«знамение водное». Всем обитающим на Земле — странам и царствам, областям и городам, скотам и «белугам морским» — будет «несомненное пременение и изменение, и преиначение», подобного которому едва ли слышали «от многих веков от летописателей и от древних родов».
Отвечая на такое предсказание, Филофей прежде всего подчеркнул, что «не приемлет» «мудрование астрологов и астрономов, и склонных верить мармении[102] и математикам[103] о сбывающихся зодейных[104] и звездных предсказаниях, и прочим соблазнительным языческим басням». Подобно апостолам, пророкам, отцам Церкви, а также участникам вселенских и поместных соборов, он отвергает как «непотребные и душегубительные» предсказания астрологов, астрономов, а также верящих в предопределенность жизни человека «по звездам и зодеям»: от них «хула на Бога происходит». Поэтому всем их следует избегать — «яко кто бежит от змия».
Затем Филофей дает разъяснения о счете годов и их продолжительности. Согласно Пятикнижию Моисееву, «Шестодневам» и «Хронографам», числа лет, напомнил он, считаются от Адама и «доныне». «Латыняне» же ведут отсчет лет от Рождества Христова. Однако в этом, подчеркивает Филофей, нет никакой разницы. «Философы» же (речь, видимо, идет о Николае Булеве и авторах, на которых он ссылается) напрасно беспокоятся. Годы бывают солнечными и лунными. «Солнечный содержит 365 дней, а лунный — 354. Из этого следует, что солнечный больше лунного на 11 дней. Из-за этого в этом [1524] году ни солнечного, ни лунного затмения не случится». Такой вывод можно сделать, «прилежнейше» посчитав по «Шестокрылу» «дробные часы». Именно они дают возможность узнать, когда будет лунное или солнечное затмение. Но в этом, по мнению Филофея, «напрасного беспокойства и самоотверженных трудов много, а толку мало» — ничего иного, кроме затмений, «Шестокрыл» предсказать не может.
Загадочный «Шестокрыл», о котором упоминает старец, представлял собой астрономический трактат, включавший шесть таблиц (откуда и пошло его название), а также инструкции к ним, что позволяло с помощью довольно простых действий рассчитывать фазы Луны, наступление солнечных и лунных затмений. Первое крыло давало возможность точно установить время ново- и полнолуний, второе — полное обновление Луны и точное время ее противостояния с Солнцем, а также длительность светового дня. Третье крыло было посвящено расчетам точного наступления лунных фаз. С помощью четвертого крыла можно было установить даты и время лунных затмений, а также их длительность с точностью до минуты. Пятое служило для расчетов дат и точного времени солнечных затмений, а шестое — для определения их величины и продолжительности.
При этом в «Шестокрыле» используются понятия градусов (ступли) и минут дуги (дробли), часов и дробных часов — вплоть до окомигненья. Последние термины невольно вызывают ассоциации с понятиями, которыми пользовался в «Учении имже ведати человеку числа всех лет» уже знакомый нам Кирик Новгородец: загадочные дробные часы, деление которых завершается седьмыми дробными. Так, может быть, и у Кирика раздел, посвященный делениям часа, был связан с решением подобных задач, как и предполагал В. П. Зубов?
«Шестокрыл» был создан Иммануэлем бен Якобом Бонфисом (примерно 1300 — 1377), ученым-евреем из Тараскона (Франция). Итальянские купцы завезли книгу в крымскую Кафу (Феодосию). Оттуда некий ученый караим Захария Скара доставил ее западнорусский перевод в Киев, а позже, в 1471 году, и в Новгород. Именно Захария стал основателем так называемой московско-псковской «ереси» («ереси жидовствующих»), а «Шестокрыл» сделал одним из важнейших ее «теоретических» оснований. «Еретики», в частности, доказывали, что в 7000 году от сотворения мира ожидающийся конец света не произойдет, поскольку он рассчитан неверно. В «Шестокрыле» расчеты начинались с 5238 года иудейского летосчисления (1478 год н. э.) или с 5263 года по иудейской эре, который соответствовал 1503 году от Рождества Христова, и, следовательно, конец света должен был наступить еще не скоро, что противоречило взглядам ортодоксальной Русской Церкви. Поэтому такое времяисчисление новгородский архиепископ Геннадий и посчитал еретическим, а сама книга была включена в число отреченных ложных — запрещенных к хранению и чтению. Тем не менее сами борцы с «ересью» (в частности, тот же архиепископ Геннадий и, очевидно, Филофей) вынуждены были ее не только прочитать, но и как следует освоить, чтобы «на равных» спорить со своими оппонентами. Для большинства же менее просвещенных читателей таинственная рукопись представлялась книгой ритуалов и заклинаний, которыми пользовались «чернокнижники».
Между тем Филофей продолжает рассуждать об астрологических предсказаниях вообще:
А что, государь, говорят о том, что звезды предсказывают предзнаменование водное, когда всем, населяющим города и царства, и страны, вместе со всеми, рожденными на Земле, будет перемена, то об этом ясно говорит Божественное Писание: всякая тварь обновляется Святым Духом <…> а от звезд этого не бывает.
Причиной этому, по мнению псковского старца, являются вполне рациональные причины. И 12 зодиакальных созвездий, и 7 планет[105] представляют собой не нечто чувственное или живое, а лишь «невещественного огня естество», сотворенное Богом — «иже рече Бог: „Да будет свет“». На четвертый день творения из этого огня, который Он назвал светом, были сотворены два светила: большое — Солнце — для освещения дня и меньшее — Луна — для освещения ночи. Из оставшейся части света были созданы звезды. 12 из них называются зодиаком. Они показывают путь Солнцу и Луне. Солнце проходит один из зодиаков за 30 дней и 5 часов, после чего переходит в следующий зодиак. И так, переходя из одного зодиакального созвездия в другое, совершается год. Луну Господь сотворил сразу как пятнадцатидневную, то есть полную. Если бы Луна и Солнце были созданы в один день, поясняет Филофей, то «пакость бы велика была свитилником между собою», так как затмения происходили бы слишком часто. Луна же обходит все 12 зодиаков за 29 дней и полдня, и полчаса и пятую часть часа.
Что же касается семи планет, 12 знаков зодиака, как и прочих звезд и «злых» часов, то все это, как пишет Филофей, «кощуны и басни»[106]: будто человек, рожденный под какой-то звездой в злой или добрый час, будет счастливым и богатым или нищим, добродетельным или злым, проживет долго или скоро умрет.
Мысль о ложности астрологических предсказаний вовсе не нова. Еще в «Толковой Палее», перевод которой появился на Руси на рубеже XI–XII веков, читаем:
Мы слышали, что некие пустословы считают, будто рождение людей зависит от звезд, вследствие чего один бывает русым, другой — белокурым или рыжим, третий — черным; это ложное учение пришло от неверных греков. Еще они лживо говорят нам о росте тела, о болезнях и о смерти человека, воображая, будто узнают это по расположению звезд; еще они вздорно говорили о силе в зрелом возрасте, и о жизни, и о богатстве и бедности, а также говорили об обладании властью, обманывая доверчивый народ[107]. Нам же следует обличить их суесловие. Если Бог сотворил все
