Рюби описала в воздухе круг своим мечом, стена алого пламени обрушилась на волков. Они явно этого не ждали, потому что не смогли ни увернуться, ни сбежать. Хани ожидал рычания, визга, запаха паленой шерсти
— ничего этого не было. Только гул пламени и страшное шипение, словно кто-то сунул факел вглубь сугроба. Волки пропали, теперь перед ним колебалась стена влажного горячего пара.
Ториль взмахнула своим мечом. От него разлетелась прозрачная голубая волна, и в уши ударил посвист сотни ветров, дующих одновременно. Облако пара начало быстро сгущаться, сжимаясь в белый косматый шар.
— Давай! — крикнула Рюби, и Хани послушно махнул своим мечом, хотя по-прежнему не понимал, что происходит.
Далекий грозный рокот, толчок в ноги — он решил, что начинается землетрясение. Белая снежная туча, подхваченная колдовскими ветрами, нехотя, рывками двинулась к нему. Хани рванулся было бежать, но сдержался. Туча окутала его, скрыв весь мир за шевелящимся белым полотном, и… втянулась в меч.
Хани остолбенел, глядя на погасшее лезвие, покрытое каплями воды. Из оцепенения его вырвал болезненный вскрик и залп ругани. Он обернулся.
Оказалось, что Чани бросился на Ториль. Он сбил ее с ног и собрался уже прикончить, как подоспел Дъярв. Отразив неловкий удар Чани треснувшим полуразбитым щитом, северянин ловко оглушил противника ударом обуха секиры. Потом подхватил меч, сразу полыхнувший синевой.
Повинуясь неслышному приказу, капли сорвались с меча Хани и пропали в синем огне, загоревшемся от этого еще ярче.
— Вот и все, — удовлетворенно сказала Рюби. — Из воды вышли, туда же и вернулись.
Хани же думал о своем.
— Спасибо, — тихо шепнул он. Как ни странно, Дъярв превосходно расслышал.
— Не убивать же дурака, — проворчал он.
19. СМЕРТЬ ЧАНИ
Дъярв, еще не отошедший от возбуждения, радостно кричал:
— Сейчас мы можем просто войти в замок! Ведь там не осталось ни единого защитника. Жалкие глупцы, им пристало пасти свиней, а не командовать армиями. Сами, собственными руками поднесли нам победу, которая улетела было от нас.
— Это и странно, — попыталась охладить его пыл Рюби. — Ты-то не знаешь, но я превосходно помню финал сражения в Радужном ущелье. Нам помог наш заклятый враг — Морской Король. Почему? Зачем? Какая хитрость кроется в столь странном поступке? Пока мы не найдем ответа на все эти вопросы, мы постоянно рискуем нарваться на какую-либо каверзу, которая завершится для нас очень плохо. Я не верю в благодеяния, оказанные врагами.
Ториль, сидящая рядом с Дъярвом, неуверенно предположила:
— А что, если он немного переменился?
— И это говоришь ты? — поразилась Рюби. — Ты, которая столько воевала с ним? Тан-Хорез в исконной вражде с Морским Королем, но именно принцесса Тан-Хореза верит в его перерождение?
— Ты становишься жестокой, — упрекнул ее Хани.
Рюби остановилась и смущенно закончила:
— Извини, я была излишне резка.
Хани тяжело вздохнул, было заметно, что ему трудно говорить.
— Мы допускаем возможность обращения света в тень. К сожалению, нам не раз приходилось убеждаться в неслыханной легкости такого перехода. Чтобы удержаться на светлой половине мира, надо постоянно следить за собой, прикладывать усилия, бороться с самим собой. Ведь стоит ненадолго, совсем чуть-чуть ослабить внимание, как тотчас начинается скольжение в тень и далее в непроглядный мрак. Здесь не требуется усилий, следует просто подождать.
Дъярв пожал плечами, ему подобные разговоры были совершенно непонятны. Он был практиком и отвлеченные рассуждения считал чем-то необязательным. Зато Ториль покраснела.
— Но ведь возможен и обратный переход, — подхватила она начатую Хани мысль. — Не надо смотреть на вещи исключительно с мрачной стороны.
— Верно, — тихо пробормотал Хани. — Но как добиться этого перехода?
— Так же, как и раньше, — не вдумываясь в смысл разговора, посоветовал Дъярв.
Хани радостно хлопнул себя по лбу, обозвал дураком и вскочил, чтобы немедленно бежать за братом, но Рюби остановила его.
— Успеешь. Это, конечно, крайне важно, но лучше немного подождать. Принеси сюда захваченный у него меч. Может статься, он понадобится именно для того, чтобы помочь твоему брату.
Хани снова увял.
— Ладно, — неприязненно буркнул он. Для него любая отсрочка казалась почти преступлением.
Когда все четыре меча легли рядом, Хани заметил, что в них появились кое-какие отличия. Или, может, они существовали раньше, просто он не обращал внимания? Полированная сталь лезвий засветилась молочно-белым светом, совсем не отражая пламени костра. Семь камней на рукоятях расцветились радугой, а центральные камни наверший тоже остались матово-белыми. Потом сквозь свечение лезвий, как бы выплывая из тумана, показались малиново-золотые узоры.
На первом мече это были три дубовых листика, на втором — взвихренные языки пламени, на третьем — пенящийся морской вал, на четвертом — кучерявое облако. Немного погодя, вокруг рисунков показался круглый венок, сплетенный из странных угловатых букв. Глаз улавливал что-то знакомое в их начертании, но требовалось усилие, чтобы угадать, какие именно это буквы. Вдобавок они совершенно не складывались в слова. Опять неведомый язык…
Когда Хани сказал об этом, Рюби развела руками.
— Говорят, что лишь тот, кто прочитает заклинание, написанное на мечах, сможет придать им полную силу.
— Но ведь они уже неплохо поработали сегодня, — возразил Дъярв. — Мне, например, очень понравился вот этот.
Он протянул руку и схватил меч с изображением волны. В тот же миг большой камень на рукояти стал синим, а лезвие превратилось в ярчайший аквамариновый факел, скрыв узоры.
— Разве это не колдовство? — спросила Ториль, беря Меч Воздуха, который послушно засветился голубым. — Как же они уничтожили волков?
— Довольно просто. Волки были порождены мраком и холодом, зимними метелями и льдом. Сначала я обрушила на них силу огня, попросту растопив стаю. Обычному огню это не по силам, но волшебный смог. После чего ветер поднял и понес образовавшиеся облака, земля связала и очистила воду, а море поглотило ее.
— Ничего себе «просто», — проворчал Дъярв.
Рюби покачала головой.
— Да, просто. Хоть это и колдовство, но совсем не то, на которое способны мечи. Малая магия, лежащая на поверхности, не должна ослеплять нас, ведь ими можно пользоваться и как обычными короткими мечами. Но кто посмеет утверждать, что они сделаны для этого? В руках невежды — это оружие, не слишком сильное и удобное, другой может использовать их как волшебное оружие, но лишь глубоко проникший в тайны природы способен подчинить себе силы стихий. Ведь эти мечи напрямую связаны с четырьмя первоэлементами и способны вызывать силы стихий, но только когда они собраны все вместе. Поодиночке каждый из них слабее не в четыре, а в четырежды четыре по четыре раза. Нужно прочитать письмена, вплавленные в сталь клинков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
