Девочка спрятала крест под одежду, взяла выданные ей вещи и спустилась по ступенькам. Перед ней стоял выбор: вернуться к Флодоару в его повозку или остаться в лагере, чтобы присутствовать при оглашении Эрихом списка. Она решила остаться и направилась к кухне, где ей налили в миску супа и положили на тарелку две куриные ножки; затем она подошла к столу, втиснутому между двумя скамейками. За столом сидели пять человек, все они склонились над своими мисками, но при ее появлении их взгляды тут же обратились в ее сторону. Анкс сразу же почувствовала, что вызвала неприязнь у этих людей. Четверо из сидевших за столом сразу же встали и, взяв свою еду, пересели подальше. Никто не произнес ни слова. Анкс поняла, что ей предстоит сделать многое, чтобы ее приняли в свой круг. Клановость и соперничество здесь, наверняка, были еще острее, чем в среде простых невинных паломников. Чем выше положение человека, тем труднее ему отвоевывать себе место под солнцем. Анкс поставила свою миску и села к столу, не показывая, что ее задел враждебный прием. Только один из пятерых мужчин остался на месте. Он сидел на краю скамьи и ни разу не повернулся к Анкс. Она положила свои вещи под стол и стала рассматривать соседа. У него был профиль римского сенатора периода заката империи. Это был грузный бледный человек, его шея, казалось, вросла в плечи, всем своим весом он навалился на край стола. По его белой коже скатывался пот. Он учащенно дышал и чуть заметно шевелил губами. Спустя какое-то время Анкс была уже уверена, что он читает псалом: «Земля дала урожай: Бог, наш Бог благословил нас». Из всех ученых это был пока первый и единственный человек, проявивший набожность. Он смотрел прямо перед собой. Как и большинство людей в лагере, он испытывал страх. Проследив за его взглядом, Анкс заметила узкий проход между двумя повозками. Вдали, вызывая тревогу, темнел Паучий лес. Быстро прошли двое солдат, совершающие дозор за пределами каре; в тот же миг странный человек, сидевший за столом с Анкс, наморщил лоб, как бы стараясь что-то запомнить. Затем он снова стал без устали читать псалом. Анкс ничего не понимала и собиралась уже с ним заговорить, но в этот момент появился капитан Тюдебод, держа в руке очередной кусок курицы, и уселся за стол напротив Анкс. Она напряглась. Тюдебод положил локти на стол и уставился на нее. Он бросил быстрый взгляд на ее соседа.
— Ха, Игнатиус! — проворчал он, грызя кость. — Ты, как всегда, способен нагнать скуку на кого угодно!
Игнатиус, никак не реагируя на его слова, опустил голову и продолжил монотонно молиться. Тюдебод не отставал:
— Бесполезно уповать на Бога, как монашка. Твоя судьба уже решена. Я видел список тех, кто отправляется с обозом, и твое кия там значится, мой добрый Игнатиус. Пусть это путешествие научит тебя быть храбрым. Ха!
Бедняга побледнел еще больше. Анкс молча наблюдала за этой сценой. Внезапно капитан обратился к ней:
— А ты кго такой, а?
— Я новый секретарь, поступивший на службу к мэтру Флодоару.
Тюдебод перестал жевать. Он рассматривал девочку, приоткрыв рот, затем нахмурил брови, как бы пытаясь вспомнить что-то, потом обреченно пожал плечами и снова с аппетитом принялся за курицу. Анкс облегченно вздохнула. Но оставаться рядом с Тюдебодом у нее желания не было. Она не стала ждать, когда Эрих огласит список, подхватила свои вещи и направилась к повозке библиотекаря, так и не прикоснувшись к еде.
На завтра объявили отъезд людей Флодоара и отправку инструментов. Анкс не присутствовала при оглашении списка. Она все время находилась рядом со своим хозяином в повозке, но ночевать там не осталась: теплыми ночами ей больше нравилось спать под открытым небом, завернувшись в одеяло.
«Завтра начнется настоящее приключение», — подумала она.
На рассвете, ковда над лагерем висела голубоватая дымка» Анкс еще спала, но услышала сквозь сон, как мимо нее быстро прошли двое, направляясь к повозке Флодоара. Она вскочила. Это были Эрих и Тюдебод. Они разбудили мэтра.
— Игнатиус сбежал! — прорычал капитан. — Его нет в лагере. Он исчез.
Анкс подошла ближе. Она заметила, как побледнело лицо библиотекаря.
— Как ему удалось ускользнуть от стражи? — спросил он.
— Необъяснимо, — ответил Эрих. — Мы с него глаз не спускали. Как и с остальных.
Флодоар раздосадовано хлопнул в ладоши.
— А нам скоро Отправляться! Нужно его найти! Он не мог далеко уйти. Разбудите всех, пошлите за подмогой, я пойду за людьми де Мондидье.
Трое мужчин отправились разыскивать беглеца.
«Сбежал? — подумала Анкс, мысленно представляя себе неуклюжего толстяка, которого видела накануне. — Значит, эти люди не по доброй воле следуют в Святую землю?»
Она сложила одеяло и забралась в повозку. На рабочем столе библиотекаря горела свеча — Флодоар в спешке забыл погасить ее. Анкс задула огонь и открыла оконце в крыше, служившее для проветривания помещения от дыма, выходившего из камина, — горел всю ночь. Анкс подошла к маленькому столику, который ей отвели для работы. Он стоял рядом с подвесной кроватью мэтра. Девочка сложила одеяло в мешок, поправила узел на своей синей форме и прошла к книжному стеллажу, где она заметила дощечку из полированной бронзы, служившую зеркалом. При свете, пробивавшемся через крышу, она убедилась, что краска с ее волос еще не сошла. Эта уловка была рискованной, потому что краска могла смыться под первым же дождем, но, с другой стороны, она помогла Анкс лучше перевоплотиться: ее белокурые волосы запомнились многим. Анкс подумала также, что нужно быть осторожней во время купания. Ей нужно будет мыться одной и прятаться от всех. Ставя на место бронзовый диск, она заметила, что несколько книг выступают из общего ряда и связаны поперек веревкой, очевидно, чтобы не рассыпаться во время движения. «Великая система мира» Демокрита, «Тимей» Платона, «Правило» Бенуа. Вчера Флодоар заявил, что она должна забыть то, чему училась. Когда он сказал, что человек ограничен, что он имел в виду? Она вернулась к своему столу, не осмелившись притронуться к рукописям. Проверила, на месте ли ее вышитый золотыми нитями крест. Герб Шампани слишком бросался в глаза. Любой епископ усмотрел бы в его изображении признак богохульства.
В комнату стали проникать первые солнечные лучи. Наступал день. Как и все паломники, Анкс опустилась на колени, чтобы прочитать молитву. Глазами она поискала на стене распятие, к которому могла бы обращаться в молитве, но ничего похожего не увидела.
— А где ж изображение Христа?
Она достала из-под одежды освященный кусок ткани с вышитым крестом и, положив на него скрещенные руки, начала читать первый пришедший на ум псалом: «Да возблагодарят тебя все народы, Господи!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
