время поединка, не ощущаются. Кожу не стягивает, как непременно должно стягивать при получении ожогов той степени, которые я получил. Вывод – надо мной хорошо потрудился целитель. Что это мне дает? Как минимум то, что Император результатами дуэли доволен. И это уже довольно немало, хочу вам сказать.
Идем дальше… Тут все уже не так радужно. Стоило мне подумать о своем даре как я испытал чудовищный «голод». И голод этот никакого отношения к моему физическому телу не имел. Я был пуст. Ни капли энергии бездны в резерве. Ни той силы, что обычно пропитывала мое тело, ни даже жалких крох в отдаленных участках организма. Полное истощение, грозившее мне в самое ближайшее время испытать все чувства, что испытывают наркоманы, вовремя не получившие положенную им дозу тяжелых наркотиков. Все тело, а может даже и разум, будет корежить и рвать изнутри дикая боль. Внутренние органы начнут сбоить и отказывать, а разум станет погружаться в пучину не самых приятных видений. В промежутках же, в промежутках я скорее всего буду думать о том, где бы мне разжиться достаточным объемом энергии, так необходимой если не для комфортного существования, то хотя бы для поддержания жизнедеятельности.
Пожалуй, будь я неофитом, лишь недавно допущенным до полевой практики и убившем не больше десятки сущностей, то максимум, что испытывал бы сейчас – это легкий дискомфорт. Да и тот был бы связан лишь с тем фактом, что лишенный энергии я, по сути, ничем бы не отличался от обычного человека, который, лишь в моменты столкновения с Хаулами обретал силу, достаточную для того, чтобы им противостоять.
На худой конец, я мог бы быть одним из учеников магистра Гозарда, придерживающегося пути чистоты, означающего полное отрицание поглощения сути и усиления собственного дара и практикующего исключительно изгнание и уничтожение. Мог бы быть, но…
Я им не был. Мой учитель, учитель Литис всегда глубоко презирал то ответвление ордена, что, подражая фанатикам Дилтии отвергали путь поглощения, а следовательно, и увеличения своей мощи. И в чем-то был прав. Ведь путь чистоты хорош ровно до того момента, пока тебе не встретится порождение, набравшее достаточную мощь для вмешательства в физические законы мироздания и полноценного управления реальностью. Дар таких Хаул’дир просто не способен с достаточной скоростью ассимилировать силу, исходящую от твари и, как итог, смертность среди них была просто ужасающей. Последователи чистоты старались компенсировать этот изъян всеми возможными способами.
Как правило, изнурительными тренировками, отварами, укрепляющими тело, боевыми эликсирами, а во время медитаций, полученную энергию тут же тратили на стимуляцию роста мышечной массы, укрепление костной ткани и улучшения нервной системы. Такой способ отличался от моего тем, что энергия бездны не пропитывала их тела постоянно. По факту, она выступала эдаким аналогом допинга, не вызывающего привыкания, синдрома отмены и не останавливающего естественную выработку гормонов.
Мои внутренности скрутило. Чувство голода все усиливалось и трансформировалось в болезненные спазмы. Вдобавок к этому, пальцы правой руки внезапно свело судорогой, скрючивая руку на манер когтей. Дьявол! Как же больно. Перехватив правую кисть левой рукой, подобрав ноги и сгруппировавшись я с трудом перевернулся и прислонился спиной к кровати. Необходимо срочно погрузиться в медитацию, чтобы хоть чуть-чуть восполнить резерв.
В этот момент, прерывая мои мысли, за дверью послышался шум, а спустя еще пару мгновений она распахнулась. Дверное полотно мощно ударилось о стену, явив мне запыхавшегося Керга, который, по-видимому, налетел на дверь всем своим весом, взяв при этом не малый разгон. Благо коридор второго этажа это позволял.
– Тео, очнулся! Хвала Форосу, живой! – Воскликнул здоровяк и ринулся было ко мне, но я его опередил.
– Стой на месте! Не подходи! – Рявкнул я, зыркнув на него исподлобья, у меня чудовищное истощение.
– Эээ.. – на секунду замялся Керг.
– Магистр предупреждал нас об этом, – послышался из-за спины Керга, так и замершего в проеме после моего крика, старческий голос, в котором я без труда узнал Сарифа, – я уже послал ему весточку. Мастер, нужно продержаться чуть-чуть, вот, выпейте.
Сариф протягивал мне чашку с каким-то отваром темно-зеленого цвета. С трудом оторвавшись от терзающего сознание голода и боли, которая, казалось, тянет из меня все жилы, я сфокусировал взгляд на вареве:
– Что это? – мой голос звучал как будто издалека.
– Отвар, что сварил лично Магистр Литис вчера. Он сказал, что вы скоро очнетесь, предупредил, что вы абсолютно пусты и наказал вам, как только придете в сознание, выпить это, а нам незамедлительно отправить за ним.
– Давай сюда, – прохрипел я, оторвав левую руку от правой кисти и протянув ее в сторону чаши.
В надежде, на то, что отвар хоть немного поможет снять терзающую меня боль я проглотил его залпом, в три глотка, так быстро, что практически не ощутил вкуса. Хотя нет, вру. Мята, много мяты – настолько много, что горло и пищевод буквально начало покалывать изнутри. Остальных ингредиентов отвара я распознать не смог. Их вкус оказался полностью забит.
Сотни иголок внутри меня наконец достигли желудка и взорвались там одуряюще приятным теплом, моментально начавшим расходиться по всему телу и снимающим спазмы и боль. Сосредоточившись на своих ощущениях, я и сам не понял, как куриная лапа, которую сейчас напоминала моя, скрюченная от боли рука, начала расслабляться. Удивительно, я бы никогда не подумал, что простой отвар, не содержащий в себе ни капли силы бездны, способен хоть чуть-чуть унять ломку Хаул’дир. Раз так, самое время обратиться к медитации.
Я отставил чашку в сторону, прямо на пол и в блаженстве откинул голову назад, практически положив ее на кровать.
– Оставьте меня, мне нужно помедитировать и привести себя в норму.
– Не получится, господин, – виновато склонив голову сказал Сариф.
– Это еще почему?
