Вечером, блаженно растянувшись на нарах, заморский гость мысленно подводил итоги минувшего дня. День, по его мнению, прошёл очень удачно. В его записной книжке появился добрый десяток неизвестных ему ранее русских слов, которых нет ни в одном словаре. А главное – он узнал о существовании в уральских лесах лесной коровы.
Знаю, там меня ждут
В горной части Висимского заповедника глубина снежного покрова достигла 80 сантиметров, а впереди ещё и снегопады, и снежные бури. Тишину зимнего леса всё чаще нарушает треск падающих от непомерной тяжести снега деревьев. Согбенные белой ношей молодые ели и пихточки похожи на сказочных монстров. Красота зимнего леса омрачается сознанием того, что не все эти деревца выдержат тяжёлое испытание на прочность. Из-за полного отсутствия семян хвойных особенно в бедственном положении оказались многие пернатые обитатели леса.
Пробираясь на лыжах сквозь завалы деревьев, спешу туда, где в таёжной глуши затерялось моё зимовье. Знаю, там меня сейчас ждут. А вот и придавленная снегом избушка. На снегу, под навесом, где находится «пункт помощи голодающим», множество птичьих следов. Была здесь и белочка, и даже заяц.
Поползень Сенька приветствует моё появление торопливыми свистами. Порхая вокруг меня, Сенька ждёт угощения. Увидев в руке маленькие кусочки сала, возбуждённая птичка как под гипнозом приближается к ним ползком. Очень уж метко окрестили эту птичку в народе. Я отвожу руку, и теперь, чтобы достать сало, Сеньке придётся садиться на ладонь. Птичка без колебаний прыгает мне на руку. Как цепки и холодны лапки у этой птахи! От неожиданности я даже руку отдёрнул.
Но вот кормушка наполнена, и Сенька первым приступил к трапезе. Подлиза и жадина, он опять использовал дружбу в корыстных целях. Быстро насытившись, тут же приступил к заготовке провизии впрок, стремясь припрятать для себя содержимое всей кормушки. Крошки и зёрнышки он сноровисто прячет в щели на стенах зимовья. Рядом бесшумно мелькнула нарядная сойка. Эта красивая дама, как и сорока, от рождения предрасположена к клептомании. Брать пищу в присутствии человека она не решится. Ей дорого таинство кражи. Я прячусь за деревья, и осторожная птица, воровато озираясь, схватила хлебную корку и стремительно улетела.
У избушки в охранной зоне заповедника. Слева – помощник лесничего Верхнетагильского лесничества А. Галкин. Фото из архива автора
Прошлой весной эта самая сойка в считанные минуты утянула у нас десяток отловленных для научных исследований полёвок, которых доверчивый лаборант неосмотрительно оставил у зимовья. Владелец дохлых мышей подозревал в краже меня, пока пернатая воровка не была уличена.
У кормушки появились представители голодного племени лесных синиц. Почти все московки, гаички и пухляки из-за бескормицы откочевали в другие места. Благодаря подкормке, с десяток этих милых пичуг остались здесь зимовать. Птички бойко расклёвывают успевшие замёрзнуть крошки хлеба и зёрнышки. Уже находясь в домике, услышал шорох от пробежавшей к кормушке белочки.
Несмотря на бедственное положение, в котором оказались обитатели заповедника, находятся люди, которые помощь человека птицам считают не только излишней, но и вредной. С их точки зрения, такое содействие оказывает отрицательное влияние на биоценозы. Право на жизнь лесные обитатели должны отстаивать, мол, без поддержки человека. Но разве ещё сохранились на нашей планете биоценозы, свободные от антропогенного влияния? Разве, вырубая леса, осушая болота, загрязняя озёра и реки, мы не лишаем их обитателей права на жизнь? Разве не исчезают с лица земли всё новые и новые виды растений и животных?
Следуя логике этих людей, нам давно пора отказаться от помощи тем, кого постигли стихийные бедствия. Тот, кто считает сострадание и милосердие к попавшим в беду животным излишним, тот не проявит истинной любви и милосердия к людям.
Линия обороны
Стою у границы лесного массива, ровная линия которого протянулась до самого горизонта. Справа, словно гигантские белые волны, вздыбились заснеженные, лишённые леса гряды холмов, с тёмными пятнами чудом сохранившихся деревьев. Разгулявшийся на бескрайних вырубках западный ветер, встретив на своём пути стену леса, бросается на неё с неистовой яростью. Ветер раскачивает вершины деревьев, ломая ветви, врывается в глубину лесного массива и тут замирает, не в силах преодолеть сопротивление зелёного воинства. Здесь, вдоль опушки, проходит главная линия лесной обороны.
Словно после великой сечи, лес завален телами поверженных лесных исполинов. Выросшие в глубине леса деревья, оказавшись теперь на передней линии обороны, гибнут здесь и от «кавалерийских наскоков» ветров и от иссушающего дыхания летнего зноя. Но вот уж поднялась на опушке плотная поросль молодых ёлочек, которые спешат заменить погибших в борьбе со стихией зелёных витязей. Лес глухо шумит. Сквозь похожий на рокот прибоя шум доносятся жалобные скрипы и стоны. Это тоже голос нашего леса.
Русский человек не может не любить леса. Вся история становления и развития нашей нации тесно связана с ним. Лес давал приют нашим предкам. Своим теплом он согревал их жилища, кормил, одевал и лечил. А сколько раз он укрывал их в лихие годины, наводя страх на врагов? Поэты воспевают лес в стихах и поэмах. О нём пишут, его изучают, но всё это не мешает нам губить и грабить его. Лес, способный сдерживать натиск стихий, оказался беспомощным перед натиском техники. Здесь, на этих вырубках, я видел нелепый плакат, призывающий к сверхплановой заготовке древесины, так хорошо отражающий психологию тех, для кого лес это только сырьё.
Но лес это не только сырьё. Это наш друг и союзник. Его линия обороны – это и наша линия обороны против голода и болезней, против засухи и наводнений, против ветровой и водной эрозии почвы. Он дарит нам чистый воздух и даёт огромное эстетическое наслаждение. Кого не радуют запахи хвои, пение птиц и журчание ручьёв, яркие краски цветов? Человек будет счастлив до тех пор, пока держатся на Земле его зелёные бастионы. Я смотрел на бушующий в белой пене метелей «зелёный прибой» и думал о том, куда в будущем сдвинется эта линия лесной «обороны», от которой так зависит судьба человека.
В квартале 84 заповедника. Фото из архива автора
Рейд на юг охранной зоны заповедника, 1989 год. Слева направо: А. Галкин, С. Зорков (лесничий Верхнетагильского лесничества), В. Шевелёв (лесник заповедника), А. Пискунов. Фото О. Заржецкого
