Отца и Сына (filioque) — главное догматическое расхождение между православием и католицизмом».
К сожалению, данное утверждение — следствие досадного недоразумения. И тот и другой автор упоминают филиокве, но по-разному. В «отписке» Геннадию Новгородскому это выглядит так: «И еще глаголете: „и в Духа Святого животворящаго, от Отца и от Сына исходящаго“, и два Духа безаконно вводите; и того ради во две начале сходите, в Македонья духоборца пропасть низвлачитесь». Филофей же писал: «Аполинарии убо своим учением повеле опресночная служити за сию вину: глаголеть бо сице, яко не прият плоти человеческия Господь наш Исус Христос от Пречистыа девы Марии, ниже душа человеческая восприят, но вместо душа Дух Святый в нем пребывает». Как видим, первый связывает филиокве с македонианством[100], а второй — с аполлинарианством[101]. Такие расхождения говорят скорее не о тождестве, а о различии авторов.
Итак, единственными реальными основаниями для идентификации трех лиц служат лишь совпадения у двух из них имен (но не отеческих прозвищ) и то, что «время жизни Филофея, Филиппа Поповича и автора донесения архиепископу Геннадию совпадает» — по крайней мере, приблизительно. Все остальные аргументы более или менее произвольны. Это признает и сам автор приведенной догадки: «Разумеется, большая часть предлагаемых в пользу такого отождествления аргументов представляет собой „косвенные улики“». Остается лишь напомнить, что вероятность каждого нового предположения, основывающегося на предшествующих догадках, снижается в геометрической прогрессии и, соответственно, теряет степень доказательности.
Так что, к сожалению, подобное «дописывание» биографии нашего «старца» вряд ли может быть принято.
Произведения Филофея
Многие исследователи признают Филофея автором всех сочинений, в которых упоминается его имя. Это «Послание Филофея Мисюрю Мунехину на звездочетцев», «Послание к великому князю Василию Ивановичу о крестном знамении», «Послание к царю и великому князю Ивану Васильевичу об обидах, причиняемых русской церкви», «Послание Мунехину на противящихся божьей воле» — о псковском моровом поветрии, «Послание в беде сущим иже и просящим от него помощи», «Послание во Псков просившим слова на утешение некоим боголюбцем, понеже бе в то время скорбь от государя и от властей градцких насилие», «Утешительное послание» к неизвестному вельможе, «Послание в Царствующий град», «Послание о злых днех и часех» и др. Кроме того, Филофею иногда приписывают редактирование «Хронографа» 1512 года и участие в псковском летописании 1482–1509 годов с продолжением до 1547 года (А. А. Шахматов, А. Н. Насонов и крупнейшая исследовательница псковской книжности Валентина Ильинична Охотникова). Однако эта гипотеза вызвала серьезные сомнения у специалиста по истории Пскова Натальи Николаевны Масленниковой, Я. С. Лурье и других исследователей. В тех случаях, когда тексты, которые якобы принадлежат перу Филофея, противоречили друг другу, на это или не обращали внимания, или объясняли эволюцией взглядов старца, поскольку датировались эти произведения в очень широких временных рамках: с конца XV века до конца 40-х годов XVI столетия.
К сожалению, большинство посланий, автором которых называется Филофей, сохранилось в сравнительно поздних списках. Судя по всему, они лишь приписываются псковскому иноку и были написаны уже после его кончины, хотя были близки ему стилистически и использовали целый ряд его формулировок. Наиболее авторитетные исследователи безусловно признают принадлежащими перу псковского старца лишь три из них: «Послание Мисюрю Мунехину на звездочетцев», «Послание о крестном знамении» и «Сочинение об обидах», причиняемых Русской Церкви.
Первое из них было наиболее популярным: сохранилось более восьмидесяти его списков XVI–XVIII веков. «Послание о крестном знамении» дошло до нашего времени в более чем тридцати списках середины XVI — XIX века. «Сочинение об обидах церкви» известно примерно в полутора десятках списков середины XVI — конца XIX века. Поздние списки XVIII–XIX веков в основном вышли из старообрядческой среды.
Тщательный текстологический анализ, проведенный А. Л. Гольдбергом, показал, что все три указанных произведения были написаны в начале 20-х — конце 40-х годов XVI века. Кроме того, было установлено, что Филофей может быть признан автором лишь одного из них: «Послания на звездочетцев» псковскому дьяку Мисюрю Мунехину. Что же касается «Послания о крестном знамении» и «Сочинения об обидах церкви», то они первоначально переписывались как анонимные и лишь позже были приписаны псковскому старцу. Их создатели заимствовали некоторые формулировки Филофея (в частности, о Третьем Риме), что, видимо, и стало основанием для их атрибуции старцу. Причем Филофей точно не мог быть автором «Сочинения об обидах», поскольку оно содержит элементы полемики с первым «Посланием». Возможно, поэтому оно никогда не цитировалось в других памятниках русской литературы XVI–XVII веков.
Это позволяет нам сосредоточиться в дальнейшем изложении в основном на «Послании на звездочетцев», привлекая в то же время прочие сочинения продолжателей Филофея, которые так или иначе развивали идеи псковского старца.
Астрономия и астрология
Причиной, заставившей Филофея взяться за перо, судя по началу «Послания на звездочетцев», стало письмо Мисюря Мунехина, в котором тот просил старца разъяснить некоторые вопросы, связанные с предсказаниями Николая Булева.
Николай Булев (Николаус Бюлов) был уроженцем северогерманского города Любека. Поэтому в древнерусских источниках его порой называли Немчином или Любечанином. В 1490 году он впервые прибыл в Московию. Поскольку Николаус хорошо разбирался в астрономии и астрологии (которые тогда практически не различались), ему было предложено составить для Русской Церкви пасхалию на период, следующий за 7000 (1492) годом. Даты празднования Пасхи рассчитаны были только до этого года, поскольку именно в этом году на Руси в очередной раз ожидали конец света. Когда же светопреставление не состоялось, пришлось взяться за составление пасхальных таблиц на следующие годы. Ответственным за это дело митрополит Зосима назначил новгородского архиепископа Геннадия (Гонзова). За эту работу Булеву пообещали заплатить 1000 талеров и покрыть транспортные расходы.
Завершив работу, Николаус покинул Москву и несколько лет провел при дворе папы римского Юлия II (1503–1513). В 1508 году он вернулся в Россию и занял должность придворного врача великого князя Василия III. Тогда-то Николай Булев, судя по всему, и перевел популярный в то время на католическом Западе астрологический альманах Иоганна Штёфлера и Якоба Пфлаума (1499). В нем, в частности, содержалось предсказание грядущего всемирного потопа, который должен был состояться 20 февраля 1524 (7032 от сотворения мира) года. Николай, ссылаясь на альманах, послал предупреждение Мисюрю Мунехину «о лете 32-м». Его письмо стало непосредственным поводом для дьяка псковского наместника обратиться за разъяснениями к Филофею. Ответом на эту просьбу стало «Послание на звездочетцев».
«Латынские астрономы», пишет псковский старец, предсказали, что «по русеискому счету года 7032 от начала мира, а по латынскому от Рожества Христова года 1524» не произойдет «потемнения» Солнцу или Луне, но случатся великие события «предостойнейшие удивления»: под влиянием «преходных звезд» 20 февраля будет
