ВСЕ ЛИ БЫЛО ОБМАНОМ?
Получали ли ЦРУ и ССР достоверную информацию с помощью туннеля, или знавший обо всем Комитет госбезопасности снабжал их исключительно дезинформацией? Или, не желая рисковать Блейком, высокопоставленным сотрудником британской разведки, он предоставлял достоверную информацию? Многие из высокопоставленных комитетчиков понятия не имели о существовании туннеля. Например, Питовранов, начальник аппарата КГБ в Карле-хорсте, не был информирован, пока в Берлин не прибыл Блейк. Как мы видели, были выработаны планы армейского прикрытия для определения места и «обнаружения» туннеля. Это была крупная операция КГБ, убедившая ЦРУ и ССР в том, что обнаружить туннель удалось лишь в результате необычно сильных дождей и связанных с ними повреждений на линиях. Такой сложный сценарий позволяет предположить, что советская сторона не могла давать только дезинформацию или пустяковую информацию, так как в этом случае многие насторожились бы. Если оставить в стороне обман, то Управление внешней разведки КГБ не было очень уж озабочено внедрением в линии связи на территории Восточной Германии. Его сотрудникам было известно, что их собственные переговоры шли через наземную связь Управления правительственной связи КГБ. А в телефонных переговорах использовалась специальная система, известная как ВЧ. Эта же система обслуживала руководителей партии,
Министерство иностранных дел и военных. Наверняка, КГБ рассудил, что его собственная безопасность обеспечена, а наиболее важные материалы идут по линиям, которые находятся в ведении Управления правительственной связи.
Тем не менее туннель все же снабдил западные разведки необходимой, в основном, военной информацией, а также информацией о некоторых политических и научно-технических организациях в СССР и Восточной Германии типа «Висмута». В Приложении 5 дано подробное описание полученной информации. Нужно помнить, что в те времена еще было невозможно фотографировать с «U-2» или со спутника, и информация от перебежчиков поступала крайне нерегулярно. Таким образом, туннель предоставил массу разведывательных материалов американским и английским аналитикам.
Непонятным остается еще один аспект: КГБ был совершенно безразличен к утечке через туннель секретной информации советской военной разведки — разведки группы Советских войск в Германии и ГРУ в Москве, а также Управления военной контрразведки самого КГБ, обслуживавшего группу советских войск в Потсдаме. Наш анализ представлен в Приложении 5. И последней шуткой контрразведчиков в отношении туннеля была информация об аппарате в Карлсхорсте, ставшая известной, благодаря большому количеству телефонных вызовов советского и восточногерманского начальства, которые требовали офицеров к телефону и заставляли раскрывать себя.
Конечно, потери и приобретения были с обеих сторон, и вопрос о том, в какой степени сообщения Москвы через линии связи носили ложный характер, наверное, еще долго не будет забыт. Ясно одно, информация, добытая БОБ с помощью туннеля, далеко не вся была «тщательно продуманной дезинформацией». Но была ли информация о советских войсках, советской разведке и безопасности разбавлена «здоровой дозой дезинформации КГБ», как полагают некоторые? Может быть. Однако на этот счет нет никаких свидетельств[583].
12. ОПЕРАЦИИ «REDCAP»
На Западе в 1950-х годах северокорейское вторжение породило страх такого же враждебного действия против Западной Германии, которое могло привести к мировой войне. Срочно требовалась информация о планах и намерениях Советов, однако советская служба безопасности перекрыла все возможности дезертирства, дававшего ЦРУ до 1952 года основную информацию о советском режиме. Тогда с одобрения высших американских чинов ЦРУ разработал международную программу «стимуляции дезертирства» с кодовым обозначением «Redcap», получившую свое название от красных шапок (Redcap) железнодорожных носильщиков[584]. В первую очередь внимание должно было уделяться вербовке советских людей и задействованию их в качестве агентов, по выражению инициаторов программы, помочь им «дезертировать на месте». Если это не проходило, то их следовало доставлять на Запад и выжимать от них всю информацию, которую они только могли дать. Многие сотрудники управления специальных операций скептически или с раздражением смотрели на эту широко разрекламированную программу, потому что они и без нее пытались, где только могли, вербовать советских людей. С их точки зрения, дезертирство (бегство) было нежелательным, потому что при этом отсекались все прежние связи источника. Однако американцы больше всего любят хорошо организованные рекламные кампании, и голоса профессионалов потонули в чиновничьих криках защитников программы «Redcap».
БЕРЛИН - ЦЕНТР ОПЕРАЦИЙ «REDCAP»
Наибольший размах вербовка советских сотрудников приняла в Берлине, так как Берлин располагался в центре самой большой в мире дислокации советских войск. Отделение «Redcap» в БОБ представляло собой несколько штатных офицеров и способных сотрудников по найму (контрактников) — американцев, которые родились за рубежом и так хорошо говорили по-немецки и по-русски, что легко могли сойти за тех или других. Сначала сотрудники попросили восточногерманских беженцев назвать тех своих знакомых, кто, возможно, контактировал с русскими. Получив эту информацию, БОБ приложила все усилия, чтобы установить с этими людьми, жившими в Восточном Берлине, тайный контакт и уговорить их посетить Западный Берлин.
К сожалению, использование бывших жителей Восточной Германии не дало больших результатов в приобретении контактов с советскими людьми. Как только советские сотрудники прибывали в Восточную Германию, им внушалось избегать контактов с местным населением, из которого все могли быть «агентами империализма». Более того, укреплялись рабочие связи MfS, восточногерманской службы безопасности, и советской военной контрразведки, так что обе разведки пристально следили за отношениями между советскими сотрудниками и их немецкими коллегами. Даже на вечеринках, организованных руководителями ведомств, советские сотрудники старались держаться поближе друг к другу и подальше от немцев. Почти единственной точкой соприкосновения советских людей и немцев был черный рынок: некоторые советские сотрудники просили, например, своих немецких шоферов найти для них что-то особенное. Однако эти отношения почти не давали немцам возможности заглянуть в частную жизнь советских людей.
ШЕПНИ МНЕ ЛАСКОВОЕ СЛОВО: ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ВОСТОЧНОГЕРМАНСКИХ ЖЕНЩИН
По крайней мере, 95 процентов нерабочих контактов происходили между восточногерманскими женщинами и советскими мужчинами. Большинство этих женщин были проститутками и, естественно, зарегистрированными в местной полиции, сообщавшей в MfS и советскую военную контрразведку о любых отношениях, как только они переставали быть случайными. Советские же сотрудники-мужчины и восточногерманские сотрудницы должны были довольствоваться чисто холодными деловыми отношениями. Если завязывался служебный роман и о нем узнавали многочисленные советские осведомители или информаторы MfS, то либo советского сотрудника отправляли домой, либо немку увольняли с работы, либо их отношениям — бывали такие случаи — давали развиваться, чтобы посмотреть, не стоят ли за ними западные спецслужбы.
Вербовочным усилиям БОБ не помогало и то, что восточногерманские женщины подвергались остракизму со стороны коллег, семьи, соседей из-за связи с врагом. Те же, кто не скрывал своих симпатий в рамках официальных мероприятий советско-германской дружбы, наверняка были коммунистами до мозга костей, но даже они попадали под советское наблюдение, дабы убедиться, что они не используют советские контакты в иных целях.
БОБ пришлось поработать, чтобы найти женщин, которые согласились одолеть все препятствия. Однако попытки отыскать женщин-агентов, кто мог бы эффективно работать в столь трудных условиях, имели и комичную сторону. Один из «Redcap»-офицеров подметил женщину, которую счел идеально подходящей для работы, но по каким-то причинам вскоре изменил свое мнение. Отвергнутая кандидатка не пожелала смириться и, чтобы доказать свою пригодность, стала преследовать офицера, записала номер его машины, нашла его дом и офис и через него смогла идентифицировать многих офицеров БОБ и узнать их настоящие имена. Когда она с гордостью представила в БОБ толстую папку с плодами своих усилий, и офицер, и его начальники пришли в ужас. Правда, им повезло, и они убедились, что соперничающая разведка тут не задействована, поэтому без лишнего шума помогли женщине переехать и обосноваться в Западной Германии.
