У Рейфа родных не было вообще. Он пригласил только двоих своих приятелей на роль шаферов. «Однако же у него и друзья», — удивилась Джулианна. Увидев у алтаря рядом с Рейфом герцога Уайверна и маркиза Весси, она не знала, что и подумать. Джулианна не была знакома с ними, однако их репутация говорила сама за себя. И герцог, и маркиз считались достойными членами светского общества — и имели печальную славу вечных холостяков.
Внезапно священник замолчал и заговорил Рейф. Негромкие торжественные модуляции его голоса вернули ее в настоящее. А потом настала ее очередь, и все присутствующие замерли, ожидая ответа невесты.
В этот момент у нее в животе возникло странное и удивительное щекочущее ощущение, словно что-то шевельнулось.
Неужели это их ребенок?
Через мгновение это повторилось — какое-то трепыхание, словно касание крохотных крылышек.
И тогда Джулианна поняла, что не должна колебаться. Ради ребенка. Пусть она обижена на Рейфа, но малыш, которого создали они вдвоем, не должен от этого страдать.
Джулианна сделала глубокий вздох, расправила плечи и, словно издалека, услышала свой собственный голос, сказавший «Да».
— Счастья вам на долгие годы! Рейф откинулся на спинку стула и одобрительно кивнул, слушая теплое поздравление Итана. Остальные тоже подняли бокалы с шампанским и присоединились к пожеланиям Рейфу и Джулианне здоровья и счастья.
Кроме шампанского и свежей оранжерейной клубники гостям подали пирожки с лососем и омарами, омлет со сливками и сухариками, вестфальскую ветчину и черную икру, доставленную прямо из России.
Рейф вдруг вспомнил ту минуту у алтаря, когда ему показалось, что Джулианна все-таки собирается сказать «нет». Она долго молчала, и сердце его сжалось. Рейф не знал, что он будет делать, если она вдруг откажет ему. Но вдруг на ее лице возникло странное удивленное выражение, следом мягкая улыбка, и через несколько мгновений она произнесла слова обета.
Он обдумывал это и вечером, и во время свадебного завтрака и больше всего хотел уехать с ней в свадебное путешествие куда-нибудь подальше из города. Сейчас, когда они поженились, негодяй Сент-Джордж представлял для нее даже большую угрозу, чем раньше.
Судя по всем отчетам, виконт по-прежнему оставался в Ланкашире, но Рейф не желал рисковать благополучием своей новоиспеченной жены и не собирался полагаться на случай. Все две недели до свадьбы городской дом Джулианны на Аппер-Брук-стрит охраняли его люди. Телохранители, не ставя ее в известность, всюду ходили за ней следом, пока она готовилась к свадьбе. Но теперь они женаты, Джулианна будет жить в его доме, и Рейф знал, что сможет еще надежнее обеспечить ее безопасность.
Он скорее умрет, чем допустит, чтобы с Джулианной или с ребенком что-нибудь случилось.
Уайверн встал, нарушив мысли Рейфа, и поднял бокал:
— Я тоже желаю моему доброму другу Рейфу и его красавице жене большого счастья. Но мне хочется отпраздновать еще одну новость.
Рейф замер, сильно наморщив лоб. Он очень надеялся, что Тони не собирается говорить то, что, кажется, онсобрался сказать. Открыв рот, Рейф хотел, остановить друга, но помешать Тони, уже успевшему основательно приложиться к превосходному шампанскому, оказалось невозможно.
— Давайте все мы поприветствуем нового английского пэра!
Сидевшая рядом Джулианна застыла, приоткрыв розовые губки и устремив внимательный взгляд темных глаз на герцога.
— Корона решила пожаловать Рейфу титул за его щедрую помощь нации. Всего два дня назад его удостоили аудиенции у принца-регента, и там должным образом оказали ему эту честь. Новый титул будет присвоен официально и патентная грамота подготовлена, но все это уже простые формальности. Так что поднимите вместе со мной бокалы, давайте выпьем за лорда Пендрагона, нового барона Пендрагона!
Наступила полная тишина. Джулианна сидела с совершенно бесстрастным лицом.
Тони наверняка думал, что муж уже сообщил Джулианне эту новость. Вероятно, Рейф сам виноват — не предупредил друга, чтобы тот помалкивал. Но со всеми этими торопливыми приготовлениями к свадьбе он просто не выкроил времени, чтобы сказать ей. В дни перед церемонией они с Джулианной почти не виделись, только короткими урывками.
А ведь получение титула — важное событие, и он хотел сам обо всем сообщить Джулианне, хотел увидеть, как просияет ее лицо от удовольствия и радости. Она станет баронессой, ее положение, как жены аристократа, укрепится, пусть даже способ, которым он стал пэром, обязательно вызовет шепотки и отдельные насмешки. Но с поддержкой герцога и маркиза они непременно будут приняты в обществе. Джулианна должна улыбаться. Она должна быть счастлива.
Так почему она не радуется?
Протянув руку, Джулианна сомкнула пальцы на изящной ножке своего бокала и подняла его.
— За лорда Пендрагона, — пробормотала она. Молчание нарушилось. Остальные тоже подняли своибокалы.
— За лорда Пендрагона, — повторили они в унисон. Несмотря на то, что тост произнесла она, пить Джулиан на не стала, а осторожно поставила бокал на стол.
Свадебный завтрак продолжался, и вместе с ним продолжалось молчание невесты.
Глава 20
— Это подойдет, миледи? — спросила Дейзи, помогая Джулианне надеть ее любимый зеленый шелковый халат.
— Да, спасибо, — ответила она, подходя к туалетному столику из розового дерева, одному из немногих привычных предметов мебели в этой спальне. — Кстати, как тебе твоя комната? Понравилась?
Девушка присела в реверансе:
— О да! Она очень удобная и гораздо больше, чем прежняя. Только я боюсь, что не смогу сегодня уснуть — никак не освоюсь.
«Да, боюсь, что меня ждут точно такие же сложности», — подумала Джулианна, всем сердцем желая оказаться сейчас в своем собственном доме, а не здесь, у Рейфа.
Вчера он ненадолго зашел в ее дом на Аппер Брук-стрит и велел выбрать те вещи, которые она хочет перевезти в его дом на Блумсбери-сквер. Одной фразой Рейф разрушил все ее надежды. Джулианна очень рассчитывала, что он позволит ей и дальше жить в своем доме, и, не задумываясь, предложила ему переехать к ней на Мейфэр. Он напряг челюсти и сообщил, что с завтрашнего дня ее дом будет там, где живет он.
«Место жены в доме ее мужа, где бы тот дом ни находился».
Сегодня утром, пока они с Рейфом венчались в церкви, слуги перевезли ее одежду, личные вещи и несколько предметов мебели через весь город. К тому времени как они с мужем прибыли в его городской дом, все ее вещи были уже расставлены и разложены по местам.
