однажды поздно вечером в небе столицы появился личный орнитоптер Урзы. В нем было тело вождя. Некоторые утверждали, что Урза летел из Корлинды без отдыха, другие — что он ненадолго остановился по дороге, но, так или иначе, путешествие заняло всего два дня. Он положил тело в дворцовой церкви, послал гонцов в храмы, а затем отправился известить о несчастье королеву. В отличие от многих других историй, это было правдой.
Государственная панихида и похороны были обставлены с невероятной помпой и продолжались десять дней. В Кроог прибыли люди из самых дальних уголков Иотии, чтобы в последний раз пройти перед повелителем и оказать ему последние почести. У гроба с телом вождя стоял почетный караул, который не столько охранял покойного, сколько помогал храмовым лекарям справляться с теми, кто падал в обморок от горя. Самой заметной персоной, которой потребовалась помощь, оказалась кормилица Кайлы, которая в слезах бросилась умершему на шею. Ее насилу оторвали от него и немедленно отправили на поправку к родственникам в ее родную деревню.
Королева Кайла и принц-консорт, Главный изобретатель Урза, появились у гроба лишь в последний день. У них были осунувшиеся, усталые лица, за все время траурного бдения они не сказали ни слова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
