— Я несколько дней провел в библиотеке замка, — неожиданно спокойно начал Чани, — прочитал и просмотрел много книг. Особенно меня интересовали фолианты, повествующие об истории Тъерквинга. Те, что в черной коже… Это ведь человеческая? — внезапно спросил он. Вопрос застал Двухголового врасплох, и у него вырвалось:
— Да.
Морской Король на всякий случай отошел подальше к двери. Последнее время он делал так всегда, когда разговор между Чани и Двухголовым переходил на колдовство.
— Я так и думал, — с мрачным удовлетворением констатировал Чани. — У них не может быть иного переплета. В этих книгах говорится о дикарях, подобных собаке и волку. Воин, надевший волчью голову, становится бешеным волком, не так ли?
— Да. И ты мог видеть подобное среди ульфхеднаров Драуга, — подтвердил Двухголовый. — Хотя там были медведи, а не волки.
— О воинах неистовых, не знающих усталости, не ведающих жалости, — не слыша его, продолжал Чани.
— Именно так называли их, — согласился Двухголовый.
— Коих именуют ульфхеднар.
— Ты прав.
Чани стремительно соскочил с трона, подбежал вплотную к Двухголовому, схватил его обеими руками за плечи и горячо зашептал прямо в лицо:
— Мне мало простых железных теней! Они недостаточно свирепы и внушают мало ужаса! Что если… Если я сам надену волчью голову, а ты сотворишь такую железную тень?! Тень человека-волка?!
Морской Король чуть не упал, да и Двухголовый поразился донельзя. Змея со свистом взвилась вверх, ее глаза засветились красным, раздвоенный язык так и заходил.
— Я никогда не слышал о подобном, — наконец собрался с мыслями Двухголовый.
— Что из того? Если возможно сделать простую железную тень, то вряд ли сложнее волкоголовую. Представь, каких воинов мы получим!
— Н-не уверен, — нерешительно промямлил Двухголовый. — Железные тени вообще плохо повинуются хозяевам, ведь в них нельзя добавлять слишком много крови. И к тому же характер тени — тень характера хозяина. С ульфхеднарами мало кому удалось сговориться. Это безумцы, признающие только свои желания и прихоти. Представляю, как поведет себя его тень, не исключено, что сначала она взбунтуется против хозяина, и лишь потом, если дойдет дело, обрушится на противника. Наше отчаянное положение вполне может превратиться в безнадежное. Мало врагов снаружи, так появятся еще и внутри крепости. Причем враги беспощадные и неуязвимые. Нет, я против такого опыта.
— Но ведь ты сам сказал, что наше положение отчаянное, — прищурился Чани. — Так что ты теряешь, рискнув? Зато выиграть можно все. А потом мы пойдем дальше, — воодушевленно продолжал Чани. — Представляешь себе железные тени драконов?! Это будет всесокрушающее оружие. Мы запросто разделаемся с придурком Десятикрылым.
Змея тревожно прошипела:
— Это все непрос-с-сто.
Но Чани уже не слушал и не слышал никого и ничего.
— Я иду готовиться к вылазке! За мной! — приказал он, и ледяной вихрь пролетел по залу. Огромные сугробы вдоль стен начали куриться снежной пылью, и вскоре белые волки, сдержанно рыча, пошли за Чани.
Двухголовый только покачал головой вслед ему.
— Сюрприз за сюрпризом. Мне начинает казаться, что мрак слишком сильно укоренился в нем, в мальчишке не осталось ничего от человека. Я начинаю терять контроль над ним; если превращения и дальше пойдут с такой скоростью, то мы наживем врага пострашнее Радужников.
Морской Король сумел совладать с окостеневшим языком и сипло спросил:
— Но ведь ты этого добивался?
— Добивался, — хмыкнул Двухголовый. — Однако не забывай, что всегда найдется сила, более древняя и более могучая, чем ты. Я начинаю думать, что Первоначальный Мрак сам сожрал его душу и вселился в него. Так что ни мне, ни Орку…
Морской Король зябко потер ладони.
— Тогда следует прикончить его поскорее.
— Обяз-зательно, — свистнула змея.
— Решено, — согласился Двухголовый. — Как только он вернется в замок, мы расправимся с ним.
— А волки? — вдруг вспомнил Морской Король. — Ведь они не отходят от мальчишки ни на шаг, стерегут его лучше всякой охраны.
— Это уже моя забота, — осклабился Двухголовый. — Там, где бессильно железо, очень полезным становится яд.
Морской Король обрадованно поддакнул:
— Великолепно.
Двухголовый через плечо глянул на него.
— Думаешь, я не понимаю, почему ты так обрадовался? Ты ведь боишься, что мальчишка займет твое место. К тому же сейчас ты бездомный изгнанник, король без королевства, колдун без магии… Никому не нужный, — с жесткой усмешкой уточнил Двухголовый. — Ты надеешься, что тебе вернут утраченное, и постоянно опасаешься, что тебя выгонят? Хочешь убрать конкурента, пока не поздно?
Морской Король побагровел.
— Я не боюсь этого. Сопляк не может и половины того, что могу я!
— Может быть, — неопределенно произнес Двухголовый и широкими шагами направился к двери.
Морской Король в бессильной злобе так стиснул кулаки, что ногти впились в ладони и брызнула кровь.
— Мы еще посмотрим, — пригрозил он захлопнувшейся двери, ощупав на пальце золотой перстень с пауком. — Мы еще посмотрим, так ли я беспомощен, как тебе кажется!
Когда массивный подвесной мост начал медленно опускаться, это никого особенно не удивило, вылазки ждали. Тут же хрипло затрубили рога в лагере северян, воины начали торопливо готовиться к бою, благо это не требовало большого времени.
— Интересно, что нам предложат на сей раз? — почти весело спросил Дъярв.
Ториль, со дня прошлого боя державшаяся поблизости от него, спокойно ответила:
— Железный Замок, как и крепость Хозяина Тумана, подобен гнилому ореху. Скорлупа у него твердая, но внутри пустота. Я не думаю, что у Безымянного осталось много воинов. А во время этой вылазки и количество оставшихся изрядно поуменьшится.
— На вашем месте я отнесся бы посерьезнее к предстоящему бою, — хмуро сказал Хани. — Неистощимо колдовское могущество Безымянного, нет предела его кровожадности. Новая схватка — новая кровь.
— Сомневаюсь, — с вызовом ответила Ториль. — В них не слишком много крови.
Она указала на выходящие из ворот странные фигуры.
Сначала Хани принял их за закованных с головы до ног в железо латников. Серьезный противник, однако после боев с Ледяными, после сражений с выходцами из минувших эпох вряд ли латники могли смутить их. Присмотревшись внимательней, он различил, что двигаются воины врага какими-то странными толчками, словно диковинные железные марионетки, плохо гнущиеся в суставах. Число их было невелико.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
